Се Пин простояла на коленях в Зале предков три дня и три ночи.
Лишь наложница Хэ тайком приносила ей немного еды. Девушка не могла проглотить ни кусочка, лишь через силу пила воду, и ослабла до крайности.
Наконец, на четвертый день из дворца прибыли люди.
Это были главный евнух Императора и заместитель министра из Министерства церемоний. Они явились, чтобы огласить высочайший указ.
— По воле Небес, Император повелевает: старшая дочь чиновника Министерства финансов Се Цзинъюя, Се Пин, отличается мягкостью и добродетелью, почтительностью и благонравием. Сим указом она жалуется титулом супруги вана Аньцзина. День свадьбы будет назначен особо. Впредь ей надлежит блюсти добродетель и с усердием служить своему господину…
Домочадцы семьи Се стояли на коленях. Все, за исключением Юнь Чу, были вне себя от радости.
Они и подумать не могли, что сам Сын Неба издаст указ о даровании брака. Пин-эр действительно стала законной супругой вана Аньцзина!
— Ваш покорный слуга принимает указ и благодарит Господина за великую милость! Десять тысяч лет жизни Императору!
Се Цзинъюй благоговейно воздел руки и принял императорский свиток. Все члены семьи Се отвесили земной поклон.
Главный евнух с улыбкой произнес:
— Поздравляю, господин Се, поздравляю! Изначально Император желал отложить свадьбу до того времени, когда ваша старшая дочь наденет шпильку совершеннолетия. Однако супруга Дэ сочла, что ван Аньцзин еще молод и неопытен, ему нужна мудрая помощница для управления внутренними и внешними делами резиденции. Посоветовавшись с Императрицей, они назначили свадьбу через три месяца. А брачное ложе молодые разделят, когда старшей дочери Се исполнится пятнадцать.
Старая госпожа Се не могла скрыть широкой улыбки. Она тут же велела служанкам принести красные конверты — каждый из прибывших с указом получил не менее двадцати лян серебра.
Когда люди из дворца отбыли, старая госпожа от всей души произнесла:
— Чу-эр, всё это благодаря тебе. Иначе с чего бы на нашу семью свалилось такое счастье!
Госпожа Юань сжала руку Юнь Чу:
— Только ты искренне заботишься о детях. Для Пин-эр иметь такую законную мать — это благословение, заслуженное ею в прошлой жизни.
— Госпожа, тебе пришлось нелегко, — Се Цзинъюй пристально посмотрел на Юнь Чу. — Пусть ты и женщина, но ни в чем не уступаешь мужчинам.
Каждый её шаг был просчитан с поразительной точностью. Будь она мужчиной-чиновником при дворе, с таким талантом к стратегиям, она бы очень скоро возглавила сотню чиновников.
Юнь Чу лишь слегка улыбнулась.
Все её расчеты строились исключительно на том, что она проживала эту жизнь во второй раз. Пережив прошлую жизнь, она знала, что за человек супруга Дэ, каким характером обладает ван Аньцзин, насколько коварна борьба за трон и в каком направлении будут развиваться события… Поэтому ей не стоило никакого труда спланировать всё на несколько шагов вперед.
Се Пин стояла на коленях, роняя слезы радости.
Когда-то она мечтала хотя бы о месте младшей наложницы, а в итоге стала полноправной супругой вана! Эту радость невозможно было описать словами.
Опираясь на руку служанки, она поднялась, слабой походкой подошла к Юнь Чу и медленно опустилась перед ней в поклоне:
— Матушка, это Пин-эр совершила ошибку и опозорила семью Се. Матушка наказала меня стоять на коленях в Зале предков, а я затаила в сердце обиду. Только теперь я поняла, сколько сил и стараний матушка вложила, чтобы проложить мне дорогу. Пин-эр безмерно благодарна. Что бы ни случилось в будущем, Пин-эр всегда будет чтить вас и никогда не заставит пожалеть о том, что вы для меня сделали.
Юнь Чу чуть скривила губы.
В прошлой жизни, когда Се Пин только задумала заманить в сети вана Аньцзина, Юнь Чу остановила её заранее, из-за чего Се Пин возненавидела её на долгое время.
Тогда её искреннюю заботу Се Пин растоптала.
А теперь, когда Юнь Чу плетет интриги с фальшивыми чувствами, Се Пин отвечает ей искренностью.
Какая злая ирония.
Она протянула руку и помогла Се Пин подняться:
— Супруга Дэ и ван Аньцзин наверняка не смирились с таким исходом. Запомни: следи за каждым своим словом и поступком, не давай им повода придраться. Иначе тебе не удержаться на месте супруги вана. Ты поняла?
Се Пин почтительно кивнула:
— Да, матушка.
Наложнице Хэ, стоявшей поодаль, стало тяжело на сердце.
Дочь, которую она вынашивала десять месяцев, она знала лучше всех. Раньше Пин-эр называла госпожу матушкой лишь по принуждению обстоятельств, но сейчас это слово прозвучало от чистого сердца.
Потому что главная жена спланировала для Пин-эр блестящее будущее, та по-настоящему признала её своей матерью.
Теперь место госпожи в сердце Пин-эр определенно превосходит то, что занимает она, родная мать…
Подавив горькие чувства, она заговорила:
— Старшая дочь выходит замуж в резиденцию вана Аньцзина и становится супругой вана. Боюсь, с приданым у нас могут возникнуть трудности…
Старая госпожа Се мгновенно опомнилась. Верно! Разве может девушка, становящаяся супругой вана, обойтись без приданого? О десяти ли свадебной процессии с красными сундуками речи, конечно, не идет, но должно быть хотя бы сто двадцать четыре носилки с добром…
Где всей семье Се наскрести столько богатств?
Вся надежда только на внучатую невестку.
Внучатая невестка — законная мать Пин-эр, кому как не ей собирать приданое для дочери?
Старая госпожа уже открыла было рот.
Но Юнь Чу опередила её:
— Семья Се — дом чиновника пятого ранга. Вполне закономерно, что мы не можем собрать приданое, подобающее супруге вана. Нам ни к чему бить себя по щекам, чтобы казаться толще. Пин-эр, матушка скажет тебе лишь одно: человек твердо стоит на ногах не за счет семьи или серебра, а благодаря собственному уму и талантам. Если хочешь выжить в резиденции вана Аньцзина, прежде чем что-то сделать — лишний раз пошевели мозгами.
Се Пин накрепко запечатлела эти слова в сердце:
— Пин-эр запомнит наставления матушки.
— Что же касается приданого… — Юнь Чу неспешно перевела взгляд на Се Цзинъюя. — Хоть нам и не нужно пускать пыль в глаза, но самое необходимое собрать придется. Муж мой, боюсь, в этом деле тебе придется найти выход.
Се Цзинъюй приоткрыл было рот. Ему очень хотелось сказать, что заботы о приданом лежат исключительно на плечах главной хозяйки дома.
Но стоило ему вспомнить, что Пин-эр вошла в резиденцию вана Аньцзина только благодаря интригам Юнь Чу, он понял, что не может свалить абсолютно все хлопоты на её плечи.
Ему оставалось лишь согласиться:
— Госпожа, не волнуйся. Предоставь это дело мне.
Юнь Чу опустила голову и сделала глоток чая, пряча насмешку в глазах.
Се Цзинъюй обожал заводить связи среди чиновников. Он частенько подносил дары вышестоящим начальникам, но в то же время никогда не гнушался принимать подношения от мелких чиновников шестого-седьмого рангов.
После сегодняшнего дня все подчиненные прознают, что семья Се породнилась с резиденцией вана Аньцзина, и подарки потекут рекой.
Обычно принять пару подношений — дело житейское, но Се Цзинъюй сейчас остро нуждался в деньгах, так что он наверняка не откажет ни одному просителю.
А если брать слишком много, рано или поздно беды не миновать.
На следующий день госпожа Линь прибыла в резиденцию Се с поздравлениями.
Старая госпожа Се, которая прежде всегда чувствовала себя ниже членов семьи Юнь, теперь наконец-то воспряла духом. Даже в её голосе прибавилось уверенности.
— Госпожа Юнь, если в будущем станете посещать какие-нибудь приемы, берите нашу Пин-эр с собой, — с улыбкой проговорила старая госпожа. — Пин-эр скоро станет супругой вана Аньцзина, ей волей-неволей придется знакомиться с женами заслуженной знати. Лучше узнать их заранее, чтобы потом избежать лишних хлопот.
Линь небрежно отмахнулась:
— Ну разумеется.
Закончив разговор со старой госпожой, Юнь Чу отвела мать в свои покои — Обитель Шэн.
— Сколько лет этой Пин-эр, почему так рано назначили свадьбу? — Линь сразу почуяла неладное. — Супруга Дэ души не чает в ване Аньцзине, с чего бы ей внезапно позволять дочери чиновника пятого ранга стать законной супругой вана? Что-то здесь не так.
Юнь Чу понимала: любой здравомыслящий человек усомнится в этом браке.
Спокойным тоном она пересказала всё, что случилось в храме Цинъань.
— У этой… у этой девки хватило на такое дерзости?! — Линь была ошарашена. — Хоть брак и решен, но супруга Дэ явно этого так не оставит. Пин-эр в будущем придется хлебнуть горя.
Изначально Линь даже приготовила лавку в подарок Пин-эр для приданого, но теперь видела, что в этом нет никакой нужды.
Такая расчетливая внучка, совершенно не заботящаяся о репутации семьи… Семье Юнь было даже неловко признавать родство с ней, казалось, что выводить её в свет — один позор.
— Ладно, не будем об этом, — Линь покачала головой. — Божественный лекарь Сы покидает дворец, чтобы собрать лечебные травы, и Императрица велела ему по пути осмотреть тебя и проверить пульс. Пойдем, доченька, я провожу тебя.
Добавить комментарий