Сюэли изначально была приставлена к Яоци самой наложницей Фан, однако девчонка оказалась умной и прекрасно понимала, откуда дует ветер. Жэнь Яоци даже подумывала немного её подучить и оставить при себе. Позже, когда появилась кормилица Сюй, она нашла предлог избавиться от другой служанки по имени Цинмэй. И хотя по негласному указанию Яоци кормилица Сюй не тронула Сюэли, та всё равно не могла обрести покой.
Сюэли знала: со стороны казалось, будто изгнанная Цинмэй получила неплохое место. Но пробыв там недолго, та из-за своей неопытности совершила несколько мелких проступков. Поняв, что путь назад во двор Цзывэй закрыт, Цинмэй тайком разыскала Цзиньцзюй, служанку наложницы Фан. По какой-то причине между ними вспыхнула ссора. А вскоре после этого Цинмэй из-за очередной оплошности была продана матушкой Гуй — поговаривали, что её отправили на юг.
Тогда Сюэли всё поняла: двор Цзывэй постепенно набирает силу, а поскольку она уже давно не передавала никаких вестей наложнице Фан, та списала её со счетов. Если Сюэли хочет выжить и устроиться в будущем, её единственный путь — заслужить доверие пятой барышни.
Поэтому Сюэли стала вести себя тише воды, ниже травы. Работу она выполняла старательно и проворно, постоянно выискивая случай оказать барышне какую-нибудь услугу, чтобы та окончательно изменила о ней мнение.
В прошлый раз, когда наложница Фан подмешала Яоин лекарство, стравив её с наложницей Кан, кормилица Сюй отыскала во внешнем дворе выброшенный травяной жмых. Чего кормилица Сюй не знала, так это того, что Сюэли тайком проследила за ней. И хотя она не понимала, зачем кормилица принесла эти остатки пятой барышне, Сюэли взяла это на заметку.
В то время в поместье лекарства принимали лишь несколько господ. Для Старой госпожи отвары готовили на её собственной маленькой кухне, а лекарство для Третьего молодого господина Первая госпожа велела варить на отдельной жаровне в своём дворе. Снадобья для всех остальных готовили на большой общей кухне. Тщательно всё взвесив и сопоставив с недавними событиями, Сюэли догадалась: это были остатки лекарства пятой барышни.
Раз уж Сюэли заинтересовалась этим делом, она начала внимательно следить за происходящим на большой кухне, пока не обратила внимание на тётушку Ню.
Тётушка Ню приходилась родственницей матушке Гуй из покоев Старой госпожи — золовка Ню была женой старшего сына матушки Гуй. В прошлый раз, когда госпожа Ли с Яохуа перебрались в загородное поместье, тётушку Ню прислали служить во двор Цзывэй, но затем Яоци устроила так, что её вместе с остальными шпионами наложницы Фан выгнали.
Сперва матушка Гуй, презирая бедную и никчемную родню невестки, не желала иметь с ними никаких дел. Но вскоре золовка Ню понесла. Тётушка Ню с мужем стали ухаживать за беременной с невероятным усердием, каждый день умоляя её замолвить словечко перед свекровью, чтобы та снова выхлопотала для них какое-нибудь место.
Золовка не смогла отказать и обратилась к матушке Гуй. В этот раз, ради беременной невестки, матушка Гуй нехотя согласилась и пристроила тётушку Ню на большую кухню следить за дровами и огнем. Пусть работа была грязной, с утра до вечера в саже, зато, заведуя углем и дровами, можно было неплохо поживиться.
Поначалу, увидев тётушку Ню, Сюэли не придала этому значения. Но вернувшись и хорошенько поразмыслив, она почуяла неладное. И тогда она попросила барышню выслушать её.
Сюэли выложила Яоци все свои подозрения и добавила, что в бытность шпионкой наложницы Фан сама видела, как матушка Гуй тайно, вдали от чужих глаз, встречалась со служанкой наложницы — Цзиньцзюй.
На самом деле Яоци, осмотрев принесённый кормилицей Сюй жмых, и сама начала наводить справки на кухне. У неё были свои догадки насчет того, кто подмешал лекарство Яоин, но она не была уверена до конца, да и время тогда было неподходящее. Поэтому она решила пока не разоблачать наложницу Фан.
Но теперь, выслушав рассказ Сюэли, Яоци придумала новый план.
— Сюэли, сколько тебе лет? — спросила она.
Сюэли опешила. К чему барышне сейчас спрашивать о её возрасте? Но ответила быстро:
— Рабыне пошел четырнадцатый год.
Яоци задумчиво протянула:
— Четырнадцать? Как жаль.
Сюэли не поняла.
Яоци улыбнулась:
— Ты умна, сообразительна, и толку от тебя много. Я хотела оставить тебя при себе навсегда. Но тебе уже четырнадцать, и боюсь, через несколько лет тебе придется меня покинуть.
Услышав это, Сюэли помрачнела.
Она была старше пятой барышни на два-три года. Когда придет время Яоци выходить замуж, её точно не возьмут в качестве приданой служанки.
По обычаям Яоци, некоторые приданые служанки в будущем могли стать наложницами зятя, но до тех пор, пока сама госпожа не понесет, им не позволяли делить с ним ложе. Поэтому в приданое обычно брали девушек младше госпожи или её ровесниц.
Но Сюэли и не стремилась стать наложницей. Тщательно всё обдумав, она опустилась на колени и взмолилась:
— Пятая барышня, тогда, прежде чем вы выйдете замуж, выдайте рабыню замуж за кого угодно! Рабыня хочет последовать за вами как замужняя прислужница.
Она не была потомственной служанкой клана Жэнь, родни в поместье у неё не было. С таким происхождением стать старшей служанкой при барышне ей не светило. А если, когда Яоци выйдет замуж, она останется в доме Жэнь, хорошей доли ей не видать.
Яоци жестом велела ей подняться и с улыбкой спросила:
— Ты не пожалеешь?
Сюэли яростно замотала головой:
— Рабыня не пожалеет! Впредь рабыня будет служить вам верой и правдой, без тени сомнения! Только умоляю, пятая барышня, не бросайте рабыню!
Видя её искренность, Яоци кивнула:
— Что ж, хорошо. Армию кормят тысячу дней, чтобы использовать один раз. В будущем я поручу тебе одно важное дело, но пока… мне нужно, чтобы ты на время покинула двор Цзывэй.
Сюэли встревожилась:
— Барышня, что за дело? Разве нельзя сделать его прямо сейчас?
Яоци усмехнулась:
— Сейчас? Сейчас еще не время!
Иногда, чтобы человек или вещь принесли максимальную пользу, нужно дождаться правильного момента.
— А как долго рабыне придется быть вдали от вас?
Яоци немного подумала:
— Думаю, несколько лет. Но в тот день, когда я покину дом Жэнь, я заберу тебя с собой. Ты можешь всё хорошенько обдумать, я не стану тебя принуждать. Если не согласишься, всё останется как прежде: когда придет время, я велю кормилице Чжоу подыскать для тебя хорошее место.
Сюэли лишь немного подумала и кивнула:
— Барышня, рабыня согласна.
Жэнь Яоци улыбнулась и поддразнила её:
— И ты не боишься, что я нарушу слово? Или просто-напросто забуду о тебе?
Сюэли ответила:
— Хоть я и не так долго служу подле вас, но я знаю, что вы за человек. Если наступит день, когда пятая барышня нарушит обещание, значит, рабыня старалась недостаточно хорошо. Я приложу все силы, чтобы барышня помнила обо мне.
Яоци подумала, что эта девчонка и впрямь на редкость умна. А она никогда не боялась использовать умных людей.
Вскоре после того разговора Сюэли совершила некую оплошность — не слишком серьезную, но и не пустяковую — и была изгнана из двора Цзывэй, получив назначение во внешний двор.
Поскольку до этого была история с Цинмэй, те, кто был в курсе дела, не придали уходу Сюэли большого значения. Все решили, что Третья госпожа и пятая барышня просто не вынесли присутствия человека, подосланного наложницей Фан. Сама наложница Фан подумала так же. Однако Сюэли оказалась куда благоразумнее Цинмэй: она спокойно устроилась в приемной внешнего двора, где разносила чай и воду.
Выслушав рассказ Жэнь Яоци, Яохуа и кормилица Чжоу замерли в оцепенении. Яохуа изумленно воскликнула:
— Ты начала расставлять сети так давно? А я-то думала…
Яоци с улыбкой перебила её:
— И что же ты думала? Что я мягкотелая и дам себя в обиду? Что умею только отбиваться от чужих ударов?
Кормилица Чжоу со вздохом восхищения произнесла:
— Пятая барышня, вы всё предусмотрели. В то время еще не было известно, приедет ли Фан Яцунь в Яньбэй. Даже имей мы компромат на наложницу Фан, Старая госпожа, скорее всего, замяла бы дело. Но теперь, когда надежды Фан Яцуня на приезд рухнули, наложница Фан сама пошла в атаку на нашу третью барышню, ни в грош не ставя репутацию клана Жэнь. А если добавить к этому её козни против девятой барышни… Даже если мы захотим решить дело миром, еще большой вопрос — позволит ли это Пятая госпожа!
Яохуа пошутила:
— Мне даже немного жаль пятую тетушку.
Её вечно используют как таран.
Кормилица Чжоу, услышав это, с тревогой посмотрела на неё:
— Третья барышня! У вас еще находится время жалеть других! Подумайте лучше, что будет с вашей репутацией, даже если мы проучим наложницу Фан? Слухи снаружи становятся всё грязнее и невыносимее!
С этими словами кормилица Чжоу повернулась к Яоци и с надеждой спросила:
— Пятая барышня, у вас есть способ помочь сестре?
Яоци посмотрела на Яохуа и улыбнулась:
— Не волнуйтесь, всему свое время. Проблемы лучше решать одну за другой.
Когда Яоци это произнесла, на сердце у кормилицы Чжоу почему-то стало спокойно.
А тем временем наложница Фан и её дочь действительно не разочаровали Жэнь Яоци.
Теперь снаружи болтали не только о жестокости Яохуа по отношению к слугам, но и о её грубости и деспотизме в кругу семьи. Поговаривали, что она не только выгнала личную служанку младшей сестры, но и прибрала к рукам все назначения прислуги подле наложницы. Твердили, что стоит Яохуа расстроиться, как она пускает в ход кулаки против сестры, из-за чего её родная сестра с ней не ладит, и они вечно вцепляются друг другу в волосы при малейшем споре.
Более того, всплыла старая история о том, как Яохуа якобы столкнула в воду своего брата, рожденного от наложницы.
Наложница Фан так жаждала падения Яохуа, что в этот раз не собиралась оставлять ей ни единого шанса. Она пустила в ход самые грязные методы.
Пока на улицах разыгрывался этот спектакль, Пятая госпожа Линь вместе с дочерью Яоюй с удовольствием наблюдали за происходящим. Линь считала, что этот пожар её не коснется. Напротив: раз Яоинь после того странного случая выслали прочь, а Яохуа вот-вот попадет в опалу, не наступил ли черед Жэнь Яоюй стать первой среди сестер клана Жэнь?
Поэтому Пятая госпожа вновь собралась взять Яоюй с собой в гости — заодно послушать свежие, всё более занимательные сплетни. Но не успели они сесть в повозку, как дорогу им преградила служанка из внешнего двора.
Пятая госпожа недовольно нахмурилась:
— Что это за девка? Ты хоть знаешь правила поместья?! Эй, кто-нибудь! Вышвырните её вон!
Служанка была одета в платье горничной второго ранга, но выглядела оно поношенным — сразу видно, что девушка не из тех, кто вхож к господам.
Однако та немедленно взмолилась:
— Пятая госпожа, я Сюэли. У меня есть чрезвычайно важное дело, о котором я должна вам поведать.
Добавить комментарий