В этот день приглашения от семьи Су получили не только отпрыски именитых родов, но и барышни из знатных домов города Юньян, чьи семьи поддерживали с Су дружеские связи.
С той лишь разницей, что молодым господам были разосланы приглашения на поэтический вечер второго молодого господина Су Юньчэня, а девицы получили карточки на чайный прием от старшей барышни Су, Су Фанфэй.
Барышни семьи Линь, а также Жэнь Яоци и Жэнь Яоинь тоже получили приглашения.
Карточку для Жэнь Яоци и вовсе прислала через свою старшую служанку седьмая барышня семьи Жэнь, Жэнь Яотин. Раз уж отправлялись все четыре барышни Линь, да еще и Жэнь Яоинь, Жэнь Яоци послала человека в поместье Яньбэйского вана с предупреждением для Сяо Цзинлинь, чтобы та на следующий день не присылала за ней повозку.
Жэнь Яоци отправилась в резиденцию Су вместе с Жэнь Яоинь и четырьмя сестрами Линь.
В нынешнем поколении семьи Линь мальчиков рождалось куда больше, чем девочек. Счет молодым господам перевалил за десяток, а вот барышень было всего четыре.
Законная внучка третьего господина Линь, Линь Баолин, пользовалась наибольшей любовью старших. Кроме нее были законная внучка четвертого господина — Линь Баочжу, и две внучки от наложницы первого господина — Линь Баолань и Линь Баолэ. Линь Баочжу хоть и была законнорожденной, но отличалась слабым здоровьем и редко выходила из дома, а рожденные от наложниц Баолань и Баолэ не слишком жаловали общество Баолин, не желая служить блеклыми зелеными листьями, оттеняющими этот яркий красный цветок.
Сегодня же, по случаю приема в семье Су, все сестры Линь на удивление собрались вместе.
Линь Баолин с живым любопытством спросила Жэнь Яоци и Жэнь Яоинь:
— А сестрица Яоин сегодня приедет?
Жэнь Яоинь с улыбкой пояснила:
— Тётушка Лю взяла девятую сестренку с собой в поместье Яньбэйского вана.
Услышав это, Линь Баолин изумленно округлила глаза:
— В поместье Яньбэйского вана? А разве тётушка Лю близка с кем-то из хозяев поместья?
Жэнь Яоинь усмехнулась:
— Этого я в точности не знаю. Слышала лишь, что одна из близких подруг тётушки водит дружбу с женой какого-то письмоводителя из поместья. Поначалу тётушка Лю и девятая сестренка тоже собирались приехать к семье Су, но потом эта супруга письмоводителя прислала весточку, что у нее есть важное дело для обсуждения, вот они и поехали. Тётушка Лю специально присылала человека, чтобы предупредить об этом нашу тетушку Шицзя.
Линь Баолин рассмеялась, прикрыв рот рукой:
— К слову сказать, я ведь тоже бывала в поместье Яньбэйского вана несколько раз.
С этими словами она принялась было увлеченно рассказывать об устройстве резиденции, но, бросив пару фраз, вдруг осеклась.
Она взглянула на Жэнь Яоци и, густо покраснев, пробормотала:
— Ой, я и забыла… Сестрица Яоци бывала там куда чаще моего. Уж не мне вам об этом рассказывать.
Жэнь Яоци с легкой улыбкой отозвалась:
— Каждый раз, когда я туда приезжаю, я лишь составляю госпоже цзюньчжу компанию за игрой на цитре, и по самому поместью не гуляю. Я трусиха, а поместье огромное. Боюсь забрести туда, куда не следует, или вовсе заблудиться. Те места, о которых ты рассказывала, сестрица Баолин, я и в глаза не видела, так что сама бы ничего толком описать не смогла.
Услышав это, Линь Баолин распахнула глаза от удивления:
— Сестрица Яоци даже у старой ванфэй не была?
Жэнь Яоци покачала головой:
— Ни разу. Может, расскажешь нам о ней?
Линь Баолин вновь радостно сощурила глаза и с воодушевлением принялась описывать, как однажды ходила вместе со своей прабабушкой и бабушкой засвидетельствовать почтение старой, вдовствующей супруге вана.
Девушки неспешно шли и беседовали, как вдруг издали раздался звонкий голос:
— Пятая сестра, наконец-то ты приехала!
Жэнь Яоци подняла глаза и увидела девушку в светло-зеленой кофте-ао и юбке, спешащую к ним с сияющей улыбкой. Яоци невольно улыбнулась в ответ и, ускорив шаг, вышла ей навстречу:
— Седьмая сестренка! Ты прислала мне приглашение, как бы я посмела не прийти?
Это была седьмая барышня второй ветви семьи Жэнь — Жэнь Яотин. Все эти дни она гостила у родни своей матери, в семье Су. Несколько раз она звала Жэнь Яоци в гости, но та каждый раз находила предлоги отказаться.
Жэнь Яотин поприветствовала Жэнь Яоинь и четырех барышень Линь, а затем крепко ухватила Жэнь Яоци за руку. В шутку слегка ущипнув ее за талию, она сверкнула глазами и со смехом произнесла:
— И тебе не совестно это говорить! Сколько раз я тебя звала, а ты всё не шла. Не пришла бы и сегодня — я бы с тобой больше не разговаривала!
Хоть слова и звучали как упрек, тон был радостным: было очевидно, что она искренне счастлива появлению Яоци.
Жэнь Яоци со смехом уворачивалась и просила пощады.
Вместе с Жэнь Яотин подошла еще одна девушка примерно их возраста. У нее были тонкие, миловидные черты лица. С улыбкой она произнесла:
— Младшая сестрица, матушка велела тебе встречать гостей, а не прогонять их. Напугаешь всех — как потом оправдываться будешь?
Жэнь Яотин прыснула со смеху и бросила на нее лукавый взгляд:
— Ладно-ладно, старшая кузина, мы уже поняли, какая ты у нас благонравная и послушная!
Этой девушкой оказалась старшая барышня семьи Су — Су Фанфэй.
Линь Баолин и Су Фанфэй, часто видевшиеся прежде, тут же подошли друг к другу. Баолин с ее живым характером немедленно вцепилась в старшую барышню Су и принялась беззаботно щебетать, то и дело прикрывая рот ладошкой, чтобы скрыть улыбку.
Старшая барышня Су слушала ее с легкой, ласковой улыбкой, изредка вставляя пару слов. Между ними чувствовалось глубокое взаимопонимание и теплая дружба.
Вся веселая компания направилась во двор старой госпожи Су.
Под каким бы предлогом ни наносился визит, первым делом следовало засвидетельствовать почтение самым старшим членам семьи хозяев, и лишь получив их позволение — расходиться по своим делам. Таковы были строгие правила и этикет.
Нынешняя старая госпожа Су была второй женой старого господина Су. Первый господин Су и вторая госпожа Жэнь были рождены от первой супруги. А вот второй и третий господа Су были сыновьями нынешней старой госпожи.
Су Фанфэй и Жэнь Яотин принадлежали к старшей ветви, и хотя они, соблюдая приличия, привели гостей к старой госпоже, их отношение к ней трудно было назвать теплым.
Лицо старой госпожи Су выражало приветливость, но это была лишь дань вежливости. Перебросившись с девушками парой фраз, она быстро отпустила их.
Следом Су Фанфэй и Жэнь Яотин повели их в покои первой госпожи Су. Во дворе старшей невестки было куда оживленнее: помимо них здесь уже находилось несколько девушек их возраста, а также несколько почтенных дам.
Ныне во внутренних покоях семьи Су, хотя старая госпожа Су и была самой старшей по положению, истинной хозяйкой дома являлась первая госпожа Су.
Поговаривали, что в свое время эта пара свекрови и невестки сошлась в нешуточной битве, подобно бьющимся насмерть дракону и тигру. О тех кровавых бурях посторонним знать не полагалось, но итогом стало то, что старая госпожа Су свернула знамена и затихла, а первая госпожа Су теперь наслаждалась триумфом.
Отношения между свекровью и невесткой всегда таковы: либо восточный ветер берет верх над западным, либо западный над восточным — кто-то неизбежно радуется, а кто-то льет слезы.
— Невестка-бяосао, замолвите словечко перед тётушкой, отпустите нас погулять в сад? — увидев вошедшую молодую женщину с мягкими чертами лица, Жэнь Яотин выпустила руку Жэнь Яоци, бросилась к вошедшей навстречу и принялась вполголоса ластиться к ней.
Взгляд Жэнь Яоци тоже остановился на этой молодой женщине. Улыбка на её лице не дрогнула, но вот до глаз она не дошла.
Первая молодая госпожа семьи Су, урожденная Цзэн, протянула руку и легонько щелкнула Жэнь Яотин по носу. На её лице сияла мягкая, балующая улыбка:
— Ах ты, хитрюга, только и умеешь, что мной помыкать. Раз хочешь пойти, отчего сама у свекрови не отпросишься?
Су Фанфэй тоже подошла, взяла госпожу Цзэн за другую руку и, легонько покачивая её, лукаво улыбнулась:
— Невестка, матушка ведь в тебе души не чает, если ты попросишь — успех обеспечен. А если сунемся мы с сестренкой, нас того гляди еще и отругают.
Госпожа Цзэн посмотрела на них, сдерживая улыбку, и со вздохом, полным показной безысходности, ответила:
— С золовками ссориться себе дороже, так что мне еще остается?
Су Фанфэй и Жэнь Яотин переглянулись и покатились со смеху.
Проходя мимо Жэнь Яоци, госпожа Цзэн машинально взглянула в её сторону. Встретившись с ней взглядом, она с улыбкой кивнула, а затем направилась к первой госпоже Су и что-то тихо ей шепнула.
Первая госпожа Су окинула взглядом стоящих поодаль барышень, кивнула и тихим голосом дала несколько наставлений, которые госпожа Цзэн почтительно выслушала.
Едва молодая госпожа Цзэн повернула назад, Жэнь Яотин первой бросилась к ней с нетерпеливыми расспросами:
— Ну как, ну как? Что сказала тётушка? Согласилась?
Госпожа Цзэн вздохнула, а затем мягко улыбнулась и подмигнула:
— Поручение выполнено.
Лицо Жэнь Яотин тут же просияло от радости.
Су Фанфэй, помня о своих обязанностях хозяйки, поспешила пригласить остальных барышень вместе погулять в саду. Услышав это, девушки заулыбались, и ни одна не отказалась. Некоторые, кто был позастенчивее, даже слегка покраснели.
Все прекрасно понимали, что сегодня в дом семьи Су прибыли не только барышни да матушки. Второй молодой господин Су устроил поэтическое собрание, и в поместье было полно молодых господ из знатных семей и образованных талантов. Так что прогулка по саду была лишь предлогом — на самом деле все они втайне лелеяли надежду хоть одним глазком взглянуть на манеры и стать молодых людей. И все хранили об этом молчаливое согласие.
Пока дело не выходило за рамки приличий, старшие закрывали на это глаза. В конце концов, все когда-то были молоды, все через это проходили.
Да и натворить глупостей было почти невозможно: в конце концов, дворы и сады кишели служанками и няньками, чьи зоркие глаза смотрели в оба и служили отнюдь не для украшения.
Первая молодая госпожа Су и Су Фанфэй повели барышень за собой. Жэнь Яотин нарочно потянула Жэнь Яоци за рукав, и они отстали на несколько шагов, идя позади всех.
— Пятая сестра, я слышала, сегодня он тоже придет.
Жэнь Яоци, наблюдая, как её служанка Пинго незаметно отступила назад, услышала слова Жэнь Яотин и рассеянно переспросила:
— Кто придет?
Но, едва задав вопрос и увидев, как Жэнь Яотин смущенно теребит подол своей юбки, она тут же всё поняла. Под «ним» Жэнь Яотин не могла подразумевать никого иного, кроме Хань Юньцяня.
Возможно, именно потому, что Жэнь Яоци знала о её тайной сердечной склонности к Хань Юньцяню, Жэнь Яотин всегда относилась к ней куда теплее, чем к остальным сестрам, и охотно делилась с ней секретами.
— Пятая сестра, молодой господин Хань сегодня наверняка тоже сложит стихи, — с этими словами она огляделась по сторонам и, понизив голос, добавила: — Я попозже пошлю людей, чтобы они выкрали его записи.
Жэнь Яоци опешила. Глядя на раскрасневшееся лицо и блестящие глаза сестры, она всё же попыталась её образумить:
— Седьмая сестренка, зачем тебе его стихи? А если кто-нибудь заметит, что тогда?
Жэнь Яотин нахмурилась, но в итоге упрямо надула губки:
— Ну и пусть заметят! Заметят — так даже лучше! Дядюшка и тётушка всегда во мне души не чаяли, они меня не отругают, а наоборот, придумают, как всё уладить. Тем более, из-за дел с соляными колодцами дядюшка в последнее время довольно тесно общается с семьей Хань. Если за дело возьмется он… Пятая сестра, как думаешь, у меня есть шанс?
Глядя на это упрямство и вид Жэнь Яотин, явно решившей не отступать, пока не расшибет лоб о каменную стену, Жэнь Яоци почувствовала, как у неё заныли виски.
Между ней и Жэнь Яотин не было глубокой сестринской привязанности, но и желать ей бед она не собиралась. В конце концов, Жэнь Яотин была из семьи Жэнь. Погубленная репутация одной барышни неизбежно бросила бы тень на всех остальных девиц клана.
— Седьмая сестренка, ты права. Семья Хань сейчас в хороших отношениях с семьей Су. Если с предложением выступит первый господин Су, у тебя и впрямь может быть шанс, — кивнула Жэнь Яоци.
Глаза Жэнь Яотин вспыхнули. Она уставилась на сестру с сияющим от радости лицом:
— Пятая сестра, ты серьезно? Ты правда так думаешь?
Жэнь Яоци кивнула:
— Вот только я считаю, что раз уж у тебя появился шанс, нужно быть вдвойне осторожной. Иначе, если сейчас случится оплошность, разве все твои прошлые старания не пойдут прахом? Взять хотя бы сегодняшний день: тебе ни к чему рисковать добрым именем ради какого-то стихотворения. Подумай сама, какая семья захочет ввести в дом девушку с подмоченной репутацией? И даже если семья Су хочет породниться с семьей Хань, неужто у них самих не найдется подходящих барышень на выданье?
Жэнь Яотин нахмурилась и заколебалась:
— В твоих словах есть правда, но я…
В этот момент идущая впереди Линь Баолин обернулась:
— Вы двое, почему так плететесь? О чем это вы секретничаете!
Жэнь Яоци с улыбкой потянула Жэнь Яотин за собой, ускоряя шаг, и больше не возвращалась к этой теме. Все нужные советы были даны; оставалось лишь надеяться, что Жэнь Яотин не наделает глупостей.
Поэтическое собрание семьи Су проходило в беседке посреди озера, что находилась в саду поместья.
Первая молодая госпожа Су и Су Фанфэй повели компанию барышень прямиком туда.
Издали все увидели, что в беседке посреди озера мелькают силуэты. Подойдя чуть ближе, они даже услышали, как какой-то молодой господин с воодушевлением читает стихи.
Должно быть, у этого чтеца как раз ломался голос: звучал он хрипло, грубо и совершенно не радовал слух. Но, на беду, молодой человек декламировал с таким чувством, с такой выразительностью и неподдельной искренностью, что язык не поворачивался его критиковать.
Барышни, шедшие впереди, не удержались от смеха.
Обитатели беседки тоже заметили приближающуюся стайку девушек. Голос читающего юноши заметно окреп и возвысился, да так, что спугнул пару уточек-мандаринок, мило чистивших перышки на воде.
Смех девушек стал еще громче, некоторые и вовсе едва стояли на ногах от хохота.
Жэнь Яоци тоже не смогла сдержать улыбку: веселье всегда заразительно.
Госпожа Цзэн не повела девушек прямо к беседке. Вместо этого они стали прогуливаться вдоль берега, так что от молодых господ их всегда отделяла полоса изумрудной воды шириной не меньше двух чжанов.
Легкий ветерок развевал подолы юбок, доносил дивные ароматы, а девичий смех звенел, словно серебряные колокольчики.
Обе стороны не могли разглядеть лиц друг друга, различая юношей и девушек лишь по силуэтам и нарядам. Однако это чудесным образом лишь сильнее разожгло «поэтический пыл» талантов, и кровь в жилах молодых людей закипела.
Юноша с ломающимся голосом наконец-то закончил свое выступление, но эстафету тут же подхватил кто-то другой.
Голос следующего чтеца был куда приятнее, вот только беда: читая уставной стих с семисловной строкой, он почему-то выдавливал слова порциями строго по три иероглифа. Последний, седьмой слог в строке всегда оставался в одиночестве. Ритм и рифма сбились в кучу, и звучало это донельзя странно.
Девушки покатились со смеху.
Линь Баолин со смешком подошла поближе и прошептала:
— Готова поспорить, этот чтец — не кто иной, как младший молодой господин Гу.
Жэнь Яотин, будучи нездешней, не поняла:
— Какой еще молодой господин Гу? Мы же отсюда никого не видим, как ты угадала?
Линь Баолин хихикнула, прикрыв рот:
— Вы просто не знаете. Этот молодой господин Гу с детства заикался. Потом матушка научила его способу говорить так, чтобы над ним не смеялись: разбивать любую фразу на кусочки по три слова. Кто бы мог подумать, метод сработал! После долгих тренировок, если он говорит медленно, заикания почти не заметно. Но говорят, избавившись от недуга, он приобрел убийственную привычку — страсть к чтению стихов… Пфф… — не договорив, Линь Баолин фыркнула от смеха.
Стоявшие рядом барышни тоже не смогли сдержать улыбок.
Пока все смеялись и переговаривались, на тропинке вдруг показался юноша в прямом халате из сапфирово-синего хучжоуского шелка. Судя по всему, он как раз направлялся к беседке.
У юноши была светлая кожа и совершенно заурядное лицо, некую изюминку которому придавали лишь раскосые «глаза феникса».
Внезапно столкнувшись с целой стайкой девушек, юноша испуганно вздрогнул, поспешно отвесил глубокий поклон и слегка отвернулся, не смея поднять глаз. Манеры его были безупречны.
Барышни тоже не ожидали никого встретить и поначалу испуганно засмущались. Но, увидев, как юноша жмется в сторонке, а его уши покраснели так, что вот-вот закапает кровь, они не удержались от смеха. Лицо юноши вспыхнуло еще пуще, он опустил голову так низко, что теперь девушкам была видна лишь его макушка.
Теперь девушки разглядывали его с еще большим любопытством. Хоть лицом он и не вышел, но его скованность, робость и подчеркнутая учтивость ничуть не отталкивали, а напротив, казались по-своему милыми.
Первая молодая госпожа Су, госпожа Цзэн, тоже рассмеялась. Она уже собиралась велеть служанке проводить этого беднягу, вконец растерявшегося от девичьего смеха, к беседке, как вдруг Жэнь Яоинь удивленно выдохнула и неуверенно позвала:
— Кузен Фан?
Фан Шучжоу поднял голову, увидел Жэнь Яоинь и Жэнь Яоци, тут же узнал их, снова поклонился и, краснея, произнес:
— Кузины Жэнь.
Госпожа Цзэн с улыбкой спросила:
— Молодой господин Фан направляется в беседку на озере?
Фан Шучжоу кивнул:
— Д-да, именно так.
Госпожа Цзэн не стала больше его смущать и, подозвав свою старшую служанку, велела проводить Фан Шучжоу.
Фан Шучжоу поспешно поклонился еще раз, чем вызвал новые смешки среди прикрывающих рты рукавами барышень.
Однако, когда Фан Шучжоу проходил мимо них, кто-то вдруг тихо вскрикнул.
Все обернулись и увидели, что Линь Баолин в оцепенении смотрит на Фан Шучжоу. Она приоткрыла рот, совершенно забыв прикрыть свои неровные зубы ладошкой.
— Баолин, что случилось? — тут же подошла к ней Су Фанфэй.
Линь Баолин пришла в себя. Её лицо мгновенно побледнело, а глаза покраснели.
Су Фанфэй с подозрением проследила за её взглядом и наткнулась на растерянные глаза Фан Шучжоу. Затем она опустила взгляд ниже, скользнула по талии юноши и вдруг замерла.
— Ой…
Фан Шучжоу не понимал, что происходит, но оставаться здесь дольше не смел. Собрав волю в кулак, он поспешно зашагал прочь.
Когда он ушел, Су Фанфэй с сомнением посмотрела на Линь Баолин. Остальные три барышни Линь переглянулись, и на их лицах тоже появилось странное выражение.
Бледное лицо Линь Баолин вдруг густо залилось краской. Она открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова.
— Что стряслось? — заметила неладное шедшая впереди госпожа Цзэн и подошла к ним.
Линь Баолин глубоко вздохнула, покачала головой и через силу выдавила:
— Ничего… я… мне просто вдруг стало нехорошо.
Госпожа Цзэн посмотрела на Линь Баолин, перевела взгляд на остальных барышень Линь с их странными лицами, а затем взглянула на свою золовку.
Девушки Линь молчали. Су Фанфэй посмотрела на невестку и тоже промолчала.
Увидев это, госпожа Цзэн очень естественно и участливо обратилась к Линь Баолин:
— Барышне Линь нездоровится? Не хотите ли пойти прилечь? Хоть сейчас и лето, но у озера в саду гуляет сквозняк. Должно быть, вас продуло, оттого и стало дурно? — забота на её лице была безупречной.
Линь Баолин поспешно закивала.
Госпожа Цзэн велела старшей служанке отвести Линь Баолин во двор первой госпожи Су передохнуть.
Барышни Линь переглянулись и изъявили желание пойти вместе с Баолин, чтобы составить ей компанию.
Су Фанфэй, немного подумав, сказала госпоже Цзэн:
— Невестка, я пойду с Баолин.
Госпожа Цзэн кивнула, не став возражать.
Су Фанфэй увела барышень семьи Линь с собой.
Жэнь Яотин, проводив их взглядом, тихо спросила у Жэнь Яоци:
— Что это с ней? Разве у Линь Баолин слабое здоровье?
Яоци лишь качнула головой, давая понять, что ей ничего не известно.
Впрочем, Яотин спросила лишь ради приличия. Её мысли были бесконечно далеки от подобных пустяков — она вовсю высматривала статного молодого господина Ханя, надеясь на «случайную» встречу.
Госпожа Цзэн продолжала вести барышень вдоль берега озера, слушая их смех и болтовню.
Когда они почти обошли озеро кругом, Яотин подозвала свою служанку и тихо приказала:
— Иди за служанками, что разносят чай, загляни в беседку на озере. Разузнай, там ли молодой господин Хань.
Жэнь Яоци, стоявшая рядом и всё прекрасно слышавшая, с трудом подавила желание тяжело вздохнуть.
Когда прогулка по саду уже подходила к концу, посланная служанка наконец вернулась и вполголоса доложила:
— Барышня, молодого господина Ханя в беседке нет.
Лицо Жэнь Яотин тут же омрачилось разочарованием. Она нахмурилась:
— Но кузен ведь говорил, что он придет! — Поразмыслив, она снова дала наказ служанке: — Ступай к внешней дороге и карауль там. Как только он появится — немедленно шли кого-нибудь мне сообщить.
Служанка с понурым видом поплелась выполнять поручение.
Барышни к тому времени уже порядком утомились от ходьбы и впечатлений, поэтому госпожа Цзэн предложила всем пройти в цветочный павильон перед покоями первой госпожи Су, чтобы выпить чаю.
Уже на выходе из сада Жэнь Яоци, ведомая каким-то предчувствием, обернулась. Она успела заметить сапфирово-синий силуэт, поспешно выходящий из озерной беседки. Уголки губ Яоци тронула едва заметная усмешка, и она, не подав виду, отвернулась.
Едва они покинули сад, как столкнулись с нянькой Линь Баолин, которая вместе со старшей служанкой куда-то торопливо шла.
Госпожа Цзэн не удержалась от вопроса:
— Куда это вы, матушка?
Нянька с заискивающей улыбкой ответила:
— Эта раба шла слишком быстро и обронила браслет, пожалованный мне хозяйкой. Иду вот поискать.
— Тогда я пришлю людей вам в помощь, — госпожа Цзэн проявляла добросердечие даже к чужим слугам.
Нянька поспешно замахала руками:
— Ой, что вы, госпожа! Я иду-то лишь для очистки совести, может, я его и вовсе в другом месте выронила. Не беспокойтесь о рабе, занимайтесь своими делами.
Госпожа Цзэн не стала настаивать, кивнула и повела барышень дальше.
Добавить комментарий