В этот момент снаружи внезапно раздался рокот барабанов. Бой был медленным и размеренным, словно барабанщики копили силы перед рывком.
Жэнь Яоци безотчетно выглянула в окно. По речной глади выстроился с десяток узких, длинных драконьих лодок. В каждой в два ряда сидело около двадцати гребцов в пестрых одеждах. На корме каждой лодки возвышался человек с барабаном, откуда и доносился этот гулкий ритм.
Сяо Цзинлинь тоже скользнула взглядом по реке:
— Начинается.
В это время Сяо Цзинси как раз присел рядом с ними. Услышав слова сестры, он с легкой улыбкой заметил:
— Вэньтин сошел на берег именно для того, чтобы открыть состязание.
Яоци и Цзинлинь обернулись. Хотя они находились в каюте, обзор отсюда был превосходный: помимо реки, как на ладони был виден и высокий помост на берегу.
И впрямь, Юнь Вэньтин уже поднялся по ступеням и занял место позади Старого господина Юня. Там же собрались главы кланов Су, Жэнь и Хань. Все они, выказывая глубочайшее почтение, смотрели в одну сторону, явно ожидая чьего-то появления.
Сердце Яоци невольно дрогнуло. Вскоре на помост в окружении свиты поднялся статный мужчина средних лет. Лицо его было строгим и спокойным; в мягких, казалось бы, чертах сквозила тяжелая, непререкаемая властность человека, привыкшего вершить судьбы. На нем был угольно-черный халат, расшитый четырехкогтистыми драконами-чи. Одного взгляда на это одеяние было достаточно, чтобы Яоци догадалась: перед ней сам ван Яньбэя, Сяо Янь.
Яоци впервые видела легендарного владыку севера и невольно задержала на нем взгляд. Сяо Цзинси и Сяо Цзинлинь внешне не слишком походили на отца — видимо, оба больше удались в матушку.
— Брат, ты не спустишься? — спросила Сяо Цзинлинь.
— Я садился на корабль не здесь, они даже не знают, что я прибыл, — ответил Сяо Цзинси, едва заметно улыбаясь.
На помосте собрались исключительно мужчины. Но когда взгляд Яоци скользнул за спину вана, она на миг оторопела. В свите владыки было еще несколько человек, среди которых затесался молодой господин Сяо Цзинъюэ, которого они недавно встретили у моста. А рядом с ним стоял изящный, невысокий юноша. Однако Яоци мигом раскусила обман: это была переодетая в мужское платье девушка. Та самая барышня У Июй.
Воспользовавшись покровительством людей из поместья вана, У Июй проникла на мужскую трибуну. Она с легкой надменностью взирала на реку, а на её губах играла сдержанная, благопристойная улыбка.
Брат и сестра Сяо, без сомнения, тоже заметили кузину, но ничем этого не выдали. Как и Яоци, и все остальные на этом корабле, они лишь отстраненно наблюдали за происходящим.
Старый господин Су, Су Чэнъюань, обеими руками почтительно поднес обернутую красным шелком колотушку. Ван Яньбэя принял её правой рукой и небрежно взвесил на ладони.
Сяо Цзинси и Сяо Цзинлинь поднялись на ноги. Яоци, хоть и не знала всех тонкостей состязания, без лишних слов последовала их примеру. Снаружи все с благоговением взирали на вана Яньбэя. Как бы ни шумела толпа мгновением ранее, теперь над рекой повисла благоговейная тишина.
Ван подошел к огромному медному гонгу, висевшему на краю помоста, вскинул руку и с силой ударил. Оглушительный звон разнесся над водой. Густое, почти осязаемое эхо кругами прокатилось по округе; этот звук отчетливо услышал каждый на реке.
В ту же секунду десяток драконьих лодок сорвался с места. Ритм барабанов на кормах сменился с тягучего на бешеный. Под этот яростный бой лодки, словно выпущенные стрелы, рванулись вперед, взрезая волны. И тут же берега взорвались неистовыми, оглушительными криками толпы.
На помосте свита почтительно проводила вана к главному месту.
Сяо Цзинси и Цзинлинь снова сели, и Яоци опустилась на тюфяк вслед за ними. В этот момент она краем глаза заметила, как переодетая мужчиной У Июй преградила путь старшему молодому господину Юнь, который собирался спуститься с помоста. Не желая совать нос в чужие дела, Яоци сделала вид, что ничего не видела, и отвернулась к окну.
Большой корабль тоже плавно тронулся, хотя плыл он куда медленнее гоночных лодок, держась на почтительном расстоянии. Стоило судну набрать ход, как в окна ворвался влажный, теплый речной бриз, принося удивительное чувство свежести и покоя.
Заметив, с каким вниманием Яоци смотрит на реку, Сяо Цзинси с улыбкой спросил:
— Кто побеждает?
Лодки уже успели изрядно отдалиться. Как Яоци ни щурилась, разглядеть их сквозь брызги было трудно. Она уже хотела покачать головой, как вдруг подала голос Сяо Цзинлинь:
— Насколько я вижу, вторыми идут Лэй и Су, а третьими — клан Юнь.
— У клана Лэй есть своя лодка? — поразилась Яоци.
Её вопрос прозвучал вовсе не из презрения к семье Лэй. Главная ветвь клана Жэнь не жила в Юньяне, поэтому они всегда лишь символически объединяли усилия с другой семьей, деля одну лодку. Даже семья Хань, которую клан Су пригласил поучаствовать в организации гонок, прибыла в Яньчжоу меньше года назад и просто не успела обзавестись собственным судном — они делили лодку с семьей по фамилии Ли.
Хоть Яоци прежде и не видела гонок, она знала, насколько трепетно яньбэйцы относятся к этому ремеслу. До официального спуска на воду требовалось провести множество сложных обрядов; обычно на создание истинной лодки уходило не меньше года или двух. Оттого она и была так удивлена.
Сяо Цзинси взглянул на Яоци и мягко пояснил:
— В Яньбэе изготовление лодок столь долгое дело в первую очередь из-за головы дракона — этот процесс невероятно сложен и требует времени. Сами корпуса лодок хранятся за городом, в храме Бога-Покровителя города, но вот головы каждый клан забирает в свои поместья. Когда семья Лэй бежала на юг, они увезли драконью голову с собой. Все эти десятилетия они бережно хранили её, потому и смогли спустить лодку на воду в первый же год после возвращения.
Яоци опешила и перевела взгляд на Сяо Цзинси. Она встретилась с его черными, смеющимися глазами. Казалось, всё искрящееся сияние речных волн отразилось в этой непроглядной глубине. От долгого взгляда на них захватывало дух и начинала кружиться голова.
Жэнь Яоци безотчетно перевела взгляд в окно, но в ту же секунду ощутила какую-то странность. Она слегка склонила голову, всматриваясь в речную гладь: грохот барабанов вновь стал нарастать, становясь всё громче — десяток драконьих лодок уже развернулись и неслись обратно.
И тут Яоци внезапно поняла, что именно не давало ей покоя. Семья Лэй в те годы бежала на юг, спасая свои жизни. То, что они забрали с собой поминальные таблички предков и фамильные сокровища, было вполне естественно. Но зачем тащить с собой голову дракона для гоночной лодки? Эта вещь была отнюдь не маленькой, к тому же крайне тяжелой и громоздкой. Чтобы везти такую, пришлось бы выделить целую повозку.
Складывалось стойкое ощущение, что, выставив этот драконий лик сейчас, клан Лэй хотел что-то доказать. Но что именно? Подтвердить, что их ветвь является законным и единственным преемником главной линии рода?
Яоци видела в этом жесте лишь напускную браваду и попытку пустить пыль в глаза.
— Гляди-ка, эти Лэй… замахнулись не на шутку, — голос Сяо Цзинлинь вернул Яоци к действительности.
Услышав это, Яоци невольно посмотрела на Сяо Цзинси. Тот с легкой улыбкой взирал в окно. В этот миг те самые лодки как раз вошли в их поле зрения. Впереди, рассекая волны, шла лодка под стягом поместья вана Яньбэя, а за ней, буквально вгрызаясь в воду, неслись еще три судна, и борьба между ними была отчаянной.
Неведомо почему, сердце Яоци дрогнуло, и она, повинуясь внезапному порыву, прямо спросила:
— Вы хотите использовать клан Лэй?
Добавить комментарий