Это был участник из Канады.
На экранах жюри поправляло салфетки, готовясь пробовать первую закуску — мини-кальцоне по-итальянски. Золотистые полумесяцы, обжаренные во фритюре, выглядели изящно, а соус на дне тарелки лежал идеально ровным слоем.
— Хм… — Уинстон кивнул, преисполненный ожиданий. Но когда его нож разрезал тесто, он разочарованно вздохнул. — Для жарки кальцоне нужно совсем немного масла. Но это «немного» должно быть строго выверено. Тесто недостаточно хрустящее, оно впитало лишний жир, и это портит всё впечатление.
Закуска получила всего 5 баллов. Плохое начало. Канадец схватился за голову, понимая, что теперь вся надежда на основное блюдо — телячьи рулетики с ветчиной. Выглядели они неплохо, но из-за спешки мясо было плохо отбито и не успело пропитаться маринадом. Снова низкий балл — 6.
Теперь, какой бы идеальный десерт он ни подал, разрыв было не сократить, да и аппетит у судей поубавился. Мусс из маракуйи оказался слишком жидким. Итог канадца — всего 5,8 балла. Зал разочарованно загудел, а остальные участники занервничали, гадая, достаточно ли тщательно подготовились они сами.
— В кулинарии важна каждая деталь, а детали требуют времени, — негромко произнес Цзян Цяньфань.
— Да, сэр. Поэтому я спокоен: глядя на мисс Линь, я вижу, что она предельно аккуратна. Всё под контролем, — ответил Мел.
В этот момент Линь Кэсун чистила яблоки. Она работала очень быстро, используя обычный нож вместо овощечистки. Кожура опадала длинной ровной спиралью, ни разу не оборвавшись. Зрители завороженно наблюдали за её руками.
— Чему они удивляются? — проворчал дядя Линь, обращаясь к Ижаню. — У нас в Китае все так фрукты чистят!
Кэсун разделалась с яблоками за считанные секунды и отправила их в соковыжималку. Даже свежевыжатый сок она не забыла проверить на вкус.
— Она что, собирается поить судей яблочным соком? В чем смысл? — заволновалась Сяосюэ, видя, как другие участники уже завершают работу. — Судьи просили еду, а не напитки!
— Не торопись. Фруктовое пюре идет в десерты, а сок часто используют для балансировки соусов, — с улыбкой пояснил Ижань.
К жюри отправились блюда мексиканца. Его закуской было карпаччо из говядины. Едва увидев тарелку, судьи сразу поняли, кто его наставник.
— О… неужели эта говядина дотягивает до уровня шефа Морриса? — Уинстон выглядел заинтригованным.
Но карпаччо получило лишь 7 баллов.
— Бальзамик нужно выпаривать на медленном огне до состояния сиропа. Вы явно спешили и прибавили жару. Соус приготовился быстрее, но потерял глубину вкуса.
Его горячее и десерт получили примерно такие же оценки. Следом шли другие повара, но никто не мог преодолеть планку в 7,5 баллов. Зрители зашептались: блюда на экране выглядели аппетитно, неужели в финале судьи решили стать запредельно жестокими?
— Дело не в жестокости, а в суете самих ребят, — вздохнул дядя Линь. — Многим не хватило выдержки, огонь был слишком сильным, ошибок в деталях — море.
Он посмотрел на Кэсун, которая в этот момент спокойно помешивала соус, и почувствовал облегчение. По крайней мере, она не поддавалась панике.
В этот момент Виктор вскинул руку, объявляя о завершении своей работы.
Камеры тут же переключились на его стол. Закуска выглядела ювелирно, цвет курицы «су-фрем» вызывал обильное слюноотделение, а десертом был итальянский семифредо, но какой-то необычный. Всё выглядело так, будто сошло со стола трехзвездочного ресторана Мишлен.
Кэсун продолжала работать, словно не замечая триумфа соперника. Но для зрителей стало ясно: наступил решающий момент битвы.
Виктор уверенно улыбнулся. Его закуской были средиземноморские томаты черри с базиликом. Из каждого крошечного помидора, размером чуть больше большого пальца, была удалена мякоть и заменена изысканной начинкой.
Уинстон осторожно зачерпнул ложкой один томат. На его губах заиграла улыбка:
— После долгой пытки моих рецепторов я наконец спасен. Не знаю имени автора, но его наставник — Джессика Квентин, легенда индустрии. Это освежающая, мягкая и полная сюрпризов закуска. Чеснока в меру, аромат базилика пронзает всё блюдо, а томатная основа не перекислена — она лишь подчеркивает нежность пармезана и сладких креветок. Безусловно, работа мастера.
Виктор получил 9,6 балла. Его глаза сияли гордостью.
Его основное блюдо — курица «су-фрем» — было почти молочного цвета, покрытое полупрозрачным соусом, текучим как лесной ручей. Повара в жюри начали сглатывать слюну от одного запаха.
— Секрет этого блюда в соусе велюте, контроле температуры птицы и нежности начинки из печени. Малейший промах — и текстура будет испорчена.
Уинстон разрезал мясо и повернул срез к камере. Все затаили дыхание: начинка внутри не была серой от перевара, она выглядела розовой и нежной.
— Похоже, этот участник не совершил ни одной ошибки, — улыбнулся Уинстон, пробуя кусочек. — М-м-м… Кости удалены идеально, структура мяса сохранена. Сельдерей и лук-шалот не забили аромат лимонного сорго и кумина, а лишь подчеркнули их. Но главное — легкая нотка карри в паштете, она играет на языке, как рыбка в тихом озере. Это великолепно… просто великолепно…
Судьи были в таком восторге, что некоторые съели половину порции — сотрудникам пришлось их остановить, чтобы дегустация могла продолжаться. Такого ажиотажа на шоу еще не было.
Виктор получил 9,7 балла за горячее.
Мел на трибунах вздохнул: — Похоже, Кэсун его не догнать. Даже если он завалит десерт, его балл останется выше девяти.
— Забудь о баллах. Важно то, что происходит сейчас, — Цзян слегка повернул голову. — Скажи, что она делает?
— Она только что достала из холодильника желе с креветками. По виду — точь-в-точь как ваше. Она начинает резать его… Текстура упругая… Уверен, её закуска удалась!
— Конечно. Она обожает это блюдо. Она запомнила его каждой клеткой, а то, что она помнит, она всегда сможет повторить.
Тем временем жюри приступило к десерту Виктора — торту «Матча Опера».
Все профи знали: «Матча Опера» от Джессики Квентин — это мировой эталон. Воздушный бисквит, нежнейший сливочный крем, свежесть чая и глубина шоколада.
Уинстон откусил первый кусок и ахнул:
— Да, этот бисквит… я чувствую его упругость даже кончиками зубов. Хотел бы я знать этот секретный рецепт!
Он медленно проглотил десерт, закрыв глаза. Но затем… Уинстон тяжело вздохнул.
Зрители вытянули шеи, гадая, что не так.
— Я понимаю, что финал — это колоссальный стресс. Нужно следить за десятью процессами одновременно: тут режешь, там кипит, здесь тушится. Всё превращается в хаос. Но раз первые два блюда были идеальны, я обязан требовать совершенства и от финала. Для торта «Опера» нужен сироп из сахара и ванили. Полагаю, в первый раз сотейник почти пересох, и участнику пришлось добавить воды и вынимать стручки ванили, чтобы спасти ситуацию. Этот едва уловимый привкус гари… он хорошо спрятан во втором слое… но мои рецепторы не обманешь.
Виктор непроизвольно сжал кулаки. Он действительно пытался исправить этот промах и надеялся, что его не заметят. Оказалось, перед Уинстоном бесполезно надеяться на авось.
Судья посмотрел на часы и с сожалением добавил: — У участника еще было время переварить сироп заново, но я понимаю: когда ритм сбит, велик риск погубить всё остальное. Но сироп — это сердце этого десерта. Жаль… очень жаль.
Добавить комментарий