В глубине гор, круглый год окутанных облаками и туманом, даже в ясные дни редко можно было увидеть прямые солнечные лучи. Поэтому здесь, в засушливом Силине, этот горный массив оставался редким оазисом влаги и зелени.
У ворот маленького дворика хрупкую бледную девушку остановили, едва она успела подойти к выходу. — Кто идет?
Ян Сянья вздрогнула от испуга и с тревогой в голосе произнесла: — Я… я хотела проведать А-Линя, узнать, как его раны…
Стражи у ворот сохраняли бесстрастное выражение лиц, казалось, вид слабой девушки их ничуть не трогает: — Молодой господин велел барышне отдыхать во дворе и набираться сил. Когда охранник Линь поправится, он сам придет к вам.
Ян Сянья прикусила губу и тихо прошептала: — Но… я очень волнуюсь. У-у-у… У меня здесь никого нет. Только… только он остался… Прошу вас, позвольте мне взглянуть на него хоть одним глазком.
Видя, как жалобно плачет эта нежная красавица, двое стражников заколебались. В конце концов, она — гостья, которую привел сам Молодой господин, и им было велено о ней заботиться…
— Барышня, подождите немного. Мы доложим Молодому господину, — наконец пошли на уступку стражи.
— Что случилось? — Ян Сянья уже собиралась поблагодарить их, когда снаружи раздался голос Чжу Лина.
Стражи поспешно поклонились и пересказали просьбу Ян Сяньи насчет её телохранителя. Чжу Лин, приподняв бровь, посмотрел на бледную девушку, в чьей хрупкости сквозила паника, и о чем-то задумался.
Ян Сянья осторожно спросила: — Молодой господин Чжу… Неизвестно, как там раны А-Линя? И когда… когда мы сможем отправиться в столицу? Прошу вас, господин Чжу, отправьте людей, чтобы сопроводить нас, слугу и госпожу, в столицу. Когда мы вернемся, и я, и семья Лин будем вечно благодарны вам.
Глаза Чжу Лина слегка блеснули, и его взгляд, обращенный на Ян Сянью, стал заметно мягче. Он с легкой улыбкой ответил: — Девица Ян, можете быть спокойны. Как только вы поправитесь, я прикажу людям проводить вас в столицу. Однако тот охранник, Линь, ранен весьма серьезно. Боюсь, ему придется полежать еще несколько дней.
Ян Сянья с облегчением выдохнула и кивнула: — Огромное спасибо вам, господин Чжу. Главное, что А-Линь жив. Я… могу я навестить его?
Чжу Лин улыбнулся: — Девица Ян может взглянуть на него от дверей. Его раны выглядят пугающе, лучше вам не подходить близко. Я уже отправил гонца на быстрой лошади в столицу, чтобы передать весть молодому господину Лину. Возможно, совсем скоро Молодой господин Лин лично приедет, чтобы забрать девицу Ян.
Услышав это, лицо Ян Сяньи озарилось радостью и покоем: — Это просто замечательно! Спасибо вам, господин Чжу. Вы и вправду добрый человек…
Чжу Лин сдержанно улыбнулся: — Ну что вы. Девица Ян — потомок верного героя, помощь вам — это то, что я обязан сделать.
Успокоив Ян Сянью, которая так пеклась о своем телохранителе, и проводив её обратно в комнату, Чжу Лин покинул маленький дворик и направился во внешнюю часть усадьбы.
Хоть эти постройки, спрятанные в горных лесах, и выглядели куда проще городских усадеб, здесь всё же было разделение на внутренний и внешний дворы. Кабинет Чжу Лина находился в углу внешнего двора. Когда они вошли в кабинет, следовавший за ним страж наконец заговорил: — Господин, похоже, эта девица Ян и правда дочь Генерала Тигровой Мощи. Только что вы сказали, что за ней приедет Молодой господин Лин, и она не выказала никакого беспокойства или странной реакции.
Чжу Лин кивнул, устало опустился в кресло за письменным столом и произнес: — Сейчас смутные времена, осторожность не помешает. Тот телохранитель по имени А-Линь уже пришел в себя?
Страж кивнул: — Очнулся совсем недавно. Он очень плох. Удар в спину едва не стоил ему жизни. Его рассказ полностью совпадает со словами девицы Ян. Как только армия Мо начала атаку на Личэн, генерал Ян тут же отправил дюжину людей, чтобы они сопроводили барышню в столицу к семье Лин. Кто же знал, что армия Мо будет продвигаться так быстро? Они едва успели покинуть Личэн, как город пал. Они переоделись простолюдинами, но, проходя мимо того уездного городка, который занял Чжан Цилань, случайно выдали себя, после чего армия Мо и начала за ними охоту.
Чжу Лин слегка нахмурился и кивнул: — Похоже, этот А-Линь и вправду преданный слуга. Вели лекарю использовать лучшие лекарства, его нужно поставить на ноги как можно скорее.
— Слушаюсь, господин.
— Есть ли новости от дедушки? — сменил тему Чжу Лин, переходя к делам.
Лицо стража омрачилось тревогой, и он покачал головой: — Нет. С тех пор как армия Мо осадила Бяньчэн, от старого генерала не поступало никаких вестей. Чжан Цилань, занявший уездный город, установил строжайшую проверку для всех проходящих. Боюсь, даже если старый генерал захочет передать письмо, гонец не сможет прорваться. Господин, неужели мы так и будем прятаться здесь? Позволим Чжан Циланю контролировать ключевой путь к Бяньчэну? Хотя запасов в Бяньчэне достаточно, если осада продлится месяц-другой, городу придется туго.
Чжу Лин задумался на мгновение, затем покачал головой: — Нет, Мо Сюяо не станет так поступать. Время поджимает его куда сильнее, чем нас. Если он затянет осаду на пару месяцев, к Бяньчэну успеют подойти подкрепления со всего Силин. И тогда его жалкие четыреста тысяч, какой бы элитной армией они ни были, окажутся в положении «дракона на мелководье и тигра на равнине».
— Что господин имеет в виду?
Чжу Лин нахмурился: — У Мо Сюяо и так мало войск. И в такой момент он выделяет несколько десятков тысяч солдат, чтобы занять какой-то незначительный уездный городок? Я подозреваю… он уже знает о нашем существовании.
Страж вздрогнул от неожиданности: — Вы думаете, Дин-ван отправил Чжан Циланя в этот город, чтобы помешать нам прийти на помощь Бяньчэну и не дать окружить себя с двух сторон?
Чжу Лин потер переносицу рукой: — Я склоняюсь к тому, что он хочет, чтобы Чжан Цилань уничтожил нас.
— Да как это возможно? — фыркнул страж с недоверием. — Не говоря уже о том, что мы знаем местность так, как армии Мо и не снилось, у Чжан Циланя просто недостаточно людей, чтобы тягаться с нами.
Чжу Лин покачал головой и вздохнул: — Мо Сюяо не делает бессмысленных ходов. Отправь людей спуститься с гор и снова разведать обстановку в Бяньчэне и в стане армии Мо.
— Слушаюсь, господин.
Два дня спустя. Чжу Лин сидел в своем кабинете и играл в вэйци с Ян Сяньей. За эти дни, проведенные вместе, девушка наконец избавилась от первоначального страха и тревоги. Особенно когда узнала, что Чжу Лин — внук старого генерала Чжу Яня, она полностью успокоилась. Хоть она была юна и никогда не видела генерала Чжу лично, но слышала о нем от дедушки и дядей. Семьи Чжу и Лин связывала давняя дружба. Перестав бояться, девушка стала вести себя более открыто и жизнерадостно.
Тут Чжу Лин с удивлением обнаружил, что эта девушка не похожа на обычных дочерей военных Силин, которые ничего не смыслят в искусствах. Напротив, она прекрасно разбиралась в каллиграфии и живописи. И хотя он не слышал, как она играет на цитре, её мастерство в вэйци было весьма достойным. Она совсем не походила на так называемую «тигрицу из семьи генерала». Но если вспомнить, что матерью девицы Ян была дочь бывшего Наставника Силин — одной из самых уважаемых литературных семей страны, — то всё становилось на свои места.
Сам Чжу Лин, хоть и родился в семье генералов, вырос в Бяньчэне. Там, на горе Луншань, располагалась одна из трех величайших академий мира, и Чжу Лина с детства обучали знаменитые конфуцианские ученые. Однако из-за особых обстоятельств он был вынужден годами жить в горных лесах, в окружении грубых солдат, не знающих грамоты. Встретить здесь образованного человека, с которым можно поговорить о возвышенном, пусть даже это была девушка, стало для него настоящей отдушиной. Они беседовали с большим удовольствием.
— Господин, разрешите доложить, есть срочное дело, — раздался громкий голос за дверью.
Чжу Лин взглянул на девушку, которая напряженно обдумывала ход на доске вэйци, и ровно произнес: — Войди.
Вошедший человек с сомнением покосился на Ян Сянью. Девушка проявила тактичность, тут же поднялась и сказала: — Раз у господина дела, Сянья удалится. Партию доиграем в другой раз, а я пока пойду проведаю А-Линя.
Взгляд Чжу Лина потеплел, он кивнул: — Так будет лучше. Телохранитель Линь через пару дней уже сможет вставать с постели, тебе не о чем беспокоиться.
— Я знаю. Спасибо вам, господин, — Ян Сянья еще раз поблагодарила Чжу Лина и удалилась.
Глядя, как хрупкая девичья фигурка исчезает в дверях, Чжу Лин опустил голову и рассеянно уставился на незаконченную партию вэйци, погрузившись в мысли.
— Господин? — с недоумением окликнул его стоящий рядом страж. Чжу Лин очнулся от раздумий: — В чем дело?
Страж доложил: — Все эти дни армия Мо хоть и держит Бяньчэн в осаде, но масштабного штурма не предпринимает. Они лишь ежедневно отправляют под стены нескольких молодых офицеров, чтобы те выкрикивали оскорбления, да проводят вялые атаки, после чего уходят обратно в лагерь. Ни сам Мо Сюяо, ни кто-либо из его главных генералов, способных вести войско самостоятельно, так и не показались. Кроме того, вчера во время стычки двух армий старый генерал вывел из города семьдесят тысяч солдат и направился в нашу сторону. Похоже, он планирует сначала разобраться с Чжан Циланем.
Чжу Лин замер, его красивые брови сошлись на переносице: — Никого из главных генералов ниже Мо Сюяо не было на поле боя? Но… и здесь находится только Чжан Цилань. Где же все остальные?
Страж ответил: — Армия Мо тайно вывела часть войск из лагеря. Старый генерал подозревает, что они давно знают о нашем существовании и планируют, формально осаждая Бяньчэн, сосредоточить основные силы против нас. Видимо, старый генерал беспокоится, поэтому и поспешил нам на помощь.
Чжу Лин закрыл глаза: — Кто остался оборонять Бяньчэн? — Великий генерал Лон Ян тоже находится в городе.
— Это хорошо… Нет! Не то! — Внезапно его лицо исказилось, он резко вскочил с места. — Мо Сюяо не собирается нападать на нас, он хотел выманить дедушку из города!
Его осенило: — Мо Сюяо нет в главном лагере, и у Чжан Циланя его тоже нет. Значит, он прячется где-то еще! С тем количеством людей, что у него есть, он не смог бы найти нас в этих горах, пока мы сами не покажемся. Его целью было заставить дедушку покинуть город, чтобы ослабить оборону Бяньчэна и вытянуть силы по частям!
Услышав это, страж тоже переменился в лице: — Тогда… Господин, что нам делать?
Чжу Лин отдал жесткий приказ: — Передай всем: выдвигаемся атаковать войска Чжан Циланя! Мы обязаны взять уездный город до завтрашнего утра, чтобы встретить и прикрыть дедушку!
— Подчиненный немедленно займется этим!
Глубокая ночь опустилась на горы, и сегодня в ущельях было особенно тихо. В одном из дворов, скрытых ночной тьмой, из тени легко выскользнула стройная фигура. Ловко миновав ночной патруль, тень с кошачьей грацией приблизилась к уединенному кабинету в углу внешнего двора.
Несмотря на то, что этой ночью большая часть солдат уже покинула лагерь, уходя на битву, охрана у кабинета оставалась строгой. Темная тень подобралась бесшумно. Движения были быстрыми, как у призрака. К тому моменту, как четверо стражников у двери успели что-то понять, трое из них уже рухнули на землю.
— Это ты?! Ты…
Вжик! Кинжал со свистом рассек воздух и вонзился точно в сердце последнего охранника.
— Линь Хань? — тихо позвала тень.
С соседней крыши бесшумно спрыгнула высокая статная фигура. Мужчина подошел, взглянул на четыре трупа на земле, и в его глазах не отразилось ни капли эмоций.
— Ванфэй.
Пришедшим был тот самый «телохранитель А-Линь» из поместья Генерала Тигровой Мощи, который, по идее, должен был сейчас лежать пластом в постели.
— Как твои раны? — тихо спросила Ян Сянья — нет, Е Ли.
Линь Хань ответил вполголоса: — Жизненно важные органы не задеты, всё в порядке. Выглядит страшнее, чем есть на самом деле.
Е Ли кивнула: — Хорошо, что ты в норме. Посторожи здесь, я зайду внутрь и осмотрюсь.
— Слушаюсь.
Е Ли вошла в кабинет, но пробыла там недолго и вскоре вышла. Очень быстро две тени растворились в лабиринте дворов. А спустя мгновение ослепительно яркий фейерверк пронзил плотную завесу тумана и ночной тьмы, расцветая в небе над горами…
Когда небо начало светлеть, битва за маленький уездный город вспыхнула в полную силу.
Этот городок и близко не стоял по прочности с Бяньчэном: его стены были низкими и тонкими, а местами их и вовсе не было. Оборонять такой город было куда труднее, чем штурмовать. Поэтому Чжу Лин со своими людьми практически не встретил серьезного сопротивления и ворвался внутрь, вступив в ожесточенную схватку с солдатами армии Мо на улицах города.
В укромном уголке города Чжан Цилань с отрядом стоял на возвышенности, наблюдая за резней внизу.
— Генерал, у противника, по оценкам, около ста тысяч человек. Нам пора отходить, — тихо напомнил ему подчиненный.
Чжан Цилань покачал головой: — Нельзя. По информации от Ванфэй, у них должно быть не менее ста восьмидесяти тысяч.
— Но этот уездный город слишком мал, здесь и ста тысячам негде развернуться. Они просто не могли привести сюда все силы, — возразил офицер.
Чжан Цилань сердито зыркнул на него: — Я и сам это знаю! Не видишь, что ли? Тут и ста тысячам уже тесно, яблоку негде упасть! Прикажи тем парням, что на внешнем периметре, тайно отходить. А те, кто уже вступил в бой, — пусть дерутся изо всех сил, черт возьми! Задержите их! Мы обязаны продержаться, пока не подойдут войска Чжу Яня.
Услышав это, офицер скривился: — Если так, то нам точно конец. С сотней тысяч мы едва справляемся, а если прибудут еще несколько десятков тысяч во главе со старым генералом, прошедшим сотни битв… Как нам выжить?
Чжан Цилань с улыбкой похлопал подчиненного по плечу: — Страшно? Не бойся, ваш генерал с вами. Даже если и правда придет конец, мы заберем с собой на тот свет одного из знаменитых генералов Силин. Неплохой размен, я считаю.
Офицер вытаращил глаза и громко воскликнул: — Кто боится?! Я не собираюсь помирать вместе с Чжу Янем! Я еще собираюсь завоевывать Поднебесную вместе с Ваном!
Чжан Цилань рассмеялся: — Вот это дух! Мне нравится твоя смелость, парень! Ха-ха…
Пока они говорили, на востоке за городом замелькали огни факелов. Чжан Цилань глубоко вздохнул: — Прибыли…
Чжу Янь двигался невероятно быстро: стоило заметить огни вдалеке, как они уже оказались под стенами. Ворота маленького города не выдержали бы и пинка, да и у армии Мо не было лишних людей для их обороны. Вскоре восточные ворота были прорваны солдатами Силин. Воины армии Мо оказались зажаты в клещи между врагами с запада и востока.
Чжан Цилань взглянул на уже совсем рассветшее небо и с легким сожалением произнес: — Пора сматываться!
Раздался звук гонга, и армия Мо, не проявляя ни малейшего желания продолжать бой, начала организованно отступать. Солдаты Силин, накопившие за эти дни много злости, видя, как враг бежит, порывались броситься в погоню. Но Чжу Янь остановил их.
— Не преследовать! Впереди может быть засада, — предупредил Чжу Лин.
Чжу Янь кивнул: — Верно. Отступление армии Мо выглядит хаотичным, но в этом хаосе есть порядок. Это не похоже на паническое бегство после разгрома. Скорее всего, они хотят заманить нас в ловушку.
Приказав солдатам заняться зачисткой поля боя, Чжу Лин и Чжу Янь наконец нашли время поговорить наедине. Из-за особого статуса Чжу Яня и тяжелой миссии, возложенной на Чжу Лина (годами жить в глуши), дед и внук виделись редко — раз в полгода, а то и реже. Последняя их встреча была больше полугода назад.
Глядя на статного внука с твердым взглядом, Чжу Янь довольно кивнул. Но в то же время его сердце сжималось от вины. Ради того, чтобы командовать этой тайной армией, внук был вынужден жить в лесу, не видя белого света. Этот мальчик был его единственным родным человеком, самым любимым внуком. Иногда Чжу Янь задавался вопросом: стоило ли всё это того, за что он так упорно держался?
— Хороший мальчик, тяжело тебе пришлось, — спустя долгое время тихо произнес Чжу Янь.
Чжу Лин сдержанно улыбнулся: — Дедушка преувеличивает, это долг внука. Кстати, почему дедушка лично вывел войска из города? А как же оборона Бяньчэна?..
Чжу Янь махнул рукой: — Я знаю, что Мо Сюяо сделал это, чтобы выманить меня. Но в Бяньчэне остался Лон Ян, так что мое присутствие там не критично. А вот насчет тебя… Не знаю почему, но у меня было неспокойно на душе. Особенно последние два дня — сердце билось так тревожно, стоило мне подумать о тебе. У тебя здесь ничего не случалось?
Чжу Лин покачал головой: — У внука всё хорошо, дедушка напрасно волнуется. Я буду предельно осторожен. Раз уж дедушка вышел из Бяньчэна, в этом есть и плюсы. Мы закрепимся здесь и сможем координировать действия с генералом Лоном, замедляя осаду. К тому же… наши объединенные силы превышают шестьсот тысяч. Неужели мы будем бояться Мо Сюяо с его неполными четырьмя сотнями тысяч?
Впрочем, Чжу Лин не стал пренебрегать тревогой деда. Это не были старческие страхи, а звериное чутье опытного генерала, прошедшего половину жизни в боях.
Чжу Янь с теплотой похлопал внука по плечу: — Хороший мальчик, ты совсем вырос. Видя одобрение деда, даже сдержанный Чжу Лин не смог скрыть радостной улыбки.
Дед и внук сели и обменялись мнениями о текущем положении дел на фронте. Чжу Янь всё больше радовался тому, каким зрелым стал его внук. Однако, когда Чжу Лин упомянул о спасенной им Ян Сянье, Чжу Янь вдруг нахмурился: — Ты говоришь, она дочь покойного Генерала Тигровой Мощи? Ты уверен?
Чжу Лин опешил: — Разумеется, уверен. Все приметы сходятся, жетон её телохранителя подлинный. Кроме того, внук задавал ей множество вопросов о генерале Ян Ху и семье Лин, и она ни разу не ошиблась.
Внезапно в сердце закралось нехорошее предчувствие. Лицо Чжу Лина слегка изменилось, и он с тревогой посмотрел на Чжу Яня.
Чжу Янь нахмурил брови: — Ты прав, эта девчонка по характеру и внешности действительно немного похожа на дочь Ян Ху. Но… года два назад генерал Ян Ху с женой и дочерью приезжал в Бяньчэн навестить меня. Та девчонка из семьи Ян с детства росла избалованной, и характером пошла в отца — она совершенно не любит ни цитру, ни шахматы, ни живопись. Разве что вышивает сносно, да знает пару иероглифов. А уж в шахматах она не смыслит ровным счетом ничего.
— Тогда… — лицо Чжу Лина мгновенно потемнело. Хотя вначале он и относился к Ян Сянье с подозрением и даже сейчас не раскрывал ей ничего важного, после нескольких проверок он действительно поверил в её личность. Теперь, внезапно осознав, что всё это ложь от начала до конца, он испытал волну гнева.
— Дедушка… Я должен немедленно вернуться. Я боюсь…
Лицо Чжу Яня тоже стало серьезным. Внезапное появление неизвестной женщины, выдающей себя за дочь генерала, в такой критический момент не могло не вызывать тревоги. Подумав, Чжу Янь кивнул: — Хорошо, ступай. Будь предельно осторожен.
— Слушаюсь. Дедушка, вы тоже…
— Старый генерал! Молодой господин! Нас окружила армия Мо! — в комнату ворвался солдат с докладом.
Впрочем, они поняли это и без слов: не успел солдат договорить, как за стенами города раздался громоподобный бой барабанов. Дед и внук поспешили на крепостную стену. Под стенами развевались знамена, и солдаты армии Мо, сжимая оружие, стояли в строгом боевом порядке. В их рядах царила суровая дисциплина — ни следа того панического бегства, которое они изображали час назад.
Перед строем Чжан Цилань, сидя верхом на коне и держа наперевес огромный меч, громко рассмеялся: — Старый генерал Чжу! Командующий Корпусом Орла армии Мо, Чжан Цилань, давно наслышан о вашей грозной славе. Прошу старого генерала преподать мне урок!
Чжу Янь окинул взглядом поле: перед ним стояла плотная масса армии Мо, не менее ста тысяч человек. Чжан Цилань — это не те неопытные юнцы вроде Юнь Тина. Стоило черному боевому знамени взмыть вверх, как солдаты армии Мо начали расходиться в стороны. Казалось, строй рассыпался, но опытный глаз сразу замечал скрытую в этом хаосе закономерность. Если обычный генерал опрометчиво ворвется в этот «Массив Небесного Хаоса», то без огромных потерь ему оттуда не выбраться.
Глаза Чжу Лина блеснули — он тоже оценил хитрость построения. — Дедушка, внук спустится и попробует прорвать строй.
Чжу Янь кивнул и напутствовал: — Чжан Цилань — ветеран армии Мо, будь крайне осторожен.
— Внук понимает.
Ворота распахнулись, и солдаты Силин хлынули наружу. Молодой человек в лунно-белых одеждах, даже не успев сменить их на доспехи, спрыгнул прямо со стены в седло пролетающего боевого коня. Ударив пятками в бока скакуна, он устремился на армию Мо. Чжу Лин мчался в авангарде, и солдаты Силин, словно водяной дракон, врезались в ряды армии Мо, сметая всё на своем пути. Однако прорваться сквозь черную сеть окружения им никак не удавалось.
В тылу Чжан Цилань, наблюдая за боем с коня, потер подбородок и с азартом ухмыльнулся: — А этот паренек интересен.
Стоящий позади подчиненный тихо заметил: — Генерал, он вам не по зубам.
Лицо Чжан Циланя тут же почернело. Он был не дурак. Командовать армией и драться один на один — это две разные вещи. Выросший в военном лагере, Чжан Цилань знал, что «над сильным всегда найдется сильнейший», и проиграть парню моложе себя не стыдно. Но когда твой собственный подчиненный говорит об этом так открыто — это, черт возьми, обидно! Он сердито зыркнул на офицера: — Больно ты болтлив!
Офицер закатил глаза. «Разве не сам Ван велел мне напоминать вам, чтобы вы не лезли на рожон, когда разгорячитесь? А теперь я виноват! Трудно быть подчиненным в наши дни, а заботливым подчиненным — еще труднее!»
— Генерал? Ну что? Будем брать этого парня? Чжан Цилань обернулся к нему: — Кто пойдет? Ты?
Офицер махнул рукой в сторону молчаливого человека, наблюдающего за боем.
Чжан Цилань посмотрел на Цинь Фэна, чье лицо не выражало никаких эмоций, и тут же скис: — Командующий Цинь, вы когда-нибудь скажете мне, куда делась Ванфэй? Знайте, если с Ванфэй что-то случится, нам обоим головы не сносить! Цинь Фэн искоса взглянул на него и улыбнулся: — Генерал, будьте спокойны. Я уже отправил людей встретить Ванфэй, проблем не будет.
Добавить комментарий