Проводив принцессу Жунхуа, Е Ли вернулась к делам. Она закончила составлять планы тренировок и передала их Цинь Фэну. Лишь на следующее утро она пошла попрощаться с Великой Принцессой, чтобы вернуться в город.
Великая Принцесса посмотрела на Е Ли со значением и улыбнулась: — Пора возвращаться. Негоже тебе, законной Ванфэй Дина-вана, жить здесь, за городом, со старухой, словно в ссылке. К тому же… Сюяо там один, без жены, которая помогала бы ему управлять делами. Это доставляет немало неудобств.
Услышав эти слова, Е Ли слегка опешила. У неё возникло стойкое ощущение, что в столице происходит что-то важное, о чем она не знает. Попрощавшись с Великой Принцессой и выйдя за ворота, она увидела ожидающего её Цинь Фэна. Е Ли бросила на него взгляд с полуулыбкой, от которой у того мороз по коже прошел: — В столице случилось что-то, о чем я не знаю, верно?
Лицо Цинь Фэна окаменело, он выдавил неловкую улыбку: — Если бы случилось что-то важное, кто бы посмел не доложить Ванфэй?
Е Ли прищурилась, склонила голову набок и ласково спросила: — Значит, это что-то «неважное»? Ну так расскажи.
Видя, что Е Ли развернулась и пошла к повозке, Цинь Фэн поспешил следом, на ходу объясняя: — На самом деле ничего страшного… Эм… Вы же знаете, несколько дней назад прибыли послы Бэйжуна для заключения брака. Принц Елюй подал прошение Императору, заявив, что раз наши страны объединяются узами брака, то должен быть обмен: «и выдать замуж, и взять в жены», дабы продемонстрировать дружбу двух народов.
Е Ли остановилась и холодно посмотрела на него: — Значит, на этот раз приехала принцесса Бэйжуна, и Вану хотят навязать новую жену? Император что, считает поместье Дина-вана помойкой, куда можно запихивать любой сброд?
Цинь Фэн втянул голову в плечи. Неужели Ванфэй ревнует? Ван наверняка обрадуется, узнав об этом! Но, взглянув на выражение лица Е Ли, он понял, что дело серьезное, и поспешил объяснить: — Это не принцесса Бэйжуна… Это приемная дочь Генерала Летучей Кавалерии Бэйжуна, Хэлянь Чжэня, по имени Хэлянь Хуэйминь.
У Е Ли дернулся уголок рта. Приемная дочь Хэлянь Чжэня… Кто не знает, что вражда между Хэлянь Чжэнем и поместьем Дина-вана глубока, как море? Именно он, вероятно, виновен в гибели отца Сюяо или его травме. И эта «приемная дочь» … Похоже, противник очень уверен в себе, раз осмелился прислать кого-то с таким статусом в Великую Чу.
— Почему я не знала об этом? — ледяным тоном спросила Е Ли.
— Ванфэй, умоляю, не гневайтесь! — Цинь Фэн начал просить прощения, но, поймав холодный взгляд хозяйки, вспомнил, что она ненавидит пустую болтовню, и быстро перешел к делу: — Это был приказ Вана. Ван сказал, что раз вы заняты делами за городом, не стоит беспокоить вас такими мелочами. Ван не принимает всерьез какую-то женщину из Бэйжуна.
Е Ли слегка кивнула, принимая объяснение: — Раз Ван не принимает это всерьез, почему тогда об этом судачит весь город? Жунхуа знала, даже Великая Принцесса, живущая в уединении, знала. Значит, скандал раздули немалый.
Цинь Фэн опустил глаза: — Император и Вдовствующая Императрица заявили, что Ван и Ванфэй женаты уже больше года, но у Ванфэй… до сих пор нет новостей. Поэтому они удовлетворили прошение принца Елюй, заявив, что это необходимо для того, чтобы «распустить ветви и рассеять листья» для рода Дина-вана.
Договорив, Цинь Фэн с опаской покосился на Е Ли. Вот она — истинная причина, по которой они боялись ей докладывать.
— «Распустить ветви и рассеять листья», говоришь?! — усмехнулась Е Ли ледяным смехом. — Взять женщину из Бэйжуна, чтобы она родила наследника Дина-вану? Возвращаемся в город!
Она не была расисткой, но даже если бы она действительно была бесплодна, народ Великой Чу и Армия семьи Мо никогда не приняли бы наследника, в жилах которого течет кровь врагов-бэйжунцев. Это чистой воды политическая диверсия. Мо Цзинци придумал «отличный» план. Он что, считает всех людей в Поднебесной идиотами?
Не успев даже вернуться в поместье, Е Ли по дороге наслушалась сплетен о Дин-ване и Хэлянь Хуэйминь. Главной темой было то, что Ванфэй за год брака так и не понесла, но при этом из-за своей ревности и отсутствия добродетели отказывается позволить Вану взять наложницу.
Едва она переступила порог, как Управляющий Мо поспешил к ней с просьбой пройти в главный зал. Е Ли вопросительно подняла бровь. Управляющий пояснил: — Принц Елюй и госпожа Хэлянь Хуэйминь нанесли визит. Ван сейчас беседует с ними. Поскольку Ванфэй — хозяйка дома, ей тоже подобает встретить гостей.
Е Ли с интересом посмотрела на старика и усмехнулась: — Дядюшка Мо, вам есть что сказать по поводу слухов на улице? Хотя эти грязные домыслы её раздражали, в одном они были правы: за год она не забеременела и не собиралась искать мужу наложниц. В глазах людей этой эпохи она и правда была «ревнивой и недобродетельной».
Управляющий Мо невозмутимо ответил: — Слуги не имеют права обсуждать дела хозяев. К тому же… большую часть этих слухов Ван приказал распустить сам.
— Хм? Что Ван задумал? — удивилась Е Ли, но, подумав, поняла логику. Слухи распространились по всей столице всего за пару дней и только усиливались. Без вмешательства ресурсов поместья Дина-вана такого масштаба достичь было бы невозможно. Значит, Мо Сюяо не только не гасил этот пожар, но и подливал масла в огонь.
— Ван сказал, что когда Ванфэй вернется, она сама поймет его замысел. А сейчас Ванфэй… — напомнил Управляющий.
Е Ли ослепительно улыбнулась: — Раз уж гости сами пришли к нам на порог, как может эта Ванфэй нарушить этикет и не встретиться с ними?
Подойдя к дверям главного зала, она услышала звонкий девичий голос: — Ван, неужели Хуэйминь не удостоится чести увидеть Ванфэй?
Голос Мо Сюяо звучал как обычно — равнодушно и мягко: — А-Ли уехала за город навестить Царственную Тётушку. Боюсь, у госпожи Хэлянь нет судьбы встретиться с ней сегодня.
— Ван шутит, какая же это «нет судьбы»? — громко рассмеялся Елюй Е. — Когда Хуэйминь выйдет замуж в поместье Дина-вана, они с Ванфэй станут сестрами и будут видеться постоянно. Хуэйминь, не спеши. Ванфэй Дина-вана известна своей кротостью и элегантностью, она пример для всех женщин Великой Чу. Она точно не станет тебя обижать.
— Кузен прав, — звонко подхватила Хэлянь Хуэйминь. — Хуэйминь давно наслышана о прекрасном имени Ванфэй и просто поторопилась. Пусть Ван не смеется надо мной.
— «Выйдет замуж в поместье Дина-вана»? — голос Мо Сюяо был полон искреннего недоумения. — Но в моем роду нет боковых ветвей. Мои отец и брат давно покинули этот мир. Позвольте узнать, с кем из моих покойных предков у госпожи Хэлянь брачный договор?
— Пф-ф… — Е Ли не сдержалась и прыснула со смеху. Снаружи бушует буря слухов, а Мо Сюяо сидит и делает вид, что впервые слышит об этом. Его актерская игра была немного чересчур.
Она кашлянула, скрывая смех, и вошла в зал.
Увидев Е Ли, Мо Сюяо явно обрадовался. Он лично встал, подошел к ней, взял за руку и с нежностью сказал: — А-Ли, ты наконец вернулась! Твой гнев прошел? Ты больше не сердишься на мужа?
Е Ли едва заметно улыбнулась: — А Ван считает, что сделал что-то не так? Говоря это, она незаметно, но очень больно ущипнула его за руку. Стоя спиной к Хэлянь Хуэйминь и Елюй Е, она глазами послала ему сигнал: «Что за цирк ты тут устроил?».
Щипок был сильным. Тело Мо Сюяо на миг окаменело, а лицо жалобно вытянулось: — А-Ли все еще сердится? Этот Ван знает, этот Ван признает свою вину! Всё, что жена считает неправильным — неправильно. Даже если весь мир скажет, что это правильно — это всё равно их ошибка. Жена, прошу, присядь.
На его красивом лице всё еще была холодная полумаска, а репутация Дина-вана была устрашающей. Поэтому его поведение — ласкового мужа, умоляющего жену не сердиться, — выглядело в глазах посторонних невероятно странно и гротескно. Хэлянь Хуэйминь и Елюй Е переглянулись в недоумении. Они никак не ожидали, что грозный Дин-ван будет ломать такую комедию перед чужаками.
Елюй Е с интересом приподнял бровь и улыбнулся Е Ли: — Ванфэй, мы давно не виделись, но ваше очарование неизменно.
Е Ли улыбнулась и кивнула: — Принц Елюй тоже ничуть не изменился. А эта леди…
Не дожидаясь, пока Елюй Е представит её, Хэлянь Хуэйминь встала и, подражая этикету Великой Чу, присела в реверансе: — Младшая сестра Хэлянь Хуэйминь приветствует Старшую сестру Ванфэй.
Е Ли слегка нахмурилась и уклонилась от поклона, не принимая его: — Госпожа Хэлянь может звать меня просто Ванфэй. Кстати говоря, госпожа Хэлянь, кажется, на несколько лет старше меня. Я не смею претендовать на звание «старшей сестры» для вас.
Только сейчас Е Ли как следует разглядела Хэлянь Хуэйминь. Будучи бэйжункой, она была выше большинства девушек Чу, но её фигура была изящной, без типичной для северянок массивности. Черты лица были тонкими и красивыми, почти как у южанок. Одетая в ярко-розовый наряд бэйжунской знати, она улыбалась, излучая ауру героической прямоты. Этим она немного напоминала Мужун Тин. Но одного взгляда хватило, чтобы понять: эта девушка — полная противоположность простодушной Мужун Тин. Её веселость и прямота — лишь маска. То, как цепко её красивые глаза изучали лицо Е Ли, выдавало в ней расчетливого игрока, который пока просто прощупывает почву.
Услышав шпильку про возраст, Хэлянь Хуэйминь на миг замерла, но быстро нашлась: — Сестра Ванфэй, возможно, не знает, но Хуэйминь уже получила указ Императора Великой Чу о браке с поместьем Дина-вана. Я не знаю правил Чу, но у нас в Бэйжуне та, кто вошла в дом первой, считается старшей. Поэтому мне подобает называть вас сестрой.
Е Ли помолчала, затем обернулась к Мо Сюяо: — Ван, поздравляю. Оказывается, Император лично подарил вам красавицу. Ван доволен?
Мо Сюяо поспешно затряс головой: — Жена, ты всё не так поняла! Этот Ван никогда не получал никакого указа о браке. Только что я сам гадал: может быть, у госпожи Хэлянь был брачный договор с моим покойным Отцом-ваном или Старшим братом? Если так… Хотя отец и брат давно отправились на небеса, поместье Дина-вана вполне может позволить себе организовать «Призрачный брак». Правда, придется побеспокоить жену организацией похоронной церемонии. Так кто же госпожа Хэлянь для меня: младшая мачеха или… невестка?
После этих слов лицо даже всегда спокойного Елюй Е исказилось. Хотя женщины Бэйжуна не скованные строгими рамками, но, когда твой предполагаемый жених предлагает тебе выйти замуж за его мертвого отца или брата — это чудовищное унижение. Лицо Хэлянь Хуэйминь потемнело.
Что значит «не получал указа»? Император объявил о браке устно, не успев написать бумагу, потому что Мо Сюяо просто развернулся и ушел, не дав лица ни Императору, ни Бэйжуну. А потом он просто не пускал гонцов с указом на порог своего дома. Так что формально указа и правда не было.
Е Ли прищурила свои ясные глаза: — Правда?
Мо Сюяо принял торжественный вид: — Сердце мужа открыто перед Небом и Солнцем, в моих словах нет лжи. Если этот Ван, забыв о стыде и чести, возьмет в жены госпожу Хэлянь — пусть меня поразит небесный гром, и пусть я умру бездетным, и род мой прервется!
Поскольку он твердо решил никогда не жениться на Хэлянь Хуэйминь, давать такие страшные клятвы для него не составляло никакого труда.
Услышав клятву мужа, Е Ли смягчилась. Её голос зазвучал нежно: — Я верю тебе, зачем же клясться такими страшными словами? Раз так… я позже распоряжусь начать подготовку к свадьбе. Только уточни… это будет свадьба для Отца-вана или для Старшего брата? Если для брата, нужно ли приглашать Старшую невестку вернуться в поместье?
Не боясь, что она испортит репутацию Хэлянь Хуэйминь. Бэйжунцам на такие тонкости плевать. А с женщиной, которая пытается отбить у неё мужа, Е Ли церемониться не собиралась.
Мо Сюяо был явно доволен подыгрыванием Е Ли. Он обернулся к Елюй Е, всем видом показывая: «Ну, выбирайте, за кого из моих мертвых родственников вы хотите её выдать — за отца или за деда?».
Лицо Елюй Е позеленело от злости. Мо Сюяо связал женитьбу на Хэлянь Хуэйминь с вопросами чести и сыновней почтительности, твердо решив спихнуть её на мертвецов. Если они согласятся, то получится, что они «потеряли и войско, и жену». Елюй Е фыркнул: — Дин-ван, ты прекрасно понимаешь, чего хотим я и Император Великой Чу. Не теряешь ли ты лицо, устраивая этот балаган и прикидываясь дураком?
Мо Сюяо вздохнул, выглядя еще более обиженным, чем они: — Принц не знает, но в моем роду есть строгий завет предков: потомкам Дина-вана запрещено брать в жены чужеземок, иначе они недостойны зваться сынами рода Мо. Однако… ради дружбы наших двух стран я готов пойти на уступку. Мой покойный отец и брат уже ушли в мир иной, на них правила живых не распространяются. Разве это не идеальное решение, устраивающее обе стороны?
«Идеальное решение, черт бы тебя побрал!» — мысленно выругался Елюй Е.
— Ван, — Хэлянь Хуэйминь встала, глядя на Мо Сюяо с глубокой обидой в глазах. — Хуэйминь всем сердцем восхищается Ваном. Почему Ван так унижает меня?
Мо Сюяо равнодушно ответил: — Этот Ван не имеет намерения унижать госпожу Хэлянь.
— Если не имеете, почему раз за разом отвергаете меня? — настаивала она. — Наш брак одобрен Императором Великой Чу, это официально и законно. Я, Хэлянь Хуэйминь, хоть и не принцесса по крови, но принадлежу к знати Бэйжуна, с детства обучена грамоте и боевым искусствам. Я смею надеяться, что не опозорю Вана своим присутствием.
Мо Сюяо посмотрел на неё, затем перевел нежный взгляд на сидящую рядом Е Ли и мягко произнес: — В этой жизни этому Вану достаточно одной лишь жены — моей А-Ли. Куда же госпожа Хэлянь предлагает мне деть мою любимую супругу?
Все трое в зале замерли. Хэлянь Хуэйминь бросила на Е Ли сложный взгляд и спросила: — Неужели Ван ради Ванфэй готов пренебречь интересами Великой Чу?
Е Ли нахмурилась: — Что за слова, госпожа Хэлянь? Неужели вы хотите сказать, что если наш Ван не женится на вас, Бэйжун немедленно пойдет войной на нашу страну?
Хэлянь Хуэйминь была достаточно умна, чтобы не попасться в эту ловушку и не подтвердить угрозу войны. Она продолжила давить на Сюяо: — Я слышала, что поместье Дина-вана всегда было верно престолу. Неужели Ван ради Ванфэй готов нарушить Императорский указ? Ван не боится, что чиновники при дворе сочтут Ванфэй «Женщиной, несущей бедствия стране»?
Лицо Мо Сюяо потемнело. Он стер с лица ту фальшивую, шутливую улыбку, которая была там всё это время. Его взгляд стал ледяным. Он посмотрел на Хэлянь Хуэйминь и холодно произнес: — Я погляжу, красноречие госпожи Хэлянь совсем не похоже на бэйжунское. Вы спорите и плетете интриги так же ловко, как люди Великой Чу. Госпожа Хэлянь, этот Ван хочет задать вам всего один вопрос.
Хэлянь Хуэйминь опешила. Она не понимала, почему Дин-ван, который последние дни вежливо улыбался на все её слова, вдруг так резко разозлился. Но она кивнула: — Прошу, спрашивайте.
Елюй Е, сидящий рядом, нахмурился. У него сработало чутье опасности: он нутром чуял, что ничего хорошего Сюяо сейчас не скажет.
Мо Сюяо впился своим холодным, как лёд, взглядом в красивое лицо Хэлянь Хуэйминь. Он смотрел на неё до тех пор, пока она не покраснела и не отвела взгляд. И только тогда он выплюнул, чеканя каждое слово:
— Госпожа Хэлянь, вы что, замуж выйти не можете?
Добавить комментарий