В это время в резиденции Чжу Шунь со скорбным лицом держал шкатулку. В ней лежала отрезанная рука, которая уже начинала источать зловонный запах. Вдруг раздался громкий стук. Мужчина, уже некогда «ужаленный змеей», как заяц, поджал хвост. Он схватил лежавший на постели нож и, вскочив, завопил, безумно оглядываясь по сторонам: — Кто там?!
Вокруг было тихо. Поблизости никого не оказалось. Обернувшись, Чжу Шунь увидел лежащее на полу, привязанное к камню, письмо. Тонкая бумага, на которой были изображены белые цветы груши, источала легкий, нежный аромат. Раскрыв письмо, Чжу Шунь ухмыльнулся, но, еще раз подумав, скривил рот и сел на стул, все-таки решив не выходить из дома.
Спустя какое-то время в окно влетел еще один сверток. Когда Чжу Шунь развернул его, это оказался ярко-красный дудоу (2). Изображенные на нем страстно переплетающиеся мужчина и женщина вызывали жар в крови. Гадко смеясь, мужчина поднес нагрудник к лицу и глубоко вдохнул. Затем положил его за пазуху и тихо пробормотал: — Средь бела дня не терпится, маленькая негодница. Сказав это, он накинул халат и вышел во двор.
Главный дворец Юйвэнь был расположен в восточной части Чанъаня. Сзади к нему примыкала гора Чисон, справа — озеро Чишуй. Фасад его был обращен на юг, и само строение занимало огромную площадь. Весь дворец представлял собой трехступенчатую систему: глубоко защищенный внутренний двор, снаружи — высокая подвесная башня, из которой двадцать четыре часа в сутки охрана вела непрерывное наблюдение, четыре стрелковые башни по периметру, да еще противопожарный ров. В случае войны это был бы настоящий, хорошо укрепленный форт.
Внутренние покои женщин семьи Юйвэнь располагались в наиболее безопасном месте, у подножия горы Чисон. Чтобы войти во дворец, нужно было пройти через охрану. Пробраться незамеченным было невозможно. Сейчас был полдень. Вокруг было светло, видимость прекрасная. Однако на вершине горы Чишуй мелькнула и быстро соскользнула вниз черная точка. Тяжелый снег покрывал горы, и утес был затянут слоем льда. Из-за отраженного света никто не заметил эту маленькую тень.
С легким стуком обе ноги, наконец, приземлились на землю. Ребенок отвязал от себя веревку и огляделся. Вокруг никого. Боковая дверь хлопнула. Охранявший ворота стражник поприветствовал вошедшего: — А, управляющий Чжу, для чего вы идете во дворец?
— Вчера А Сы сказал, что дом на Грушевом дворе залило водой. Снег на крыше растаял, и вода просочилась в зал. Пойду гляну.
Охранник улыбнулся: — Как можно беспокоить управляющего Чжу такими пустяками? Перепоручите это кому-нибудь другому.
Чжу Шунь усмехнулся и покачал головой: — Да я все равно бездельничаю. Старший господин дома?
— Хозяин и Четвертый молодой господин обсуждают дела в кабинете. Они там с утра и, по-видимому, не скоро выйдут.
— Вот как, — Чжу Шунь слегка кивнул. — Что ж, хорошо, я пошел. Ничего не говорите господам, уже полдень, все, должно быть, легли вздремнуть, так что не мешайте остальным отдыхать.
— Слуга понимает.
Настал подходящий момент. Ребенок укрылся среди цветущих деревьев. Глаза ее сияли, а губы растянулись в легкой улыбке.
Седьмая госпожа, Дуаньму Хуайнин из дворца Весенних Цветов, готовилась вздремнуть. Она скинула свою тонкую накидку, обнажая пышную грудь, тонкую талию и длинные ноги. У нее была нежная кожа, на пальцах — красный маникюр. Она выглядела кокетливо и очень привлекательно. Служанка, привыкшая к тому, что Седьмая госпожа всегда спит обнаженной, распахнула для нее покрывало из шелковой парчи.
Никто не заметил, как в это время куски черепицы на крыше тихо сдвинулись, и вниз медленно стал опускаться мешок. Сверток непрерывно шевелился, как будто внутри находилось что-то живое. Слуги вышли, и в комнате стало тихо. Единственное, что можно было услышать, — это слабое дыхание Седьмой госпожи. Пуфф! С легким шлепком, около подушки Седьмой госпожи упал мешок нежно-розового цвета с изображением цветка груши.
Седьмая госпожа сладко спала. Вдруг она почувствовала, как что-то пушистое нежно облизало ее шею. Думая, что это сон, она не открыла глаз. Внезапно, она почувствовала боль на лице. Подскочив, госпожа протерла глаза. То, что она увидела, потрясло ее. Она слегка оцепенела, а затем пронзительные крики разлетелись по всему двору Весенних Цветов!
— Госпожа! Госпожа! — поспешно вбежали служанки. Войдя в комнату, девушки побледнели от страха и подняли визг. Вся комната Седьмой госпожи кишела огромными, черными и жирными крысами! Грызуны совершенно не боялись людей. Несколько крыс сидело прямо на постели госпожи, покусывая ее одеяло из парчи!
— А-а-а! Откуда они взялись?! Уберите их от меня! Уберите!
В этот полдень весь двор Весенних Цветов был занят уничтожением грызунов. Седьмая госпожа выпила более десяти чашек успокаивающего чая. Ее знобило, и она никак не могла прийти в себя.
— Госпожа, мы нашли это в вашей постели. Охранник показал розовый мешок.
Седьмая госпожа взяла сумку, мельком взглянула на нее, вытаращила глаза и резко вскочила: — Подлая! Я так и думала, что это ты! Эй, кто-нибудь! Пойдемте со мной на Грушевый двор! Я сдеру кожу с этой мерзавки!
Слуги двора Весенних Цветов грозной процессией двинулись в сторону Грушевого двора. Никто не обратил внимания, как дверца шкафа в углу медленно отворилась, и показалось спокойное лицо ребенка. Пламя уже разгорается, пусть само себя сожжет. Дело сделано, самое время отступить.
Она быстро вернулась к осыпающимся цветущим деревьям. Весь дворец стоял на ушах. Громче всего галдели на Грушевом дворе. Чу Цяо легко покинула это опасное место тем же маршрутом, которым пришла.
В кабинете Юйвэнь Хуай с серьезным лицом говорил Юйвэнь Юэ: — Четвертый брат, что ты об этом думаешь?
В комнате было тихо, ответа не последовало. Юйвэнь Хуай нахмурился, глядя на погруженного в мысли Юйвэнь Юэ. — Четвертый брат?
— А? — Юйвэнь Юэ встрепенулся. На его лице промелькнуло неловкое выражение. — Дворец Янь обречен. Янь Сюню грозит опасность.
— И я так считаю, — Юйвэнь Хуай кивнул. — Высокое положение ванфу Янь вызывает зависть. Они всегда были бельмом на глазу главных семей. Клан Батуха, наделенный землей на западе, давно бросает жадные взгляды в сторону Янбэя. В этот раз вся эта грязная вода выльется на голову вана Янь. Вдобавок хозяин Золотого Дворца больше доверяет чужим людям, нежели своим братьям.
В это время с улицы донесся гул. Снаружи кричали и скандалили. Юйвэнь Хуай нахмурился и громко позвал: — Чжу Юн, что там происходит? Что за галдеж?
— Докладываю хозяину, голоса доносятся из Грушевого двора. Кажется, Седьмая госпожа ругается с гэнью (3) Лисьян. К ним также присоединились Третья и Четвертая госпожи.
\
- Убить заимствованным ножом (借刀杀人): Китайская идиома, означающая «убить чужими руками», или «использовать другого человека, чтобы осуществить свою цель». Идеально описывает стратегию Чу Цяо.
- Дудоу (肚兜): Традиционное китайское нижнее белье, закрывающее живот и грудь, вроде корсета или жилета.
Гэнью (歌女): Женщина, которая зарабатывает пением; певица или куртизанка, часто проживающая в резиденции для развлечения хозяина.
Добавить комментарий