Юйвэнь Хуай нахмурил брови и тяжелым голосом произнес: — Ни дня спокойствия. Не знаю, что и делать.
Юйвэнь Юэ приподнял длинную бровь и, слабо улыбнувшись, сказал: — Раз уж старший брат боится скандалов, почему бы не последовать моему примеру и не съехать с внутреннего двора? С глаз долой — из сердца вон.
Выражение лица Юйвэнь Хуайя тут же немного смягчилось: — Конечно же, я мечтаю быть таким же вольным, как Четвертый брат, найти себе тихое местечко и жить беззаботно. Однако старший брат — он также и старший сын. Когда отца нет дома, вести дела приходится мне. Ничего не поделаешь.
Юйвэнь Юэ лишь улыбнулся, ничего не ответив. Он взял чашку, сделал глоток, после чего молча опустил голову.
Вошел слуга: — Старший молодой господин, Третья госпожа просит вас и Четвертого молодого господина подойти на Грушевый двор. Она просит, чтобы вы разобрались с одним важным делом.
Юйвэнь Хуай был недоволен: — Какое еще дело они хотят, чтобы мы разрешили с Четвертым братом? Скажи им, что у меня нет свободного времени.
— Старший молодой господин, Третья госпожа говорит, что это касается чести дома. Она собирается убить Лисьян из Грушевого двора.
Юйвэнь Юэ поставил чашку, встал и сказал: — Старший брат, давайте взглянем, в чем дело. Вдруг это действительно важно.
Юйвэнь Хуай тяжело вздохнул и вслед за братом вышел из кабинета.
На Грушевом дворе раздавались яростные крики. Женщины от каждого дома поочередно включались в перебранку, перекрикивая друг друга. Но за этой яростью скрывалось злорадство чужой беде: сегодня эта маленькая, приворожившая хозяина дрянь, наконец-то поплатится.
Посреди двора, высоко задрав нос, Седьмая супруга с ухмылкой высказывала стоявшей напротив, неприглядно одетой Лисьян: — Вот уж представить не могла, что в нашей резиденции может произойти что-то подобное! Хозяин был добр к тебе, и это твоя благодарность ему? Бесстыдница!
Третья супруга, одетая в роскошную шубу из меха лисы, с сожалением сказала: — Лисьян, господин обещал принять тебя в семью, а ты совершила такой безнравственный поступок. Как законная супруга, я не могу простить тебя.
— Третья сестра, к чему эта пустая болтовня? — вмешалась Четвертая супруга. — На мой взгляд, нужно немедленно убить ее, чтобы не было грязи в семье.
Наспех одетая, Лисьян, вся бледная, со стеклянными глазами, стояла на коленях. Женщину лихорадочно трясло. Время от времени она ловила взгляды стоявших рядом мужчин, однако видела, что те дрожат, а лица их еще зеленее, чем ее собственное.
Вот такая неразбериха предстала перед глазами Юйвэнь Юэ, когда он вошел во двор. Выслушав монолог Седьмой супруги, брови Четвертого молодого господина сомкнулись. В глазах промелькнул стальной блеск, и мысли в его голове завертелись.
— Старший молодой господин! — заметив Юйвэнь Хуайя, Чжу Шунь воспрянул, будто увидел спасительный лучик. Рыдая, мужчина бросился к его ногам. Размазывая по лицу слезы и сопли, управляющий закричал, что есть мочи: — Это она соблазнила меня! Она прислала мне письмо и велела прийти! Как только я вошел, она сняла одежду, завлекая меня! Слуга помнит доброту хозяина, он думает только о благе семьи Юйвэнь, до самой смерти! Разве мог я совершить такое страшное преступление?! Слуга отчаянно сопротивлялся замыслам этой подлой женщины! Я невиновен!
— Негодяй! У тебя нет совести! — огрызнулась Седьмая супруга, звонко отвешивая оплеуху Лисьян. С холодной усмешкой она проговорила: — Дешевка и есть дешевка! Да еще осмеливается подло вредить мне исподтишка! Но, в конце концов, камень, который ты подняла, раздавил твою же собственную ногу! И поделом!
— Четвертый брат! Куда вы уходите? — удивленно спросил Юйвэнь Хуай, видя, что Юйвэнь Юэ развернулся.
— Старший брат, у меня есть срочное дело, я вернусь позже, — бросив эту фразу, Четвертый молодой господин тут же покинул Грушевый двор и поспешил во двор Зеленых Холмов.
Бам! Сильным толчком распахнулись ворота двора Зеленых Холмов. Хуаньэр и еще несколько служанок, поливавшие в саду орхидеи, немедленно расступились, почтительно приветствуя господина. Не глядя на них, Юйвэнь Юэ направился к комнатам прислуги, попутно спросив: — Куда ушла Синъэр? Ее кто-нибудь видел?
— Синъэр сказала, что плохо себя чувствует, и отправилась в свою комнату, чтобы прилечь, — сказала маленькая служанка.
Стоявшая рядом Хуаньэр, опасаясь, что Синъэр будет наказана, поспешно добавила: — Она вместе с нами весь день перебирала свежий чай и только что ушла.
С мрачным выражением лица Юйвэнь Юэ широкими шагами двинулся к комнате Чу Цяо. Шедший следом Юэ Ци, шепотом сказал: — Синъэр действительно весь день была занята на кухне. Я не видел, чтобы она уходила.
Дверь со стуком распахнулась, и внутрь, с почерневшим от гнева лицом, ворвался Юйвэнь Юэ. Взглянув на Синъэр, он увидел, что ребенок лежит на постели, бледная, словно ей действительно нездоровилось. Юйвэнь Юэ обомлел. Он не ожидал, что она действительно окажется в комнате. Сам не зная почему, увидев ее спокойно лежащей, юноша облегченно вздохнул, будто огромный камень свалился с души.
— Четвертый молодой господин? — придерживая одеяло, ребенок испуганно поднялся. Сонным голосом девочка спросила: — Синъэр сделала что-то не так?
Юйвэнь Юэ, все еще пребывая в потрясении, немного сконфуженно покачал головой: — Нет, я слышал, как Хуаньэр говорила, что ты больна, вот пришел проведать.
— О, — слегка кивнула девочка. — Господин захватил с собой так много людей навестить Синъэр. Синъэр благодарна молодому господину.
Юйвэнь Юэ вдруг покраснел. Он не знал, что делать, не знал, что сказать, стоя на одном месте и лишь громко прокашлялся. Чжу Чэн, видя, что Юйвэнь Юэ чувствует себя неловко, решил разрядить обстановку: — Синъэр, к тебе пришел молодой господин. Живее, поднимайся!
Ребенок оцепенел. Она взволнованно закусила губу, но по-прежнему не двигалась. Юйвэнь Юэ слегка прищурился. В глазах его появилась подозрительность. Организация сегодняшнего происшествия требовала огромных усилий. Если она была там, ей пришлось красться, и на одежде должны были остаться следы. Сам он, услышав новости, немедленно вернулся, а значит, задержался ненамного дольше злоумышленника. И этот ее взгляд… Неужели под одеялом может быть что-то, что не следует видеть?
— Синъэр, — Юйвэнь Юэ медленно шагнул вперед. Его глаза пристально смотрели на лицо ребенка. Понизив голос, он медленно произнес: — Подай мне чашку чая.
Ребенок испугался и, закусив губу, промолвил: — Не мог бы молодой господин сначала выйти? Синъэр встанет и тут же придет.
— Нет, — Юйвэнь Юэ подошел к кровати и длинными пальцами схватил тонкое одеяло. Его темные глаза пристально смотрели в большие глаза ребенка. Медленно, выделяя каждое слово, он произнес: — Я хочу сейчас.
— А-а-а! — раздался испуганный крик.
Окружающие изумленно ахнули. На маленькой кровати, держась за колени, сидел тощий ребенок. Девочка прятала лицо за локтями, руки у нее дрожали, а по плечам рассыпались черные волосы. На ней совершенно ничего не было! Юйвэнь Юэ пораженно застыл с одеялом в руках, лицо его покраснело. Внезапно он развернулся и заорал на выпучивших глаза слуг: — На что уставились?! Выметайтесь!
Словно очнувшись, слуги один за другим вышли из комнаты. Юйвэнь Юэ накинул одеяло на тело Чу Цяо и непривычно взволнованным голосом проговорил: — Немедленно оденься!
За его спиной еле слышно раздавались тихие всхлипывания. Юйвэнь Юэ нахмурился и, сам не понимая, на кого злится, раздраженно прикрикнул: — Ладно, можешь лежать! Затем он вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.
В комнате ребенок поднял глаза. Лицо ее выглядело безразличным, глаза были абсолютно спокойными, в них не осталось и капли печали. Встав, Чу Цяо вытащила из-под матраса перепачканную глиной грязную одежду и без жалости кинула ее на пол. Юйвэнь Юэ действительно оказался достаточно бдительным. Он примчался так быстро, что она едва успела раздеться. Но и так неплохо. Сегодня до самого вечера уже никто не отважится войти в ее комнату. Теперь у нее достаточно времени для решения еще одного вопроса. Ребенок опустил голову. На губах играла легкая усмешка, но ее маленькое личико, неизвестно отчего, было грустным. Пришло время рассчитаться по долгам.
Добавить комментарий