Северный ветер завывал всю ночь. Утром весь двор оказался усыпан пожелтевшими опавшими листьями.
Проводив братца Юя в Императорскую академию — Гоцзыцзянь, Юнь Чу и Чаншэн сидели в гостиной: одна прилежно рисовала, а другая ломала голову над узорами для вышивки.
Юнь Чу всё размышляла, какой узор подошел бы такому мужчине, как циньван Пинси. Он не должен быть слишком сложным, иначе она попросту не сумеет его вышить. И если у нее в итоге получится какое-то нелепое чучело, а не ароматический мешочек-сяннан, то дарить его будет просто стыдно.
— Тинсюэ, лучше набросай ты несколько вариантов, а я просто выберу, — промучившись больше часа, Юнь Чу в итоге всё же обратилась за помощью к служанке.
Говорят, в мире нет ничего невыполнимого, главное — уметь вовремя сдаться!
Тинсюэ славилась своим мастерством в рукоделии и тут же принялась за дело.
Юнь Чу же взяла чистый лист бумаги и начала обдумывать, как ей создать собственную шпионскую сеть.
Сразу после перерождения она могла опираться на свое знание будущего, чтобы извлекать выгоду и избегать опасностей. Но со временем многое начало меняться и идти совершенно не так, как в прошлой жизни.
Чтобы возвысить Дин Июаня до поста Государственного наставника гоши и помочь ему удержаться на этой вершине, ей был жизненно необходим собственный, надежный источник информации.
Она неспешно размышляла, и чистый лист бумаги постепенно покрывался мелкими иероглифами…
— Госпожа, наложница Цзян и барышня Се просят аудиенции, — войдя с улицы, доложила Тинфэн.
Юнь Чу сложила лист и подняла голову:
— Впусти их.
Вести о том, что вчера произошло в семье Се, уже достигли её ушей. Она полагала, что с характером Тинъюй та хоть немного да наведет шороху в семье Ху. Кто бы мог подумать, что она решится на побег ради Се Шиюня!
В законах династии было ясно прописано: если купленная рабыня или низшая наложница посмеет бежать, законная супруга имеет полное право предать её смерти.
И Тинъюй вот так бесславно погибла от рук людей Ху.
Но в душе Юнь Чу это известие не вызвало никаких особых волнений…
Вскоре в комнату вошла наложница Цзян, ведя за руку Се Сянь.
Она низко поклонилась:
— Приветствую госпожу Юнь.
Се Сянь, тоже потупив взор, пролепетала:
— Доброго здоровья госпоже Юнь.
Девочка крепко запомнила наставления матери: её бывшая матушка уже покинула семью Се, и отныне называть её так строжайше запрещено.
Юнь Чу пригласила их присесть, а Тинсюэ подала гостям свежий чай.
— Прошу госпожу Юнь простить мне мою дерзость, — скованно и робко начала наложница Цзян. — Я пришла, чтобы попросить у вас совета.
Вчера, когда на порог заявились люди Ху и четверо слуг принялись забивать Тинъюй до смерти, она просто не смогла спокойно на это смотреть. Тогда она достала сто лян серебра, чтобы попытаться выкупить её жизнь.
Эти сто лян были выручены с продажи ценностей старой госпожи, которые она в свое время тайком вынесла. Шкатулку с украшениями удалось продать за целую тысячу триста лян. Она разменяла их на серебряные билеты и постоянно прятала на себе.
Этой ночью она не сомкнула глаз: вместе с госпожой Юань они наспех похоронили Тинъюй. Изначально Цзян хотела бежать к Юнь Чу с первыми лучами солнца, но Се Шиань был дома, и она не смела сделать ни шагу. Лишь выждав, когда он уйдет, она тут же схватила сестрицу Сянь и поспешила сюда.
— Госпожа Юнь, я… я хочу забрать сестрицу Сянь и навсегда уйти из дома Се, — в глазах наложницы Цзян сверкнула решимость. — Но я всего лишь наложница, а Сянь-эр — девчонка. Нам, женщинам, не позволят самостоятельно основать отдельный двор, и я не знаю, как быть.
Юнь Чу была полностью согласна с этим решением.
Семья Се — это самое настоящее волчье логово. Задержись там подольше, и рано или поздно тебя обглодают так, что и костей не останется.
Немного подумав, она ответила:
— Чтобы основать отдельный дом, нужен мужчина. Достаточно, чтобы на твое имя был записан сын, и вы сможете уйти. Это не так уж сложно.
Сама Юнь Чу после развода вернула свою регистрацию в отчий дом. Но у наложницы Цзян не было родни, а значит, оставался лишь один выход — обзавестись сыном.
Наложница Цзян горестно сморщилась:
— Не так уж сложно?
Ей казалось, что это как раз совершенно невыполнимо. Её муж мертв, родить сына она уже не сможет. Да, она подумывала о том, чтобы забрать с собой братца Юня или братца Кана, но прекрасно понимала, что Се Шиань ни за что не отдаст мальчиков. Ей было ни к чему дразнить этого волка.
Что же касается её отчего дома… у неё его попросту не было, поэтому со своей бедой ей оставалось идти лишь к бывшей госпоже.
— В Цыгутане живет много сирот. Можешь пойти со мной и посмотреть, вдруг кто-то из детей придется тебе по душе, — после небольшой паузы предложила Юнь Чу. — Усыновишь его и запишешь на свое имя в качестве приемного сына.
Если попытаться выдать чужого ребенка за родного, у него неизбежно появятся иллюзии, и он на каждом шагу начнет сравнивать себя с её родной дочерью. Со временем даже у святого зародятся зависть и обида. В прошлой жизни Юнь Чу жестоко за это поплатилась, поэтому точно знала, что делает.
Наложница Цзян не стала задавать лишних вопросов и лишь с облегчением кивнула:
— Хорошо.
Юнь Чу отложила все свои дела и, взяв с собой мать и дочь Цзян, на повозке направилась прямиком в приют Цыгутан.
За последние дни детей там стало еще больше. Еще не переступив порог, они услышали радостный смех и детские голоса.
Се Сянь робела лишь в присутствии Юнь Чу. Увидев столько детей своего возраста, она мгновенно освоилась и убежала играть с ними.
Юнь Чу провела наложницу Цзян во внутренние комнаты и протянула ей реестр:
— Здесь записаны сведения обо всех здоровых сиротах, лишенных родителей. Посмотри, если кто-то покажется подходящим, я велю позвать его.
Наложница Цзян пролистала записи, но ничего в этом не смыслила, поэтому попросила Юнь Чу выбрать на её усмотрение.
Поскольку Юнь Чу бывала здесь не так часто и не слишком хорошо знала детей, она велела Тинсюэ пригласить кузину Юнь Цинь. Юнь Цинь же знала характер каждого ребенка в приюте как свои пять пальцев.
— Хотя в Цыгутане обо всех заботятся, на самом деле каждый ребенок в глубине души мечтает о собственном доме. Вы решили усыновить малыша, наложница Цзян, и я от лица этих детей благодарю вас, — рассудительно произнесла Юнь Цинь. — Для усыновления лучше брать ребенка помладше. К тому же, раз у вас уже есть дочка, стоит подыскать мальчика с мягким характером, чтобы дети не ссорились и жили в мире.
С этими словами она указала на одно из имен в реестре.
Вскоре в комнату ввели мальчика.
Юнь Чу сразу узнала его. Хотя ему было всего года четыре, он держался невероятно вежливо и сдержанно, а его эмоциональное состояние оставалось удивительно стабильным, что бы ни происходило вокруг.
Сделать этого ребенка приемным сыном наложницы Цзян было бы воистину удачным решением.
Наложнице Цзян он тоже сразу пришелся по душе. От этого мальчика исходило совсем иное чувство, нежели от отпрысков семьи Се.
В нем была какая-то чистая, ясная аура и прозрачный, осмысленный взгляд. Впрочем, в самой глубине его глаз затаились скованность и страх — все-таки он был сиротой, познавшим тяготы бродячей жизни, и оттого подсознательно настороженно относился к незнакомцам.
— Тебя зовут Сюй Ти, верно? — ласково обратилась к нему наложница Цзян. — Скажи, ты помнишь свою матушку?
Мальчик покачал головой:
— Матушка умерла, когда рожала меня.
— Тогда… как ты смотришь на то, чтобы отныне матушкой для тебя стала я? — она осторожно взяла его за руку. — Я не требую, чтобы ты принял меня прямо сейчас. Можешь пока оставаться здесь, в Цыгутане. А когда всё хорошенько обдумаешь и решишься — я сразу же заберу тебя домой.
Сюй Ти поджал губки и серьезно спросил:
— Вы хотите усыновить меня, чтобы я что-то для вас сделал?
— Мне нужен мужчина в семье, чтобы я могла основать собственный отдельный дом, — не стала лукавить наложница Цзян. — Если ты станешь моим приемным сыном, я буду оплачивать твою учебу и сделаю так, чтобы ты больше никогда не знал ни голода, ни холода.
Мальчик немного подумал и задал следующий вопрос:
— А если я буду учиться десять лет подряд, вы всё равно будете платить за это?
— До тех пор, пока ты будешь прилежно учиться и постигать науки, я буду обеспечивать тебя всем необходимым, — твердо пообещала наложница Цзян.
Добавить комментарий