Юнь Чу шаг за шагом приближалась.
Она слегка наклонила голову и шепнула на ухо госпоже Цзоу:
— Госпожа Цзоу, когда вы спите по ночам, та задушенная вами дочь… не приходит к вам?
Лицо госпожи Цзоу мгновенно потеряло все краски. Его бледность стала мертвенной.
Её губы непроизвольно задрожали:
— Что… что за чушь ты несешь?
— Госпожа Цзоу, к чему притворство передо мной? — Юнь Чу усмехнулась. — Законный старший сын семьи Цзоу на самом деле должен быть четвертой барышней Цзоу, не так ли?
В её прошлой жизни это дело раскрылось лишь спустя примерно семь-восемь лет, подняв в столице невероятную бурю.
Законный старший сын семьи Цзоу оказался чужой крови. В свое время госпожа Цзоу задушила собственную четвертую дочь и взяла вместо неё младенца у крестьянки, чтобы выдать за своего сына и укрепить свое положение.
Юнь Чу когда-то потеряла двоих детей и исходила слезами, а кто-то смог собственноручно лисить жизни собственную плоть и кровь. В то время, услышав об этом, она долго сокрушалась.
— Ты… ты… ты… — Госпожа Цзоу ткнула пальцем в Юнь Чу, но её горло словно пережало, и она не смогла вымолвить ни слова.
Юнь Чу с невозмутимым видом опустилась в кресло:
— Такой великий секрет, с чего бы мне раскрывать его первому встречному? Госпожа Цзоу, вы ведь понимаете, что нужно делать.
Госпожа Цзоу процедила сквозь зубы:
— Юнь Чу, неужели ты действительно готова пойти против моей семьи Цзоу ради какого-то бастарда?
— Вы ошибаетесь, — Юнь Чу взяла чашку чая, принесенную Цютун, сделала глоток и лишь затем добавила: — Если я расскажу об этом господину Цзоу, вся его семья будет мне только благодарна.
Стоявшие поодаль дамы не понимали, о чем они шепчутся, и на их лицах появилось крайнее подозрение. Некоторые даже вознамерились подойти ближе, чтобы подслушать.
Сердце госпожи Цзоу сжалось. Сделав глубокий вдох, она громко произнесла:
— Госпожа Юнь, давеча я была неправа. Мне не следовало позволять служанке заманивать вашего сына в этот двор, не следовало запирать его в том сарае и уж тем более запускать туда крыс…
У Юнь Чу похолодело внутри.
Она-то думала, что крысы уже были в сарае, но оказалось, их запустили туда намеренно.
Впрочем, чего еще ожидать от человека, способного задушить родную дочь? Станет ли она щадить чужого ребенка…
— В этом деле я действительно совершила ошибку, — госпожа Цзоу опустила голову. — Мы ведь знакомы с самого детства, это была всего лишь шутка, просто я немного перегнула палку. Госпожа Юнь, прошу прощения, давайте забудем об этом.
— Извинения госпожи Цзоу звучат слишком неискренне, — Юнь Чу покачала головой. — Пожалуй, стоит дать и вам прочувствовать, каково это — оказаться запертой в одной комнате с крысами…
У госпожи Цзоу от ужаса волосы встали дыбом.
Крысы были настолько отвратительны, что она даже представить себе не могла подобный кошмар.
Стиснув зубы, она замахнулась и с силой влепила себе пощечину:
— Так достаточно? Твой гнев утих?
Дамы за её спиной так и замерли в полнейшем шоке.
Они были примерно одного круга и прекрасно знали характер госпожи Цзоу. Как эта гордячка, готовая умереть за свою репутацию, вдруг принялась сама хлестать себя по лицу перед Юнь Чу?
Что же такого сказала Юнь Чу, раз заставила госпожу Цзоу так унижаться?
Лица почтенных дам то и дело менялись в цвете.
Видя, что Юнь Чу молчит, госпожа Цзоу была вынуждена влепить себе еще несколько хлестких пощечин. Её густо напудренное лицо пошло багровыми пятнами.
— И зачем госпожа Цзоу бьет себя? — только когда та остановилась, Юнь Чу невозмутимо произнесла: — Мне такая «искренность» ни к чему.
Рука госпожи Цзоу замерла в воздухе.
Она уже столько раз ударила себя, а эта тварь заявляет, что ей это ни к чему! Намеренно издевается?!
Но она не смела вымолвить ни слова протеста, ведь её самый страшный секрет в этой жизни целиком и полностью находился в руках Юнь Чу…
— Чего именно ты хочешь? — едва сдерживая ярость, процедила госпожа Цзоу.
Юнь Чу улыбнулась:
— Между взрослыми людьми имеют значение только выгода и интересы.
— Ты! — Гнев госпожи Цзоу вспыхнул с новой силой, но она вновь заставила себя подавить его. Сорвав с головы драгоценную шпильку, а с рук — перстень и браслеты, она выставила их вперед: — Пусть это послужит подношением молодому господину Се, чтобы разогнать его испуг.
Юнь Чу лишь слегка приподняла уголок губ, поднялась с кресла и направилась к выходу.
Госпожа Цзоу прекрасно понимала: если она не оторвет от себя жирный кусок, это дело так просто не закончится.
— У меня есть загородное поместье из моего приданого, оно приносит больше тысячи лян серебра чистого дохода в год! — Сердце госпожи Цзоу буквально обливалось кровью. — Завтра же я велю отправить… нет, прямо сегодня вечером я пришлю вам все документы, госпожа Юнь.
— Госпожа Цзоу излишне щедра, — Юнь Чу снисходительно похлопала её по плечу. — Я ведь знаю, что вы просто пошутили с ребенком. Считайте, что инцидент исчерпан.
С этими словами она в сопровождении служанок покинула двор.
Лицо госпожи Цзоу исказилось от неописуемой ярости, ей хотелось заживо растерзать Юнь Чу. Остальные дамы тут же обступили её:
— Что вообще произошло?
— Зачем ты извинялась перед ней? Семья Юнь разорена, с какой стати тебе её бояться?
— Да еще и целую усадьбу ей отписала! Ты с ума сошла?
У госпожи Цзоу от гнева и обиды кружилась голова:
— Да! Да! Я просто сошла с ума!
Растолкав толпу, она бросилась прочь.
*** Вернувшись в свой дворик, Юнь Чу увидела Чу Хунъюя, который преспокойно сидел на траве и с огромным увлечением играл с пойманными бабочками, совершенно позабыв о недавнем страхе.
Она лишь покачала головой: этот глупый малец едва не пострадал из-за бабочек, а теперь играет с ними как ни в чем не бывало.
Она подошла ближе и опустилась рядом с ним.
— Матушка, ты пришла! — Чу Хунъюй указал на банку. — Тут столько бабочек, какая тебе больше всего нравится?
— Вот эта белая очень хороша, — Юнь Чу аккуратно прикоснулась к крылышку. — Давай заберем их всех домой и выпустим в нашем цветнике, хорошо?
Малыш радостно закивал.
— Братец Юй, сегодняшний случай должен стать для нас уроком, — серьезно продолжила она. — Мне не следовало оставлять тебя одного, это моя оплошность как матери. Но и ты должен крепко-накрепко запомнить: никогда нельзя слепо доверять незнакомцам.
Чу Хунъюй виновато опустил голову:
— Я понял, матушка, больше такого не повторится.
Юнь Чу ласково погладила его по голове.
Дождавшись, пока проснется Чу Чаншэн, мать и дети отправились обратно в город.
Повозка плавно доставила их в переулок Юйлинь.
В усадьбе их уже ждал готовый ужин. Поев, дети занялись своими делами: Чу Хунъюй послушно уселся за книги в кабинете, а Чу Чаншэн устроилась рядом с Юнь Чу, продолжая прилежно повторять за ней строки из «Троесловия».
Едва успели сгуститься сумерки, как в комнату вошла Тинсюэ и почтительно преподнесла свиток:
— Люди госпожи Цзоу только что доставили документы на землю.
Юнь Чу бегло осмотрела бумаги. Эта усадьба находилась не так уж далеко от города, занимала приличную площадь, так что слова о ежегодном доходе в тысячу лян серебра явно не были пустой похвалой.
Раз уж госпожа Цзоу сполна заплатила за свой проступок, Юнь Чу, разумеется, не собиралась больше совать нос в чужие семейные тайны.
Велев Тинсюэ убрать документы в надежное место, она помогла детям умыться, а затем улеглась вместе с ними, обняв сорванцов по обе стороны от себя, чтобы убаюкать.
Каждый день эти минуты доставляли ей наибольшую радость и умиротворение. Она то тихонько напевала, то рассказывала сказки, чувствуя, как малыши в её объятиях постепенно обмякают и погружаются в сон — это было поистине прекрасное время.
Когда оба ребенка крепко заснули, она бесшумно укрыла их одеялом и не удержалась — нежно поцеловала каждого в теплую щечку.
В глубине души она была бесконечно благодарна циньвану Пинси. Благодарна за то, что он вырастил их такими замечательными, и за то, что без лишних споров и интриг позволил им жить рядом с ней…
При этой мысли Юнь Чу внезапно нахмурилась.
Днем циньван Пинси вместе с Чэнсюем отправился ловить бандитов где-то в окрестностях столицы. Почему же до сих пор от него нет никаких вестей?
Накинув на плечи верхнее платье, она вышла во двор, подошла к арочному проему в стене и негромко постучала.
С той стороны царила полная, глухая тишина.
Добавить комментарий