В честь возвращения Се Шивэя в поместье Юнь Чу специально распорядилась устроить семейный ужин.
Столы накрыли во дворике старой господи; пригласили всех домочадцев, чтобы было шумно и празднично.
Старая госпожа восседала на почетном месте, наблюдая, как слуга помогает Се Шивэю войти во двор. Хоть она и не жаловала этого внука, он всё же оставался отпрыском рода Се, к тому же семья Юнь пообещала пристроить Шивэя к делу — авось из этого и выйдет какой толк в будущем.
— Шивэй, подойди-ка, дай прабабке на тебя поглядеть.
Старая госпожа подозвала внука и коснулась его лица с напускной нежностью:
— Похудел-то как… Натерпелся ты горя в том поместье.
Се Шивэй угрюмо молчал.
Вскоре во двор вошли Се Цзинъюй и Се Шиань.
Шивэй резко вскинул голову. Он увидел Шианя в богатом шелковом халате, с нефритовым венцом на голове — вылитый благородный юноша, чей облик так и лучился триумфом.
А сам Шивэй? В одежде из грубой ткани, похожий на последнего слугу, да еще и калека с загубленной жизнью.
Гнев, клокочущий в груди, вырвался наружу. Он рванулся вперед и мертвой хваткой вцепился в горло Се Шианя.
— Кха-кха! — Шиань, не ожидавший нападения, начал задыхаться. — Се… Се Шивэй, ты с ума сошел! Что ты творишь?!
Се Цзинъюй замахнулся правой рукой и с силой влепил Шивэю пощечину:
— Непокорный сын! Стоило тебя вернуть, как ты принялся буянить! Решил меня в могилу свести?!
Удар был такой силы, что Шивэй повалился на стол, опрокинув только что поданные блюда. Наложницы в испуге закричали.
— Шивэй, да что с тобой такое?! — госпожа Юань бросилась оттаскивать сына. — Это же пир в твою честь, зачем ты всё портишь?
— Се Шиань, отвечай! — глаза Шивэя метали искры, он не сводил яростного взгляда со старшего брата, которым когда-то восхищался. — Когда я ранил ногу, это ведь ты запретил семье звать лекаря?! Мою ногу можно было вылечить, но из-за тебя я стал калекой на всю жизнь! Так ведь?!
Се Шиань сохранял ледяное спокойствие:
— Твою ногу и так нельзя было спасти. Это ни от кого не зависело.
— А наложница Хэ?! Как она умерла?! — взревел Шивэй. — Это ведь ты довел её до смерти!
После этих слов лица всех присутствующих во дворе переменились.
Об истинных обстоятельствах кончины наложницы Хэ знали лишь немногие; остальные верили, что она покончила с собой из-за причастности к колдовству угу.
И теперь, услышав, что Се Шиань приложил руку к смерти матери, другие наложницы не могли поверить в услышанное…
— Замолчи! — прикрикнула старая госпожа. — Тебя вернули, чтобы устроить твоё будущее, а ты несешь чушь и сеешь раздор! Эй, кто-нибудь, уведите второго молодого господина!
Шивэй отчаянно сопротивлялся: он пинал слуг и даже успел нескольких укусить. Он перевернул оба стола с яствами, и хаос во дворе стал неуправляем.
Се Цзинъюй почувствовал, как кровь прилила к груди. Лекарь предупреждал — никакого гнева, но смотреть на это бесчинство спокойно было выше его сил. Он подхватил валявшуюся на земле палку и с размаху опустил её на спину Шивэя.
Мальчик издал истошный вопль.
— Полно, хватит шуметь, — Юнь Чу подошла к мужу, мягко отобрала палку и отбросила её в сторону, затем коснулась плеча Шивэя. — Шивэй, ради матери, успокойся. Я сама отведу тебя в твои покои.
Се Шивэй мог огрызаться на кого угодно, но только не на Юнь Чу — ведь именно матушка вернула его в этот дом. Он прикусил язык и послушно последовал за ней.
— Шивэй, не держи зла на отца за то, что побил тебя. Разве можно было бросаться на брата? — уговаривала его Юнь Чу, присев у стола в его комнате. — Твой старший брат должен учиться, скоро он отправится в Гоцзыцзянь. Если люди увидят на его шее синяки, пойдут дурные слухи о нашем доме. Тебе это нужно?
Шивэй поднял на неё тяжелый взгляд:
— Матушка, скажите мне правду. Смерть наложницы Хэ… к ней причастен старший брат?
— Шивэй, кто тебе наплел таких глупостей? Не верь им. Наложница Хэ совершила дурной поступок и, не в силах смотреть людям в глаза, выпила яд, — лицо Юнь Чу исказилось от «волнения». — Твой старший брат — гордость отца. Все надежды и все ресурсы семьи Се сосредоточены на нем. Если ты пойдешь против Шианя, отец тебе этого не простит. Я могу защитить тебя сейчас, но смогу ли оберегать тебя вечно?
Се Шивэй до белизны в костяшках сжал кулаки.
Он всего лишь перешел дорогу хоу Сюаньу, и семья Се тут же выбросила его.
А Се Шиань, собственноручно убивший родную мать, по-прежнему получает всё, что может дать этот дом!
Почему мир так несправедлив?!
— Уже поздно, отдыхай. Я пойду, — Юнь Чу ласково похлопала его по плечу и вышла из покоев.
Едва она дошла до ворот дворика, как увидела стоящего там Се Шианя:
— Ан-гэр?
— Матушка, между мной и Шивэем возникло недопонимание, я обязан всё прояснить, — произнес Се Шиань. — Я войду.
Стоило ему переступить порог комнаты, как прямо у его ног вдребезги разлетелась масляная лампа:
— Проваливай!
— Шивэй, это я, твой старший брат, — Се Шиань тяжело вздохнул и поднял осколки светильника. — Матушки больше нет, мы — самые близкие люди друг другу в этом мире. Дай мне шанс всё объяснить.
— Хорошо, объясняй! — Шивэй, припадая на изувеченную ногу, выскочил из комнаты. — Объясни, почему ты запретил звать ко мне лекаря! Объясни, зачем заставил мать пить яд! Говори же! Объясняй!
— Твою ногу и так нельзя было вылечить, это не имело ко мне отношения, — ровным голосом ответил Се Шиань. — С матушкой всё вышло очень сложно, в двух словах не расскажешь… Шивэй, не волнуйся. Пусть твоя нога и осталась такой, но когда я добьюсь чинов и званий, я обеспечу тебе богатую и безбедную жизнь до конца твоих дней!
Се Шивэй холодно посмотрел на него:
— Правда?
Се Шиань кивнул:
— Разумеется. Но при условии, что пока я прокладываю путь к карьере, ты будешь смирно и тихо жить в загородном поместье. Завтра я лично отвезу тебя обратно, хорошо?
Он прекрасно знал своего младшего брата: тот был импульсивен, вспыльчив и обделен умом. Теперь, когда Шивэй узнал столь страшную тайну семьи Се, Шиань не мог позволить внешнему деду забрать его.
Шивэй должен остаться под присмотром семьи Се. Навсегда. В том самом поместье!
Лицо Се Шивэя исказилось от ярости:
— Что значит «тихо жить в поместье»? Боишься, что я останусь здесь и отниму то, что принадлежит тебе по праву?! Се Шиань, ты слишком лжив! Ради своего будущего ты убил мать, а теперь, когда я знаю твой секрет, решил избавиться и от меня?!
Он схватил со стола тяжелую чайную чашу и со всей силы обрушил её на голову Се Шианя. Кровь мгновенно брызнула фонтаном.
Слуги во дворе в ужасе закричали и бросились разнимать братьев, удерживая Се Шивэя.
— Быстрее! Позовите господина! Позовите старую госпожу!
Слуги не могли сами справиться с дракой двух молодых господ, им нужно было присутствие того, кто имеет власть в доме.
Старая госпожа как раз собиралась зайти к Се Шивэю, чтобы серьезно с ним поговорить. Она понимала, что этот паршивец проведал о тайне смерти наложницы Хэ, и такую опасную правду нельзя было выпускать за стены дома. Она шла, чтобы припугнуть Шивэя и заставить его молчать.
Но на полпути её встретил запыхавшийся слуга с вестью: второй молодой господин проломил голову старшему!
Добавить комментарий