В отличие от могущественных кланов Ян и Чжао, которые крепко держали в руках бразды правления, клан Се после замужества своей дочери практически исчез с политической арены столицы. Те, кто занимал должности, либо подали в отставку, либо попросили перевода в дальние округа.
Кланы Ян и Чжао жаждали пристроить на теплое местечко не то что своих детей, но даже сыновей любимых слуг. А вот клан Се… Даже такой прославленный молодой господин, как Се Яньфан, сидел дома и наслаждался бездельем.
За эти годы Наследный принц несколько раз предлагал Се Яньфану поступить на службу, но тот находил тысячи причин для отказа. Столь долгие отговорки в конце концов разозлили Наследного принца, чей нрав и без того не отличался кротостью.
— Я породнился с вашим кланом Се не только ради рождения наследников, — холодно произнес Наследный принц, и в его глазах мелькнула угроза. — Се Саньлан*, ты сам говорил, что этот брак — наказание для тебя. Но ты живешь слишком привольно и комфортно, совсем не похоже, что ты отбываешь наказание.
Третий принц становился всё более непочтительным, а Отец-Император продолжал закрывать на это глаза. Влияние клана Чжао разгоралось всё ярче, в то время как клан Ян явно сдавал позиции.
А клан Се всё это время прятался в тени и наслаждался покоем.
Наследный принц даровал им статус императорской родни не по доброте душевной и не из-за красоты их женщин.
Ему нужно было столкнуть три силы лбами. Только так он, как правитель, мог бы сберечь свои силы и нервы.
— Ваше Высочество, вы несправедливы ко мне, — с беспомощным видом возразил Се Яньфан. — То, что я и мой клан сейчас бездействуем — это и есть лучшая помощь для вас.
Наследный принц холодно усмехнулся:
— Ну давай, изложи мне свою извращенную логику.
— Третьего принца нужно устранить, — спокойно произнес Се Яньфан.
Наследный принц вздрогнул. Ему показалось, что он снова видит перед собой того тринадцатилетнего Се Яньфана. Того мальчика в белых одеждах, стоящего на холме с луком в руках. Лицо у него было прекрасным, как у небожителя, но ужас он внушал такой, словно был демоном.
Хоть Наследный принц и не боялся убивать, и всей душой ненавидел своего третьего брата, но мысли о его физическом устранении он никогда всерьез не допускал — ведь Отец-Император был еще жив.
— Ты думаешь, он курица или собака, чтобы вот так просто взять и прирезать его? — рявкнул Наследный принц. — Отец души в нем не чает, клан Чжао готов ради него на всё. И не думай, что он все эти годы просто сидел и читал книжки.
Под прикрытием учебы и «тяге к знаниям» Третий принц сколотил огромную сеть связей и накопил немалые средства.
Се Яньфан улыбнулся:
— Именно поэтому клан Ян должен действовать на свету, а я — во тьме. Так я смогу лучше послужить Вашему Высочеству.
Наследный принц протянул:
— О? И как же?
— Клан Ян слишком могущественен, все глаза прикованы к ним. Многих вещей им делать не с руки, со многими людьми им не подружиться. Этим займемся мы, — сказал Се Яньфан и достал свиток. — Здесь список тех, кого я посетил за эти годы. Тут и прославленные кланы, и мудрецы, живущие в уединении в горах, и те, кто кажется неприметным, но в нужный момент может оказаться полезным — «жемчужины в пыли».
Наследный принц взял свиток, развернул его, и по мере чтения на его лице появлялась улыбка, а жестокость во взгляде рассеивалась.
— Неплохо, весьма неплохо. Этих людей мой дядюшка точно не смог бы привлечь. Вот, например, этот… — Он указал на одно имя, смеясь и злясь одновременно. — Несколько лет назад дядюшка поехал к нему с визитом, так тот, услышав об этом, ночью собрал вещи и сбежал через забор.
Этот человек не то чтобы не хотел служить Принцу, он просто брезговал репутацией клана Ян и не желал иметь с ними ничего общего.
По сравнению с Янами, клан Се действительно вызывал у людей куда больше симпатии.
Взгляд Наследного принца уже скользил к концу списка, когда он наткнулся на одно имя и замер.
— Этот… Чу Линь?
Се Яньфан знал, что это вызовет вопросы.
Наследный принц считал себя великим воином, но терпеть не мог тех воинов, которые ему не подчинялись. Поэтому Чу Линя он не любил.
Се Яньфан пояснил:
— Хотя этот Чу Линь проявил великое неуважение к Императору, нарушил указ и поступил своевольно, за что и впал в немилость, но… За более чем десять лет он по-прежнему прочно сидит на месте генерала пограничного округа Вэй. Это говорит о том, что у Императора к нему всё еще остались какие-то чувства или обязательства. Такой человек в критический момент может сказать всего одно слово — и оно сыграет решающую роль. Поэтому его стоит придержать про запас…
Наследный принц громко расхохотался. Оказывается, даже самый острый ум не может знать всего на свете.
— Саньлан, всё, что ты говоришь, верно, — сказал он. — Но Чу Линь умирает.
Се Яньфан действительно этого не знал. На его лице отразилось искреннее удивление:
— Я не слышал об этом ни единого слова.
— Неудивительно, что ты не знаешь, — усмехнулся Наследный принц. — Он сам по себе человек незначительный, кто станет интересоваться новостями о нем?
Даже если Чу Линь умрет, кому какое дело?
— Ваше Высочество, откуда вам это известно? — с любопытством спросил Се Яньфан.
— Отец-Император рассказал мне, — небрежно бросил Наследный принц. — Если он хочет умереть — пусть умирает. У него еще хватает наглости писать Отцу-Императору! Чего он добивается? Хочет выпросить посмертный титул?
Поистине смехотворно. Наследный принц снова залился хохотом.
Се Яньфан не смеялся. Он выглядел задумчивым.
— Значит, кроме Его Величества, никто об этом не знает? — уточнил он.
— А если бы и знали, что с того? — усмехнулся Наследный принц. — Думаешь, у него хватит совести трубить на каждом углу, что он при смерти? Да все только и мечтают, чтобы он поскорее сдох.
Сказав это, Принц махнул рукой:
— Раз уж ты отказываешься поступать на службу, выбери кого-нибудь из своего клана и отправь на границу, чтобы занять место Чу Линя. Должность неважная, в глаза не бросается, зато клан Чжао её не перехватит.
Се Яньфан издал неопределенное «О…».
Это «о» означало согласие или нет? Наследный принц вытаращил глаза: этот парень, кажется, витает в облаках.
— О чем задумался?! — рявкнул он.
Чу Линь… Се Яньфан прокрутил это имя в голове и произнес:
— Неудивительно, что его дочь вернулась в столицу. Оказывается, старая птица отослала птенца в гнездо перед бурей.
Всё еще думает о Чу Лине? Наследный принц отмахнулся:
— Брось, не стоит тратить на это мысли. Он — человек незначительный.
— Нет, — улыбнулся Се Яньфан. — Хоть он и незначителен, но в этот раз может сослужить службу Вашему Высочеству. Вы ведь знаете о литературном собрании, которое устраивает Третий принц?
Наследный принц холодно усмехнулся:
— Я даже знаю, что будет после. Как только собрание закончится, он велит собравшимся там ученым распустить слухи, мол, «наследником нужно назначать достойного, а не старшего».
Клан Чжао и Третий принц уже потеряли терпение. Здоровье Императора ухудшается. Если Император умрет, Наследный принц взойдет на трон по закону, и тогда все их потуги будут напрасны.
— Вашему Высочеству не стоит обращать внимания на эти мелкие уловки, — заметил Се Яньфан.
— Разумеется, я не обращаю, — громко рассмеялся Наследный принц. — Бездарный юнец! Чего он добьется одними словами? Я просто жду, когда он начнет буянить по-настоящему. Я как раз ломал голову, где найти повод, чтобы перебить этих мятежных предателей.
Се Яньфан с улыбкой кивнул:
— Перед лицом истинного статуса и силы императорская милость — вещь хрупкая. Однако, прежде чем это случится, Ваше Высочество может поставить Третьего принца в неловкое положение.
Наследный принц посмотрел на него:
— Я не стану опускаться до того, чтобы срывать его собрание.
Чем наглее ведет себя Третий принц, тем более великодушным старшим братом должен выглядеть он. Нет нужды расстраивать Отца-Императора из-за какого-то сборища поэтов.
— Вашему Высочеству не нужно вмешиваться лично, — сказал Се Яньфан. — Дочь Чу Линя уже сделала первый шаг за вас.
Дочь Чу Линя? Наследный принц недоумевал:
— О чем ты?
Се Яньфан усмехнулся:
— Уж не знаю, кто надоумил Третьего принца, или же племянник Чу Линя сам исхитрился, но он получил приглашение на это собрание. Однако дочь Чу Линя прилюдно отобрала у него это приглашение, заявив, что её кузен недостоин там быть.
Се Яньфан узнал об этом, как только в ресторане началась суматоха, и мгновенно понял, как использовать этот случай и этого человека. — Если даже женщина с презрением отвергает приглашение на собрание Третьего принца, разве само это собрание не становится посмешищем?
Добавить комментарий