У входа в зал воцарилась гробовая тишина. Все ошеломленно смотрели на молодого наследника, сидевшего внутри.
В этот момент Чу Лань отреагировал быстрее всех.
— Наследник, — вырвалось у него, — что… что вы сказали?
Он перевел взгляд на дочь. И хотя одежда Чу Тан была перепачкана, а вид жалок, юная девушка выглядела трогательно, беззащитно и очаровательно.
Неужели… неужели она ему приглянулась?
Сяо Сюнь произнес:
— Точно так же, как и раньше: я просил господина Чу о помощи и обещал ему путь на Небесную лестницу. Теперь мне нужна помощь барышни А Тан, и я, разумеется, должен предложить ей достойную награду. Раз младшая сестра смогла спасти того мальчишку и стать императрицей, то и старшая сестра, естественно, достойна не меньшего. Поэтому… барышня А Тан, вы согласны выйти за меня замуж?
Да разве найдется в Поднебесной девушка, которая от такого откажется?
Наследник вана Чжуншаня знатного происхождения, молод и хорош собой. А теперь, когда их великое дело близко к завершению, он из наследника удела превратится в наследного принца, а в будущем — станет императором Великой Ся.
Для женщины стать императрицей — это величайшая слава и непревзойденное богатство в этой жизни.
Разве вы не видели: стоило маленькому императору взойти на трон, пусть ему всего шесть лет, Чу Чжао тут же вышла за него замуж!
И теперь у Чу Тан тоже появился шанс стать императрицей…
Только что у госпожи Цзян мелькнула эта мысль, но она и представить не могла, что всё действительно может сбыться.
Госпожа Цзян и Чу Лань задрожали. Не от страха, как раньше, а от невероятного волнения. Если Чу Тан станет императрицей, их семья наконец-то ступит на Небесную лестницу! Это вам не Чу Чжао, от титула которой им не было ни капли пользы, лишь угроза смерти…
— Ваше Высочество, вы так добры… мы, мы… — госпожа Цзян от волнения не могла связать и двух слов, шагнув через порог в зал.
Чу Тан поддержала её под руку, и они вместе вошли внутрь.
Но не успели они сделать и шага, как стоящий рядом с Сяо Сюнем Те Ин рявкнул:
— Стоять!
У госпожи Цзян подкосились ноги, и Чу Тан поспешно удержала её.
Обе женщины замерли на месте, а Чу Лань и слуги, оставшиеся у дверей, так и не осмелились переступить порог.
— Матушка, — тихо успокоила её Чу Тан, — не бойтесь.
Не дав госпоже Цзян ответить, она подняла голову, посмотрела на Сяо Сюня и спросила:
— Что наследник хочет нам поручить? Сейчас мы не сможем подобраться к императору и убить его.
Сяо Сюнь улыбнулся и ответил:
— Барышня А Тан, не беспокойтесь, я прошу лишь о том, что вам по силам. Императрица сейчас во главе двух армий осаждает моего отца.
Чу Чжао? Чу Лань злобно скрипнул зубами. Знала ведь, что войска вана Чжуншаня идут на столицу, и вместо того, чтобы поспешить на помощь, всё ещё пытается урвать себе воинскую славу!
— Императрица, возможно, думает, что этим заставит меня отступить. Но это невозможно. Раз уж всё зашло так далеко, пути назад нет, — продолжил Сяо Сюнь. — Однако мой отец передал мне все войска, и я беспокоюсь за него. Поэтому… — Сяо Сюнь посмотрел на Чу Тан. — Барышня А Тан, помогите мне схватить Чу Чжао.
Схватить Чу Чжао!
Сердца Чу Ланя и госпожи Цзян екнули, а Чу Тан горько усмехнулась.
— Ваше Высочество, как же я смогу это сделать? — спросила она. — Вы ведь и сами прекрасно знаете, насколько сильна Чу Чжао.
Он действительно знал, насколько она сильна. Сяо Сюнь ответил:
— Именно потому, что она так сильна, барышня А Тан — самая подходящая кандидатура. — Он слегка улыбнулся, а его взгляд стал нежным. — Барышня А Тан — её родственница. А для сильных мира сего самым опасным врагом часто оказывается именно родная кровь.
Чу Тан с безысходностью произнесла:
— Но по правде говоря, она нам совершенно не доверяет.
Госпожа Цзян вступилась за дочь:
— Да, наследник, Чу Чжао очень жестока к нам, относится как к врагам.
Но ей было невыносимо упустить такой великолепный шанс для дочери. Наследная принцесса… будущая императрица!
— Уж лучше я попробую. Как-никак, я старшая в семье, — добавила она.
Если потребуется, она отдаст свою жизнь, лишь бы вымостить дочери путь к блестящему будущему. Такая смерть того стоит.
Чу Лань уже перестал закрывать лицо рукавом. Не удержавшись, он сделал шаг вперед, войдя в зал, и заявил:
— Лучше пойду я. Моего младшего брата больше нет, и я остался её единственным старшим родственником. Если я приду к ней, она не сможет просто выставить меня за дверь.
Чу Тан закусила нижнюю губу. Она не поддержала родителей, но и не стала им возражать. В её глазах мелькали сомнения, она колебалась…
Наследная принцесса…
Императрица…
Она тоже может стать императрицей!
Сяо Сюнь внимательно наблюдал за выражениями лиц этой троицы. Для него всё было ясно как день. Семья Чу Ланя всегда была такой, они ничуть не изменились. А теперь, оказавшись в безвыходном положении, они станут еще более безумными — и еще более полезными.
— На самом деле, я всегда восхищался барышней А Тан, — произнес Сяо Сюнь.
Восхищался? Чу Тан подняла на него глаза.
Этот молодой наследник с самого начала интересовался только Чу Чжао. Неужели он обращал внимание и на неё?
Молодой наследник мягко улыбнулся:
— Хотя Чу Линь из-за дурной славы и был отстранен от двора, он все же был могущественным правителем целого края. Барышня Чу Чжао долгие годы наслаждалась свободой и счастьем под защитой отца. Но вы, барышня А Тан, — совсем другое дело. Ваша семья пострадала из-за Чу Линя, лишившись чинов и должностей. С самого детства вам приходилось вращаться среди столичных барышень, и чтобы не терпеть обиды и насмешки, сколько же вам пришлось потратить сил и проглотить горьких обид…
Чу Тан тихо вздохнула. Наследник Сяо и впрямь понимает ее с полуслова.
Госпожа Цзян со слезами на глазах обняла дочь:
— Дитя мое, сколько же ты натерпелась.
Чу Лань тоже горестно вздохнул:
— Это я во всем виноват, из-за моей никчемности.
Вся семья предалась горестным сетованиям. Нин Куню было тошно на это смотреть, и он попросту отвернулся.
А взгляд Сяо Сюня стал еще мягче.
— Барышня А Тан, вы выросли в горечи, но научились изящно лавировать, — произнес он. — Пусть Чу Чжао вам не доверяет и сторонится вас, я уверен: вы непременно найдете способ втереться к ней в доверие. Все восхищаются храбростью Чу Чжао и ее мастерством на поле брани, но умение вести бой в людских сердцах — это тоже удел выдающихся героинь. Чу Тан.
Он посмотрел ей прямо в глаза.
— Желаете ли вы тоже стать героиней, возвыситься над всем миром и принимать всеобщее поклонение?
Да кто бы не хотел! Чу Тан вскинула голову и впервые посмотрела Сяо Сюню прямо в глаза.
— Вы… вы действительно женитесь на мне? — спросила она.
…
…
— Не буду говорить за остальных, но я отлично знаю, что из себя представляет моя двоюродная сестра.
После недолгого молчания Чу Чжао подняла голову и заговорила.
Косые лучи солнца освещали просторный зал резиденции вана Чжуншаня. Атмосфера была гнетущей. После недавней стычки в зал вошли не только военачальники, но и стражники, стоявшие снаружи, окружив их плотным кольцом, словно лес из копий и мечей.
Но лицо Чу Чжао оставалось невозмутимым. Она даже улыбнулась вану Чжуншаню.
— Чу Тан — человек, который прекрасно осознает свое место. Иными словами, она никому не доверяет.
Люди, знающие свое место, действительно таковы: они верят только себе. Ван Чжуншань кивнул:
— Верно. Но она непременно доверяет власти. — Сказав это, он с улыбкой посмотрел на Чу Чжао. — Неужели барышня Чу смогла убедить Чу Тан пойти на это дело, опираясь лишь на сестринскую любовь?
Даже А Лэ не решилась бы ответить на этот вопрос утвердительно и с тревогой посмотрела на свою госпожу.
Чу Чжао промолчала.
— Барышня Чу, — ван Чжуншань поднялся со своего места. — То, что можете дать ей вы, может дать и мой сын.
Он посмотрел на Чу Чжао сверху вниз.
— Мой сын может дать еще больше, еще соблазнительнее и еще искреннее.
— А человек, знающий свое место, непременно поймет, как ему следует поступить.
…
…
Чу Тан действительно знала свое место.
Иначе она бы не смогла так искусно выживать в столице.
— Чу Чжао смогла стать императрицей потому, что у моего дяди была армия, — произнесла Чу Тан. — Тот, кто на ней женится, получит военную поддержку. Хотя я тоже ношу фамилию Чу, у меня нет ничего. Наследник, вас ждет блестящее будущее, вы станете Сыном Неба. Разве я, Чу Тан, пара вам?
Госпожа Цзян и Чу Лань слушали это с болью в сердце, ненавидя себя за собственную никчемность и неспособность хоть чем-то помочь дочери.
— Моего младшего брата больше нет, — Чу Лань сделал еще несколько шагов вперед. — Я отправлюсь в пограничные округа и перехвачу командование армией, чтобы она служила вам, наследник!
Те Ин не выдержал и рассмеялся. Он даже не стал останавливать приближающегося Чу Ланя — уж больно смешно это звучало.
— Чего смешного? — прикрикнул Сяо Сюнь на Те Ина. — Пусть господин Чу и ученый человек, но он вполне может возглавить армию. От него не требуется убивать врагов, достаточно лишь сидеть в шатре, и пограничные войска будут выполнять его приказы.
Те Ин протянул «О-о-о» и добавил:
— Мои знания слишком скудны.
— Отойди в сторону, — велел Сяо Сюнь.
Те Ин послушно отошел, но всё еще не мог сдержать смешка. Нин Кунь, отступивший вместе с ним, гневно зыркнул на него.
Но Те Ин его ничуть не боялся и ответил таким же свирепым взглядом.
Пока они в углу обменивались гримасами, Сяо Сюнь уже вернулся к разговору с Чу Тан.
— Неудивительно, что у барышни А Тан возникли такие сомнения, — сказал он. — Если говорить о происхождении, вы действительно мне не пара.
Чу Тан слегка поджала губы: слышать такую прямолинейную правду было не слишком приятно.
— Но если я стану наследным принцем, а затем Сыном Неба — самым могущественным человеком в мире, тогда никакое происхождение не будет достойно меня, — с улыбкой продолжил Сяо Сюнь. — Раньше я интересовался Чу Чжао, потому что мне был нужен Чу Линь. Родство с Чу Линем помогло бы мне завоевать доверие покойного императора и стать наследным принцем. Но теперь мне не нужно, чтобы кто-то отдавал мне этот мир — я заберу его сам. А значит, происхождение не имеет для меня никакого значения.
Чу Тан кивнула: в этом действительно был смысл.
— Но есть кое-что жизненно важное для меня, — сказал Сяо Сюнь. — Мой отец-ван.
Ван Чжуншань? Чу Тан посмотрела на Сяо Сюня.
— Мой отец ради меня поднял все войска, не заботясь о собственной безопасности. Но я забочусь. Услышав, что Чу Чжао отправилась осаждать моего отца, я возненавидел её всем сердцем, но я не могу вернуться назад, не могу позволить усилиям отца пропасть даром.
— Барышня А Тан, если вы поможете мне схватить Чу Чжао и избавите моего отца от опасности, я, Сяо Сюнь, запомню эту милость на всю жизнь.
Закончив говорить, молодой наследник даже слегка поклонился Чу Тан.
Чу Тан поспешно сделала шаг вперед, присела в реверансе и сделала жест, словно поддерживая его:
— Эта простолюдинка не смеет.
У Чу Ланя и госпожи Цзян на глазах навернулись слезы умиления: до чего же наследник Сяо почтительный сын, какой прекрасный человек!
Госпожа Цзян шлепнула Чу Ланя по руке и со злостью прошипела:
— Это всё твоя вина! Как ты мог быть таким глупцом в прошлом и позволить Его Высочеству упустить такой шанс!
Если бы тогда Чу Лань не колебался и сразу пустил в ход силу, сейчас Чу Тан уже стала бы наследной принцессой. Сама же госпожа Цзян получила бы титул знатной дамы и спокойно восседала бы в столице, не зная ни страха, ни скитаний.
Чу Лань горестно вздохнул:
— Это всё моя вина.
Сяо Сюнь улыбнулся:
— В прошлом мне нужна была помощь господина Чу, а теперь нужна помощь барышни А Тан. Это значит, что наша встреча была предначертана самой судьбой…
— Наследник, не нужно больше слов, — перебила его Чу Тан. Она закусила нижнюю губу, крепко сцепила руки перед собой, а её грудь тяжело вздымалась. Казалось, если она услышит еще хоть слово, то просто не сможет сдержать нахлынувших эмоций. Сделав глубокий вдох, она спросила: — Что я должна сделать?
…
…
— Барышня Чу, хорошенько подумайте, как вам поступить.
Ван Чжуншань встал и посмотрел на Чу Чжао.
— Вы угрожаете мне, взяв в заложники моего сына. Неужели вы не думали, что я тоже могу взять вас в заложники, чтобы угрожать императорскому двору?
Услышав эти слова, хранившая молчание Чу Чжао вдруг прыснула со смеху.
— Ван, — с улыбкой ответила она. — Вы слишком много на себя берете. Взяв меня в заложники, вы не сможете угрожать двору. Дэн И и Се Яньфан мне не отец и не мать.
Ван Чжуншань опешил от таких слов, а затем ему тоже стало немного смешно. Девушка всё ещё улыбалась.
— Если ван попытается шантажировать их моей жизнью, они наверняка сами пришлют вам нож, чтобы оказать посильную помощь.
Ван Чжуншань рассмеялся, кивнул и посмотрел на Чу Чжао с долей сочувствия.
— Жаль. Для императорского двора вы, барышня Чу, действительно не представляете особой ценности.
Чу Чжао тоже кивнула, её взгляд оставался мягким:
— Поэтому я так завидую наследнику. У него есть такой отец-ван, который дорожит им. Ван, ради вашего сына, прошу вас: сядьте и хорошенько подумайте, как вам поступить.
Она едва заметно улыбнулась.
— А что, если в этот раз наследнику не повезет? Вдруг моя двоюродная сестра запутается и не поймет, как ей лучше поступить?
…
…
— Я ведь не умею ни ездить верхом, ни владеть боевыми искусствами, — сказала Чу Тан. — Я не умею ничего из того, что умеют герои.
Сяо Сюнь громко рассмеялся.
— Барышня А Тан, чтобы добиться цели, не обязательно вести себя как герой. Главное, чтобы результат был героическим, — сказал он. Потянувшись, он достал бумажный сверток и слегка потряс им. — На самом деле, то, что от вас требуется — очень просто. Здесь порошок. Стоит его проглотить, и человек теряет сознание…
«Подсыпать яд». Чу Тан явно с облегчением выдохнула — для слабой женщины это действительно проще простого. Она сделала еще один шаг вперед, встав вплотную к Сяо Сюню, вытянула шею, чтобы получше разглядеть, и с любопытством спросила:
— Просто скормить ей это, верно?
Сяо Сюнь кивнул:
— Этот порошок не имеет ни цвета, ни вкуса. Потребуется совсем немного…
Его голос внезапно оборвался, словно ему перехватило горло.
Стоявшая вплотную Чу Тан прижимала к его кадыку холодно поблескивающий кинжал!
— Всем стоять на месте! — раздался её пронзительный, дрожащий голос. — Иначе я убью его! Мой клинок отравлен!
Почти в тот же миг отступивший ранее Те Ин молниеносно бросился вперед. Услышав последнюю фразу, он на долю секунды замер. И в это самое мгновение мальчик-слуга и старуха, вошедшие вместе с семьей Чу Ланя, словно призраки, закружились и бросились на Те Ина. С глухим стуком все трое рухнули на пол, сплетясь в клубок, точно узлы на тугой веревке.
Нин Кунь и военачальник в то же мгновение были повержены на землю точными ударами старого слуги слева и справа.
Чу Лань и госпожа Цзян застыли на месте. В их глазах всё ещё стояли слезы радостного волнения, когда они безмолвно вопрошали: «Что стряслось?!»
У стоявших во дворе знатных особ глаза полезли на лоб. Они лишь на мгновение моргнули, а открыв глаза, увидели, как стражники во дворе внезапно оказались опутаны и атакованы этими жалкими «слугами» из столицы.
Мужчины и женщины, старики и дети — все они были разного возраста и пола, но двигались абсолютно одинаково. С пугающей синхронностью они выхватили у солдат оружие и с резким свистом снесли стражникам головы.
Кровь брызнула в лучах солнца, заливая лица и одежды аристократов. Обжигая кожу словно кипяток, она заставила их в ужасе закричать:
— А-а-а-а!
Добавить комментарий