В этот самый момент на улицу ворвался отряд цисийцев и начал силой хватать людей для допроса. В суматохе Нань И услышала, что они ищут членов Бинчжу сы.
Нань И почувствовала неладное, не зная, не ошиблась ли она в чём-то, и, опустив голову, поспешила вперёд, желая поскорее уйти.
— Эй! Стоять!
Нань И услышала сзади окрик. Она медленно остановилась, в голове мелькнули худшие варианты, и она стала обдумывать, как поступить.
— Господин воин, моя сестрёнка баловалась, вышла искать меня и заблудилась.
Кто-то встал между Нань И и солдатом, протянув деревянную табличку Управления судоходства, под которой лежал серебряный слиток.
— Я служу в Управлении судоходства, работаю на Господин Ваньянь, прошу вас, господин воин, проявить снисхождение и позволить мне забрать сестрёнку домой.
Нань И удивлённо обернулась, это был Сун Мучань. Она мгновенно сообразила, послушно встала позади него, взяла его под руку и обиженно сказала:
— Братец, как же ты долго не приходил за мной?
Рука Сун Мучаня слегка застыла, но лицо его сохраняло спокойствие, он изо всех сил сыграл свою роль и ласково улыбнулся Нань И.
Воин-цижэнь с подозрением оглядел Сун Мучаня и Нань И, они действительно выглядели обычными людьми, он проверил табличку и нехотя вернул её:
— Посторонним поскорее убираться, нам нужно обыскать всю улицу.
Нань И, едва держась за руку, прошла с Сун Мучанем довольно далеко, пока шум не остался далеко позади, и лишь тогда отпустила его.
Сун Мучань чувствовал, будто половина тела онемела, рука всё ещё была полусогнута, и несколько шагов он сделал, двигая одноимёнными рукой и ногой.
Нань И не заметила его странности и тревожно спросила:
— Господин Сун, а письмо… его не обнаружат?
Сун Мучань очнулся, усилием воли успокоился и ободряюще улыбнулся ей:
— Он его получит.
Нань И не удержалась и спросила:
— Господин Сун, а вы знаете, кто такой Гусь?
— Нет.
— Вам не интересно?
— Нет.
— Как же тут сдержать любопытство…
— Если он не желает открываться, у него на то свои причины. Нам нет нужды срывать с него маску, это принесёт лишь вред.
Нань И прислушалась, задумчиво кивнув:
— Верно, я не подумала.
— Нужно просто верить ему, — сказал Сун Мучань. — Кто бы он ни был, он определённо сражается бок о бок с нами в тени.
Нань И нужно было понять это доверие — как можно верить человеку, которого никогда не видел, что он будет действовать с тобой в идеальном согласии? Как верить, что само его существование — уже сила?
Она подумала и растерянно посмотрела на Сун Мучаня:
— Так же, как доверяют вам, доверять и ему?
Сун Мучань остолбенел.
Такие значимые слова так естественно слетели с её губ, что в душе Сун Мучаня зародилась безумно растущая доля эгоизма.
Насколько она ему доверяла? И какого рода это доверие? Будь он не членом «Бинчжуси», доверяла бы она ему так же?
Он обрадовался и испугался, забыв ответить на её вопрос.
Но, к счастью, слова Нань И были больше похожи на размышления вслух, она лишь пыталась понять эту преданность. Она глубоко оглянулась на хаотичную улицу: прохожие, свирепые солдаты, изящные гости в ресторане, торговцы в лавках… каждое лицо могло быть «Гусём». Но кем бы он ни был, это не важно, он обязательно сделает всё для своей миссии, как и она с Сун Мучанем.
Нань И, кажется, кое-что поняла. Да, тот неизвестный «Гусь», они сражаются плечом к плечу, и этого достаточно.
…
В ресторане напротив, у окна, сидел Се Цюэшань. Солдат вызвал он, она слишком долго кружила рядом, и он не мог выйти на связь.
Увидев, как Сун Мучань уводит Нань И, он тихо приказал Хэ Пину:
— Иди за письмом.
А взгляд его следовал за удаляющейся спиной Нань И, видя, как она держит Сун Мучаня под руку, как её причёска покачивается в такт шагам, словно порхающая бабочка, вот-вот вспорхнувшая перед человеком.
Но та бабочка улетала всё дальше, почти скрываясь за нагромождением зданий. Он подавил желание сделать шаг к ней и просто спокойно сидел, ожидая, пока сердце вернётся к нормальному ритму.
Хотя не виделись они всего несколько дней, Се Цюэшаню казалось, будто прошло уже очень долго. В его сердце он уже попрощался с той, уже принял, что их жизни больше не пересекутся. Но он всё равно не мог не наблюдать за изменениями в ней: по сравнению с той маленькой нищенкой, что при первой встрече боялась поднять на него глаза, её походка теперь казалась увереннее, спина — прямее.
Наверное, ей живётся свободно? Что ж, и хорошо.
Надеюсь, Сун Мучань как следует пораскинет мозгами и всё продумает. Лазутчик, не способный защитить себя, — тупица, не годный для этой работы.
Он не хотел, чтобы хоть один из них оказался в опасности, иначе он действительно вышвырнул бы их обоих из Лидуфу.
Только он поднял чашку с вином, как напротив него бесцеремонно уселся некто, налив себе тоже.
Се Цюэшань нахмурился, глядя на ненавистного Чжан Юэхуэя.
— Я придумал отличный план, как вернуть Нань И к себе, хочешь послушать?
Чжан Юэхуэй издали поднял чашу в сторону Се Цюэшаня, на лице его играла уверенная в победе улыбка.
Се Цюэшань изначально не собирался обращать на Чжан Юэхуэя внимания, но предложенный тем крючок было трудно отвергнуть.
— Рассказывай.
Чжан Юэхуэй с удовольствием отпил вина:
— Не скажу.
Да ты больной что ли?!
Се Цюэшань с усилием проглотил ругательства, тоже поднял чашу и фальшиво улыбнулся:
— Что ж, желаю успеха.
Чжан Юэхуэй невозмутимо произнёс:
— Но мне понадобится твоя помощь.
Что значит?
Се Цюэшань мгновенно насторожился, прищурившись на Чжан Юэхуэя.
Тот поставил чашу, бросил Се Цюэшаню деревянную табличку с надписью «Гуйлайтан».
— Группа с рабочими скоро прибывает в Лидуфу, это опознавательный знак, предъявишь его — выйдешь на связь.
— Благодарю. — Се Цюэшань встал, чтобы взять, но Чжан Юэхуэй прижал его руку.
— Се Цюэшань, я знаю, что ты задумал. — Чжан Юэхуэй поднял глаза, в узких зрачках его мелькнула опасная искра.
Се Цюэшань взглянул на него сверху вниз, не выказывая эмоций.
— Ты рассказал мне о принцессе Линфу, затем сообщил, что Нань И в Бинчжу сы, разве не для того, чтобы использовать её как заложницу, не давая мне мутить воду?
— Ну да, и что? — прямо ответил Се Цюэшань.
— Над могилой последнего, кто пытался мной манипулировать, трава уже выросла… примерно вот такая, — Чжан Юэхуэй отпустил руку, даже показав примерную высоту, и улыбнулся Се Цюэшаню. — Я убью тебя, Се Цюэшань.
— Что ж, посмотрим на твои способности. — Се Цюэшань бросил эту фразу и ушёл.
…
Опознавательный знак вскоре попал в руки Сун Мучаня, именно это был его способ обмануть всех, позволив армии Юйчэна под видом рабочих войти в город под носом у Ваньянь Цзюня.
Сотня с лишним человек, где бы они ни скрывались в городе, были бы заметны, а постройка кораблей как раз могла служить прикрытием, к тому же Сун Мучань отвечал за это дело и мог координироваться с армией Юйчэна.
Лазутчики действуют в тени, способны в ключевой момент переломить ситуацию, но без войск даже самая искусная хозяйка не сварит каши без крупы. Возможно, они тайно переправят принца Линаня, но не смогут удержать Лидуфу. А земли государства нужно отстаивать каждый вершок, как можно легко отдавать их врагу? Появление армии Юйчэна изменило расклад, и «Бинчжуси» изо всех сил старались сохранить их, ведь это был самый сильный козырь.
Принца должна с почестями сопровождать в новую столицу армия, а не бежать поспешно, теряя достоинство.
А в секретном письме, которое Сун Мучань передал «Гусю», была просьба помочь временно убрать лекаря Ваньянь Цзюня. Нань И нужно было дождаться момента, чтобы легально войти в особняк Ваньянь Цзюня.
Но перед этим, чтобы дело пошло глаже, Нань И уже тайно применила некоторые приёмы.
…
Ваньянь Цзюнь был очень осторожен, увеличил количество стражников, сделав особняк непроницаемым. Ни одно дуновение ветра не ускользало.
Но в последние дни в особняке стали происходить странные вещи.
Иногда откуда-то залетал камешек, пробивая дыру в оконной бумаге, стража мгновенно поднимала тревогу и обыскивала весь дом, но ничего не находила, в конце концов лишь выгоняя нескольких ленивых солдат.
Иногда с неба падал бумажный змей, заставляя стражу готовиться к обороне, они проверяли его вдоль и поперёк, боясь, что на нём передано сообщение, применяли всевозможные методы, но оказывалось, что это просто обычный змей.
А однажды в особняке у всех начались проблемы с животом, сначала все думали, что на кухне завёлся предатель, но расследование показало, что повара случайно использовали протухшие продукты, вот и отравились.
Так повторялось несколько раз, поначалу Ваньянь Цзюнь был настороже, но каждый провал как будто подтверждал несуществование указа о престолонаследии, невозможность что-либо подтвердить изматывала его нервы. Раз за разом, силы иссякали, и в конце концов он уже устал.
И как раз в это время у Сюй Коуюэ началась сильная лихорадка.
В особняке Ваньянь Цзюня был свой лекарь, но, как нарочно, несколько дней назад тот сломал ногу, упав с лошади. Ваньянь Цзюнь не смел обращаться к людям Хуши из армии, поэтому послал за женщиной-врачом из города, с чистой репутацией и заслуживающей доверия.
А Бинчжу сы заранее подготовили документы в лечебнице, и вот Нань И, переодевшись женщиной-врачом, беспрепятственно попала в особняк Ваньянь Цзюня.
Но переступить порог было лишь первым шагом. Едва войдя во двор, Нань И почувствовала строгую и напряжённую атмосферу, через каждые несколько шагов стоял полностью экипированный стражник, готовый к бою, и это был уже результат ослабления бдительности в особняке Ваньянь Цзюня.
Оказавшись здесь, Нань И осознала разницу между планом и реальностью, огромное давление от нахождения во вражеском логове постоянно окружало её, а отступать было некуда, лишь идти вперёд. Либо смерть, либо успех.
А к новому незнакомому лицу в особняке Ваньянь Цзюнь всё же относился с некоторой подозрительностью.
Во дворе Нань И завязали глаза, и служанка провела её множеством извилистых тропинок в задний двор.
Сняв повязку, Нань И увидела женские покои, обстановка была в беспорядке, видимо, здесь уже прошлись с обыском, должно быть, это комната принцессы Линфу.
Среди бела дня в комнате висели толстые занавеси, не пропускавшие света, освещала её лишь свеча.
Ваньянь Цзюнь стоял в комнате, его острый взгляд сверху вниз изучал Нань И.
Служанка протянула из-за занавеси красную нить и сказала:
— Доктор, прощупайте, пожалуйста, пульс принцессы.
Нань И знала, что это испытание. Получит ли она доверие Ваньянь Цзюня, зависело от её «врачебных навыков».
Внезапная болезнь Сюй Коуюэ тоже была подстроена, Нань И подмешала в ежедневно доставляемые фрукты и овощи специальный порошок, действовавший только на женщин, после приёма которого пульс становился как при беременности, сопровождаясь рвотой и высокой температурой.
Фальшивая беременность была нужна, чтобы Ваньянь Цзюнь проявил заботу о здоровье Сюй Коуюэ и временно ослабил бдительность.
Нань И не разбиралась в медицине, но текст для определения пульса она уже вызубрила наизусть.
Но она не знала, что на другом конце красной нити была привязана рука мужчины.
Се Цюэшань догадался, что Сун Мучань мог поручить это задание Нань И, но не знал, в какой именно день она придёт и каким образом. В тот день, когда она проникла в особняк, Се Цюэшань как раз был у Ваньянь Цзюня.
Ваньянь Цзюню внезапно пришла в голову идея попросить Се Цюэшаня помочь, пригласив его сесть за занавесь, чтобы проверить новую женщину-врача, есть ли у неё настоящие навыки, а если она мошенница, то и личность её будет под вопросом.
Се Цюэшань тоже был ошарашен, но Ваньянь Цзюнь настоял на своём, и отказываться было бы подозрительно, пришлось сесть за занавесь. Он отчётливо услышал голос Нань И, сквозь занавесь увидел смутный силуэт, усаживающийся перед столом.
Он понял, что дело плохо, но не мог предупредить её.
Нань И взяла тонкую красную нить, закрыла глаза, делая вид, что глубоко чувствует пульс. Конечно, она ничего не чувствовала, и такое жульничество заставляло холенеть спину. Подумав, она всё же решила действовать по заученному тексту, Сун Мучань сказал, что после приёма того лекарства даже Хуа То, вернувшийся с того света, определил бы беременность.
Долго спустя она с видом знатока открыла глаза, откашлялась и сказала:
— Поздравляю вас, это пульс беременной!
На лице Ваньянь Цзюня расцвела радостная улыбка:
— Правда? Какое прекрасное событие, я щедро награжу вас!
Нань И уже собралась ответить, но заметила зловещий блеск в глазах Ваньянь Цзюня, снаружи послышались шаги. Она подумала, что дело плохо, и в следующую секунду в комнату ворвались стражи, окружив Нань И со всех сторон.
Ваньянь Цзюнь стёр улыбку, с гневом на лице крикнул:
— Схватить её и допросить, кто её послал! Сердце Нань И готово было выпрыгнуть из груди — как её так быстро раскрыли? В чём же она ошиблась?
Добавить комментарий