Она витала в своих мыслях, как вдруг почувствовала, что кто-то толкает её в локоть. Очнувшись, Тун Нянь обнаружила, что все присутствующие смотрят на неё. М-м? Что случилось? Почему все на меня смотрят?
— Ну же, Няньнянь, иди сюда. Я познакомлю тебя со своим внуком, — дедушка буквально горел желанием, чтобы молодые люди немедленно узнали друг друга, сели вместе за стол и в итоге обнаружили, что идеально подходят друг другу. Казалось, он готов был объявить об их помолвке уже завтра. — Твои родители даже видели его пару раз, когда он был маленьким.
Тун Нянь, всё еще пребывая в прострации, подошла ближе. По пути она лихорадочно думала: на этот раз притвориться незнакомыми точно не получится…
Ди-Ти (Dt) сразу понял, к чему клонит дед. Его лицо снова изменилось. Он с каким-то невообразимым выражением посмотрел на Gun-а и начал молчаливый, но стремительный обмен взглядами: «Это еще что за новости?».
Gun всем своим видом показывал: «По-моему, всё предельно ясно».
Ди-Ти скользнул взглядом по Тун Нянь: «Ты шутишь?».
Gun лишь пожал плечами: «Твои проблемы — тебе и решать».
Ди-Ти был в ярости. Старший брат уже отвел взгляд и как ни в чем не бывало взял лежащий на диване журнал, принявшись его листать.
Ди-Ти снова посмотрел вперед. Тун Нянь послушно стояла рядом с его дедом, который ласково сжимал её руку. Ему потребовалась доля секунды, чтобы принять решение. Хотя раньше он надеялся, что малышка отдаст сердце кому-то другому и не будет испорчена лживым Gunом, сейчас его собственное спокойствие было в приоритете. Счастье Тун Нянь — это важно, но еще важнее, чтобы эта каша не заварилась вокруг него самого.
— Сяо Бай, это Няньнянь, внучка твоего дедушки Туна. Самая младшая в семье, общая любимица, — дедушка сиял, глядя на Ди-Ти.
Ди-Ти спокойно вынес вердикт: — А, я её знаю.
— Знаешь? — все присутствующие были крайне удивлены.
Ди-Ти едва заметно кивнул: — Кажется… она девушка моего брата.
В мгновение ока в комнате воцарилась гробовая тишина. Мир будто замер.
… …
— Сяо Бай! — Gun отшвырнул журнал и резко поднялся с дивана.
— А ты молчи! — прикрикнул дедушка, недовольно взглянув на него. — От тебя с детства правды не добьешься. Я тебя не слушаю. Сяо Бай, продолжай.
Ди-Ти знал правила игры. Он не стал расписывать детали, а лишь деликатно покачал головой: — Точных подробностей не знаю. Но в нашем клубе её все зовут «женушкой».
В конце концов, это была чистая правда.
Тун Нянь… Она была полностью парализована этим заявлением. Что происходит?..
— Няньнянь, иди сюда, — мама потянула её за руку, обняла и тихо спросила: — Это правда?
Это было выше маминого понимания: откуда внезапно взялся парень? Если бы речь шла о сестре, разница в возрасте была бы приемлемой, но для Тун Нянь… Мама нахмурилась и с явным неодобрением посмотрела на Gun-а: «Слишком старый».
— Нет, — Тун Нянь отчаянно затрясла головой. — Правда нет.
— Тогда как это понимать? — мамино подозрение только усилилось: по лицу дочери было ясно, что здесь что-то кроется.
Тун Нянь была готова разрыдаться. Она прошептала маме на ухо: — Я правда не его девушка.
Но в этой комнате, помимо четверых молодых людей, сидели люди, прожившие долгую жизнь. Разве могли они не заметить смущение девушки? Абсолютное спокойствие Ди-Ти… и явную нервозность Gun-а…
У сестры и тети всё «сложилось». Тетя была слегка раздосадована, но поделать ничего не могла. Раз дети такие скромные, что не хотят признаваться — что тут скажешь? Она с некоторым сожалением посмотрела на несостоявшегося зятя, которого так долго выбирала: хорош, ничего не скажешь, но почему его потянуло на такую кроху, как Тун Нянь? Неужели не чувствует разницы в возрасте?
Комната наполнилась многозначительными взглядами и недосказанностью. Из серии: «Ты понимаешь, я понимаю, все мы всё понимаем…».
Gun впервые в жизни почувствовал горечь такого сокрушительного поражения. Он в полном замешательстве стоял рядом с дедом. Несколько раз он пытался заговорить, но старик лишь гневно пресекал все попытки. В отчаянии он бросил на Ди-Ти опасный взгляд: «Жить надоело, пацан?».
Взгляд Ди-Ти из-под козырька бейсболки был полон сверхъестественного спокойствия. Это была честная позиция человека, который защищает свои границы: «Сам виноват, нечего было впутывать меня в свои интриги».
Очевидно, дедушке очень приглянулась эта простая и искренняя девушка. Но также было очевидно, что он хотел сосватать её своему любимому младшему внуку. Однако… эх, пути молодых неисповедимы. Старик наконец вздохнул: — Раз уж Сяо Бай сказал правду, можешь не оправдываться. Пойди поздоровайся с отцом и матерью Няньнянь как следует. Считай это вашим первым официальным представлением.
А?! Тун Нянь мертвой хваткой вцепилась в мамин рукав, отчаянно мотая головой: — Мама, верь мне, клянусь, это не так!
Но «матушка-повелительница» лишь погладила её по волосам и тихо, с некоторым смирением, произнесла: — Когда говорят старшие, не перебивай.
Эх, если бы не дружба с семьей Хань, она бы ни за что не одобрила такого возрастного кандидата. Мама с папой обменялись взглядами, полными крайнего недовольства этим внезапно возникшим «зятем».
… Тун Нянь бросила на Gun-а умоляющий о помощи взгляд. Тот лихорадочно соображал, что делать. Дедушке уже за девяносто, если начать с ним спорить в канун Нового года — добром это не кончится. Он молча закрыл глаза, пытаясь успокоиться. В плане доверия в глазах деда он был в глубоком минусе, а Ди-Ти — в абсолютном плюсе. Сейчас все старшие наверняка думают, что он обманул девчонку и просто боится взять на себя ответственность. В такой ситуации любые объяснения будут звучать как жалкие оправдания. Разве что этот негодяй Ди-Ти признается, что солгал, но тот явно не собирался менять показания.
… — Хань Шанъянь! — дед окончательно вышел из себя, перейдя на полное имя.
Gun глубоко вздохнул, убрал телефон в карман брюк и шаг за шагом подошел к Тун Нянь. Остановившись в одном шаге от неё, он замер. А затем красивым, уверенным жестом протянул правую руку: — Здравствуйте, тетя. Я — Хань Шанъянь. Мы с Няньнянь вместе совсем недавно. Я не решился нанести вам и дяде официальный визит без её согласия. Прошу прощения.
Добавить комментарий