— Вздор! Его Высочество Наследный принц — живой человек, как у него может не прощупываться пульс?! — лицо Шэнь Сихэ похолодело, и она резко прикрикнула.
И лекарь, и советник Сяо Чанъяня с глухим стуком рухнули на колени. У обоих в душе бушевал ураган. Они считали себя неплохими специалистами в медицине: один повидал немало сложных болезней, другой и вовсе учился у знаменитого мастера. У живого человека нет пульса — это было просто немыслимо, неслыханно. Это до смерти пугало их.
— Воды Хуанхэ низвергаются с небес, стремительно текут к морю и не возвращаются вспять… — бессознательный Сяо Хуаюн прерывисто, снова и снова бормотал эти две строчки, словно человек, бредящий в сильном жару.
Однако на лице Сяо Хуаюна, помимо привычной болезненной бледности, не было ни следа румянца от лихорадки. Явно никаких симптомов болезни.
— Мо Юань, приведи Чжэньчжу, а затем отправляйся за лекарями. Собери всех врачей уезда! — громко приказала Шэнь Сихэ, её тревога была очевидна.
В конце концов Шэнь Сихэ созвала всех лекарей, кого только смогла. Когда привели Чжэньчжу и она тоже не нащупала пульс Сяо Хуаюна, девушка чуть не лишилась души от страха. Шэнь Сихэ заранее ни о чем её не предупредила, но, к счастью, в критический момент вспомнила, как Суй Аси однажды вскользь упоминала о подобном, и её сердце вернулось на место.
Внутри и снаружи комнаты на коленях стояла толпа людей. Лица у всех были перепуганные, а в глазах читался первобытный страх. Шэнь Сихэ рвала и метала, а Сяо Чанъянь и Сяо Чанцин не решались открыть рот, чтобы успокоить её, да и не знали как.
— Кучка шарлатанов! Какой прок оставлять вас в живых?! — лицо Шэнь Сихэ было подобно инею, а мрачность в её глазах леденила душу.
Стоящие на коленях под карнизом лекари внезапно почувствовали, как порыв ледяного ветра с дождем ударил в них, а по спинам пробежал необъяснимый холодок. Они увидели, как стражники, держа руки на эфесах мечей, широким шагом вышли наружу и, не говоря ни слова, схватили нескольких крайних лекарей, намереваясь утащить их прочь.
От этой сцены некоторые лекари упали в обморок, другие от страха обмочились. И только к одному, видимо, в момент смертельной опасности пришло озарение. Увидев, что стражник тянется к его руке, он внезапно вскочил:
— Его Высочество Наследный принц не болен!
Его громкий крик заставил всех обернуться к нему, даже стражники, собиравшиеся утащить людей, замерли.
— Приведите его, — холодно донесся из комнаты голос Шэнь Сихэ.
Молодой лекарь сглотнул слюну. Хоть ему и было до жути страшно, но с видом человека, идущего на верную смерть, он упрямо вытянул шею и последовал за стражником внутрь.
— Что ты только что имел в виду? — сурово спросила Шэнь Сихэ.
Молодой лекарь распростерся на полу. Он видел лишь подол светло-фиолетовой юбки, расшитой невероятно изящными и сложными узорами из шелковых нитей, поверх которой ниспадала накидка абрикосового цвета, изогнутая, словно полумесяц. Внезапно он начал заикаться:
— Отв… отвечаю Её Высочеству… Наследной принцессе… Этот ничтожный, этот ничтожный слышал, слышал… что когда в человека вселяется божество, у живого пропадает пульс…
— А знаешь ли ты, какое наказание полагается за пустословие, распускание слухов и клевету на Наследника престола? — Шэнь Сихэ свысока взглянула на стоящего перед ней человека.
Она заранее расставила своих людей, чтобы те в нужный момент произнесли нужные слова, но этот человек перед ней явно не был одним из них.
— Ва… Ваше Высочество, этот ничтожный не несет вздор! Этот ничтожный… этот ничтожный однажды читал в одной книге о таких же… таких же симптомах, как у Его Высочества Наследного принца… — дрожа от страха, пролепетал молодой лекарь.
— Что за книга? Где она? — допытывалась Шэнь Сихэ.
Молодой лекарь замялся, как вдруг холодное лезвие меча со свистом уперлось ему в шею. Он вздрогнул всем телом и выпалил на одном дыхании:
— «Трактат о странных снах»! Она дома у этого ничтожного!
Шэнь Сихэ окинула его взглядом. Об этой книге, «Трактате о странных снах», она раньше никогда не слышала.
— Мо Юань, забери его и привези книгу.
— Слушаюсь.
Молодого лекаря утащил Мо Юань.
Лицо Шэнь Сихэ оставалось тяжелым и задумчивым. Она не заметила, как лежащий на кушетке Сяо Хуаюн не удержался и слегка пошевелился — он чуть было не вышел из образа, даже его плечи дрогнули от беззвучного смеха, но в конце концов он снова замер, притворившись бревном.
Примерно через четверть часа Мо Юань принес книгу, завернутую в промасленную бумагу. Однако выражение его лица было весьма красноречивым и странным:
— Ваше Высочество, в этой книге и впрямь есть подобные записи. Дозволит ли госпожа передать её на рассмотрение Его Высочеству Синь-вану и Его Высочеству Цзин-вану?
Шэнь Сихэ подняла глаза и равнодушно скользнула взглядом по Мо Юаню. Он собирается отдать книгу Сяо Чанцину и Сяо Чанъяню, даже не показав её сначала ей? Поведение Мо Юаня было донельзя странным, тон — еще более странным, и даже то, что он заговорил первым, выходило за рамки привычного:
— Что не так с этой книгой?
Мо Юань опустил голову так низко, как только мог, но не проронил ни слова.
— Что ж, просто передай её обоим Высочествам, — Шэнь Сихэ не стала настаивать на том, чтобы взглянуть самой.
Хотя она и уловила некую странность, ей и в голову не пришло подумать о чем-то непристойном. А ведь это была книга, во всех подробностях описывающая утехи в спальне между мужчиной и женщиной. Название было выбрано лишь для отвода глаз, но стоило заглянуть внутрь, как истинный смысл заголовка становился кристально ясен.
Слова «Странные сны» отсылали к поговорке «делить одно ложе, но видеть разные сны». В книге было больше десятка глав, и каждая представляла собой отдельную историю. В основном они повествовали о разладах в супружеской спальне, когда либо мужчина, либо женщина сталкивались с некими потусторонними сущностями и предавались с ними бесстыдным и страстным утехам.
Сяо Чанцин и Сяо Чанъянь, наткнувшись на пару откровенных словечек, тут же изменились в лице. Сяо Чанъянь и вовсе резко отвернулся. Сяо Чанцину пришлось сделать несколько глубоких вдохов и крепко сжать в руке свою печать, чтобы отогнать скверные мысли. Лишь тогда он смог пропустить пикантные описания и в общих чертах уловить суть истории.
В подобных книжках, само собой, не смели оскорблять светлых божеств. Сюжет повествовал о девушке, которую силой выдали замуж за отпрыска богатой семьи. Её родня, жадная до денег, не только разбила сердца влюбленным, но и сжила со свету её избранника. После смерти юноши его накопившаяся обида превратила его в мстительного духа. Призрак вселился в тело мужа девушки и начал предаваться с ней безумной страсти. Однажды друг этого богатого юноши, работавший лекарем, случайно встретился с ним. Заметив, что цвет лица товарища нездоров, и зная, что тот на дух не переносит врачей, он незаметно пощупал его пульс… и обнаружил, что пульса нет.
Должно быть, молодой лекарь был так напуган, что в панике вспомнил эту выдуманную байку. Естественно, он не посмел бы заявить, что в Наследного принца вселился злой дух, поэтому в порыве отчаяния заменил его на «божество».
В конце истории решением проблемы стало уничтожение одержимости призрака миром живых. Если перенести эту логику на их ситуацию, то, чтобы исцелить Наследного принца, необходимо было выполнить волю вселившегося в него божества.
Пробежав глазами текст, Сяо Чанцин выбрал то, что можно было произнести вслух, и пересказал суть Сяо Чанъяню и Шэнь Сихэ.
Шэнь Сихэ не стала придавать этому большого значения. Выходит, это просто книжонка о сверхъестественном и демонах. Шэнь Юэшань и Шэнь Юньань всегда строго-настрого запрещали ей читать подобную литературу — неудивительно, что Мо Юань не решился отдать её ей в руки.
Не став копать глубже, Шэнь Сихэ лишь почувствовала, что кто-то любезно подложил ей подушку как раз в тот момент, когда её клонило в сон. Минутой ранее она уже тайно приказала проверить этого молодого лекаря, и ей доложили, что за ним нет ничего подозрительного. Появление такого случайного человека со стороны было куда удачнее любой тщательно спланированной постановки.
Даже если потом Сяо Чанъянь или сам Император пришлют людей для расследования, они не найдут ни малейшего следа чужого вмешательства.
— Выходит, некое божество желает использовать тело Его Высочества, чтобы дать нам указание? И каково же оно? — Шэнь Сихэ безупречно играла свою роль преданной и обеспокоенной жены.
К этому моменту на Сяо Чанъяня тоже снизошло озарение. Какое дело в Дэнчжоу сейчас больше всего нуждалось в божественном вмешательстве?
Разве не это самое наводнение, не терпящее ни малейшего промедления?
Добавить комментарий