После долгой беседы Сюй Хунъюй оставил Е Ли целую гору официальной, секретной и неофициальной истории, наказав ей прочесть всё на досуге, а затем вместе с Сюй Хунъянем, под встревоженным взглядом министра Е, стремительно удалился. Е Ли, встретив сложный взгляд отца, слегка присела в реверансе и спокойно направилась в свой Павильон Цинъи изучать исторические свитки.
Свадьба Е Ли и Мо Сюяо была назначена на двадцатое мая, и, по слухам, это был самый благоприятный день в этом месяце. Говорили, что министр Е изначально был недоволен датой — она не считалась особенно удачной. Свадьба Е Ин уже обернулась чередой скандалов и поставила министра Е в неловкое положение. Если бы и свадьба Е Ли пошла не так, то и Е Шань, и Е Линь могли бы вообще не выйти замуж.
Однако резиденция Дин Вана, семья Сюй и сама Е Ли были совершенно равнодушны к благоприятным датам. А если бы они не выбрали это число, свадьбу пришлось бы отложить как минимум до августа, поскольку июнь и июль были совершенно неподходящими для торжеств. А после недавнего инцидента с похищением Е Ли ни резиденция Дин Вана, ни семья Сюй ни в коем случае не согласились бы на отсрочку. Поэтому небольшое недовольство министра Е было, естественно, проигнорировано.
Едва наступила середина мая, размеренная жизнь Е Ли окончательно закончилась. Обычно тихий Павильон Цинъи превратился в шумное проходное место. Каждый день туда доставляли бесчисленное количество подарков, и Е Ли должна была лично просмотреть огромное количество счетов и ведомостей. Даже с помощью двух опытных момо, которые руководили подготовкой, Е Ли сильно уставала.
Тем временем жители столицы, видя, что семьи Е и Сюй, а также резиденция Дин Вана, совершенно не обращая внимания на слухи, полным ходом готовятся к свадьбе, постепенно убедились в несостоятельности сплетен.
— Как же я завидую Ли’эр! Свадьба Дин Вана, должно быть, станет самой грандиозной за последние десять лет в столице, — воскликнула Мужун Тин, которая, наплевав на приличия, лежала на мягкой кушетке в Павильоне Цинъи и обнимала только что доставленный сверток с дорогим шелком.
Е Ли, Цинь Чжэн и Хуа Тяньсян разбирали счета. Неподалеку Е Шань и Е Линь тихо сидели, занимаясь рукоделием. Шум за дверями не прекращался.
Хуа Тяньсян оторвалась от ведомости, взглянула на подругу и сказала:
— Ли’эр пригласила тебя не для того, чтобы ты здесь завидовала и страдала. Раз уж ты бездельничаешь, лучше приди и посмотри, чем можешь помочь. Хотя… ты права.
Цинь Чжэн, что-то помечая в книге, спросила:
— Мадам Ван действительно совершенно не собирается помогать тебе с организацией свадьбы? Если это станет известно, это плохо скажется на её репутации.
Е Ли мягко улыбнулась:
— Старая госпожа отдельно добавила много приданого. А она сама чувствует себя неважно. Говорит, Четвертая сестра заболела в резиденции Ле Вана, и она поехала за ней присматривать. Уехала еще рано утром.
Мужун Тин презрительно фыркнула:
— Кто слышал, чтобы мать сразу после свадьбы дочери, которая и месяца не прожила в доме мужа, бежала о ней заботиться? Впрочем, … неужели Е Ин и вправду заболела? Что-то её не видно, чтобы она вернулась и хвасталась.
Хуа Тяньсян, приподняв бровь, рассмеялась:
— А чем ей хвастаться? Если бы Ле Ван был к ней добр, она, может, и приехала бы демонстрировать свое семейное счастье. Но сейчас говорят, что принцесса Цися по-прежнему постоянно крутится вокруг Ле Вана. Хорошо, если Е Ин не превратится в глубоко несчастную затворницу.
Цинь Чжэн покачала головой. Эти сплетни её не интересовали, она больше заботилась о самой свадьбе Е Ли.
— Ума не приложу, о чем думает мадам Ван. Все знают, сколько свадебных даров прислала резиденция Дин Вана. Даже если семья Е добавит что-то, она не понесет убытков. Разве, устраивая этот балаган, она не позорит лицо семьи Е?
Хуа Тяньсян сказала:
— Ты же знаешь, кто такая мадам Ван по происхождению. Даже если сейчас она законная жена господина Е, её статуса недостаточно, чтобы руководить свадьбой Ли’эр. Наверное, придется самой Старой госпоже Е заниматься этим. Кстати, в резиденции Дин Вана тоже нет старшей женщины, которая могла бы распоряжаться. А-Ли, Его Высочество упоминал, кто будет главной в резиденции Дин Вана?
Е Ли кивнула:
— Изначально Старшая принцесса Чжаоян предлагала свою помощь. Но Его Высочество, хотя и называет Старшую принцессу «тетей», по старшинству они фактически ровесники. Поэтому Старшая принцесса предложила пригласить Великую Старшую принцессу Сифу.
— Уа-о-о… — Мужун Тин вскрикнула, едва не подскочив на кушетке.
Увидев, что все смотрят на неё, Мужун Тин хихикнула:
— Великая Старшая принцесса Сифу… Это же тетя покойного Императора! Даже Дин Ван предыдущего поколения должен был почтительно называть её «Императорской старшей сестрой». Говорят, Великой Старшей принцессе Сифу в этом году уже семьдесят пять лет!
Цинь Чжэн кивнула:
— На самом деле, если бы не свадьба Ли’эр, я бы и забыла, что эта принцесса еще жива. Говорят, эта принцесса отошла от мирских дел более двадцати лет назад. Неожиданно, что она согласилась руководить свадьбой Дин Вана.
Хуа Тяньсян махнула рукой и рассмеялась:
— Ничего удивительного. Мой дедушка говорил, что Великая Старшая принцесса всегда больше всех любила из младших Дин Вана. Когда Его Высочество родился, Великая Старшая принцесса даже держала его на руках. Говорят, когда с Дин Ваном случилась беда, и он был едва жив, именно Великая Старшая принцесса, не покладая рук, заботилась о нем день и ночь. В общем, тот факт, что Дин Ван пригласил Великую Старшую принцессу руководить свадьбой, — это знак его искренности по отношению к А-Ли.
Мужун Тин заулыбалась:
— Поэтому я и говорю, что свадьба Ли’эр, вероятно, будет самой грандиозной за последнее десятилетие. Говорят, на свадьбу приедет даже знать из других стран!
Е Ли нахмурилась:
— Какое отношение имеет свадьба Дин Вана к знати из других стран?
— А-Ли, ты не должна недооценивать престиж резиденции Дин Го-вана. За сотни лет существования резиденции можно сказать, что они смели врагов во все четыре стороны. Практически все страны, граничащие с Великой Чу, имели дело с резиденцией Дин Го-вана.
Е Ли кивнула:
— Я поняла. Они едут, чтобы посмотреть на посмешище.
Единственный наследник грозной резиденции Дин Го-вана, нынешний Дин Ван, — калека, обезображенный и сидящий в инвалидном кресле. Что может быть приятнее для знати других государств, чем это? Вероятно, королевские семьи других стран интересуются этой свадьбой больше, чем если бы в Великой Чу сменился Император.
Девушки на мгновение замолчали, затем вздохнули. Да, они правы. Эти иностранные послы приезжают явно не для того, чтобы поздравить Дин Вана со свадьбой. Они едут посмотреть, насколько пал последний потомок резиденции Дин Го-вана после семи лет забвения, и представляет ли он еще какую-либо угрозу.
— Ли’эр…
Е Ли беззаботно махнула рукой:
— Ничего страшного. Что они могут сделать мне здесь, в столице Великой Чу? Хватит об этом беспокоиться, лучше помогите мне побыстрее разобрать эти вещи. Завтра Вторая тетушка должна их проверить.
Е Ли с головной болью смотрела на огромное количество разнообразных счетов и ведомостей. Только сейчас она поняла, как хороши были арабские цифры и двойная запись! Впрочем, сейчас не время для демонстрации талантов. Впереди у неё будет много времени, чтобы навести порядок в резиденции Дин Вана.
Хуа Тяньсян и Цинь Чжэн молча смотрели на стопки неразобранных бумаг и уныло опустили головы. Нужно будет по возвращении домой как следует учиться у матушки ведению хозяйства, эти чертовы вещи слишком многочисленны.
Е Линь и Е Шань сидели рядом, слушая их болтовню, испытывая одновременно зависть и сочувствие к Е Ли. Они понимали, что не могут участвовать в этом разговоре, поэтому старались изо всех сил, держась за свое рукоделие, лишь навострив уши.
— Ой? — Мужун Тин, которая до этого вяло лежала на кушетке, вдруг вскочила и бросилась к полуоткрытому окну.
Она высунулась наружу, долго оглядывалась, а затем вернулась с озадаченным и сбитым с толку видом.
Хуа Тяньсян спросила:
— Что случилось? Что там за окном?
Мужун Тин покачала головой, посмотрела на Е Ли, но ничего не сказала.
Е Ли мягко улыбнулась:
— Мне показалось, что я видела зеленую птичку, пролетающую за окном. Мужун, ты тоже её заметила?
Мужун Тин моргнула и с досадой воскликнула:
— Да! Я видела очень красивую птицу. А когда подошла к окну, она уже улетела.
Цинь Чжэн прыснула со смеху, прикрывая рот:
— Птицы так быстро летают, как же они тебя дождутся?
Хуа Тяньсян косо взглянула на Мужун Тин:
— С каких пор ты заинтересовалась птицами? Если тебе так хочется, попроси отца поймать тебе одну или просто купи красивую. К чему эта суматоха?
— Захотела и всё! — Мужун Тин гордо вскинула подбородок и снова легла на кушетку, исподтишка сверкнув глазами на Е Ли.
Е Ли едва заметно улыбнулась. Она, конечно, знала, что услышала Мужун Тин. В последние дни какие-то странные люди пытались проникнуть в резиденцию Е, минуя главные ворота, но их всех выбрасывали прочь телохранители, тайно приставленные Мо Сюяо. Но чтобы так нагло, среди бела дня — это большая редкость.
— Барышня, наследник вана Чжэньнан из Западного Ляна прислал человека с подарком, чтобы поздравить барышню и Его Высочество Дин Вана со свадьбой, — доложил главный управляющий резиденции Е, лично явившись к дверям.
Е Ли нахмурилась:
— Наследник вана Чжэньнань из Западного Ляна? Разве не логично было бы отправить подарок прямо в резиденцию Дин Го-вана?
Управляющий почтительно ответил:
— Наследник вана Чжэньнань сказал, что этот дар Западный Лян подготовил специально для будущей Ванфэй Дин Вана, и что только доставив его прямо в руки барышни, они могут показать всю искренность Западного Ляна.
— Где сейчас наследник вана Чжэньнань? Отец дома? — спросила Е Ли.
— В главном зале. Господин только что вернулся и сейчас составляет ему компанию, — ответил управляющий.
Е Ли кивнула:
— Я поняла. Попроси отца и наследника вана Чжэньнань немного подождать. Я скоро выйду.
Управляющий поклонился и удалился. Мужун Тин с тревогой схватила Е Ли за руку:
— А-Ли, будь осторожна, когда выйдешь. Этот наследник вана Чжэньнань, похоже, приехал с дурными намерениями.
Е Ли подняла бровь. Обычно столичные девушки не разбирались в таких тонкостях. Но Мужун Тин в детстве много времени провела с отцом-генералом в походах, так что должна знать больше.
Пока Цинлуань и остальные помогали Е Ли переодеться и привести себя в порядок, Мужун Тин стояла рядом и рассказывала всё, что знала:
— Ван Чжэньнань Западного Ляна — родной брат их нынешнего Императора и очень прославленный военачальник. Однако двадцать лет назад он потерпел сокрушительное поражение от отца Дин Вана, тогдашнего Вана-регента Мо Люфана. Мой отец тогда был всего лишь мелким офицером. Папа рассказывал, что ван Чжэньнань проиграл очень сильно, и в суматохе битвы ему даже отрубили руку. После этого ван Чжэньнань много раз пытался подослать убийц к Вану-регенту, но безуспешно. Ты знаешь… Ван-регент уже давно умер. Если ван Чжэньнань всё еще держит злобу… — то эта месть ляжет на неё и Мо Сюяо, как на сына и невестку Мо Люфана.
— Значит, наследник вана Чжэньнань приехал, чтобы устроить нам неприятности? — Красивое лицо Цинь Чжэн побледнело, она тревожно посмотрела на Е Ли. — Нам нужно отправить кого-нибудь предупредить Его Высочество Дин Вана?
Е Ли покачала головой:
— Нет нужды. Его Высочество, вероятно, и так скоро узнает. К тому же, наследник вана Чжэньнань вряд ли станет устраивать сложности невинной барышне. Это было бы слишком позорно для Западного Ляна и вана Чжэньнаня.
Даже если ему нужно искать проблемы, он должен идти к Мо Сюяо — они ведь еще не женаты.
Посмотрев в зеркало и убедившись, что её наряд в порядке, Е Ли встала:
— Я пойду посмотрю. Вы ждите меня здесь.
Мужун Тин тут же встала рядом с Е Ли и заявила:
— Я пойду с тобой. Тяньсян и Чжэн’эр останутся.
Е Ли засмеялась, не зная, плакать или смеяться:
— Мужун, я не на войну иду.
Мужун Тин настаивала:
— Неважно. Даже если я просто пойду тихонько за тобой. Вдруг у этого наследника вана Чжэньнань какие-нибудь дурные замыслы, а я смогу тебя спасти!
Иметь дурные замыслы против будущей Ванфэй Дин Вана, среди бела дня, в столице Великой Чу, на глазах у всех? Только Мужун могла такое придумать.
Хуа Тяньсян махнула рукой:
— Ладно, Ли’эр, возьми Мужун с собой. Ей просто нравится зрелище.
Мужун Тин было всё равно, что о ней думают. Она радостно обхватила Е Ли под руку:
— Пошли, пошли скорее!
— Отец.
Войдя в главный зал, Е Ли поняла, что доклад управляющего был крайне неточным. Она ожидала увидеть только отца и гостя, но за столом также сидели Мо Цзинли и Е Ин.
Мужун Тин бросила на Е Ли взгляд, полный смысла: «И как он умудряется везде оказываться?» Е Ли беспомощно улыбнулась ей и подошла поприветствовать министра Е.
В присутствии посторонних министр Е с удовольствием играл роль любящего отца. Он ласково улыбнулся Е Ли:
— Ли’эр пришла. Барышня Мужун тоже здесь?
Мужун Тин пренебрежительно скривила губы, но вежливо ответила:
— Ваша покорная слуга пришла без приглашения. Прошу дядю простить меня.
Министр Е засмеялся:
— Что ты, Ли’эр очень повезло иметь такого друга, как барышня Мужун. Я очень рад. Ли’эр, барышня Мужун, это наследник вана Чжэньнань из Западного Ляна.
Только тогда девушки перевели взгляды на молодого человека, сидящего в стороне. Западный Лян находился на северо-западе Великой Чу, и его обычаи сильно отличались от здешних.
Любопытно, что в Западном Ляне они называли себя Великий Лин, а Великую Чу — Восточный Чу. В то время как Великая Чу называла себя Великой Чу, а их — Западный Лян. Уже по одной только терминологии было видно, что отношения между двумя странами никогда не были мирными.
Наследник вана Чжэньнань был высоким и стройным, его черты лица были глубокими, словно высеченными ножом, с четкими, резкими углами. Е Ли отчетливо заметила, что его глаза имели темновато-фиолетовый оттенок. По слухам, представители императорской семьи Западного Ляна имели карие глаза. Внешность этого наследника явно указывала, что он не был чистокровным представителем Западного Ляна.
— Приветствуем Наследника, — даже обычно бесцеремонная Мужун Тин проявила должное уважение перед иностранным посланником.
Наследник вана Чжэньнань, не стесняясь, осмотрел обеих девушек, но быстро отвел взгляд от Мужун Тин и полностью сфокусировался на Е Ли. Спустя мгновение он произнес:
— Будущая Ванфэй Дин Вана, барышня Мужун, не нужно формальностей. Моё имя — Лэй Тэнфэн.
Лэй — это фамилия правящего рода Западного Ляна. Отсутствие языкового барьера — это уже хорошо.
Министр Е взглянул на внушительного Наследника вана Чжэньнань, затем на Е Ли и, откашлявшись, произнес:
— Ли’эр, Наследник специально приехал, чтобы вручить тебе свадебный подарок.
Е Ли кивнула: — Благодарю Наследника. Вы проделали долгий путь, и я надеюсь, что в Великой Чу вы почувствуете себя как дома.
Лэй Тэнфэн громко рассмеялся: — Разумеется! Этот ван давно восхищался пейзажами Великой Чу и непременно осмотрит их как следует. Эй, вы! Внесите подарок, который этот Наследник подготовил для Ванфэй Дин Вана.
Он дважды хлопнул в ладоши. Вошли двое мужчин, похожих на охранников. Один из них держал в руках длинный и узкий деревянный футляр с резьбой.
Глядя на длину и размер коробки, Е Ли почувствовала недоброе предчувствие. Этот подарок вряд ли был чем-то обычным.
Лэй Тэнфэн сделал жест рукой, и второй охранник открыл деревянный футляр.
В лицо ударила волна пронизывающего холода.
Лицо министра Е потемнело. Он резко встал и низким голосом спросил: — Наследник, что это значит?
Лэй Тэнфэн приподнял бровь, изображая непонимание: — Это подарок, который мой отец-ван и мой дядюшка-император лично выбрали для Ванфэй Дин Вана. Что-то не так?
Министр Е возразил: — Свадьба моей дочери уже на носу. Что вы имеете в виду, даря меч?
Меч — это орудие убийства, символ несчастья. В изысканном резном футляре лежал древний, простой на вид длинный меч. Даже скрытый в ножнах, он источал леденящий холод и жажду крови. Очевидно, это был несравненный клинок, закаленный в море крови.
— Это дар, который моя страна и мой отец искали специально, чтобы продемонстрировать нашу искренность. Или же… присутствующие здесь действительно не видят происхождения этого меча? — Лэй Тэнфэн небрежно скрестил руки на груди, с полуулыбкой глядя на всех.
Услышав скрытое презрение в его тоне, Мо Цзинли нахмурил брови-мечи, встал и посмотрел на клинок в футляре. Сердце Мужун Тин дрогнуло, и она с сомнением посмотрела на Е Ли.
— Это… Ланьюнь! — спустя долгое время глухо произнес Мо Цзинли.
Лэй Тэнфэн похвалил: — А у Ле Вана отличный глаз. Верно, это именно меч Ланьюнь.
Все присутствующие были потрясены.
Это был не просто древний меч. Слава этого клинка не уступала ни одному легендарному оружию в истории. Этот меч носил то же имя, что и первый Дин Го-ван, Мо Ланьюнь. Именно с этим оружием Мо Ланьюнь завоевывал Поднебесную. Этот меч был личным оружием многих поколений ванов Дин. Он сопровождал их на полях сражений, где они были непобедимы. Никто не знал, сколько вражеской крови он испил.
Лишь семь лет назад, когда предыдущий Дин Ван, Мо Сювэнь, умер от болезни на границе, этот меч бесследно исчез. Сколько людей искали его тайно и явно, но так и не нашли. Такой подарок действительно имел достаточный вес и демонстрировал достаточную «искренность».
Лэй Тэнфэн с улыбкой хлопнул в ладоши: — С тех пор как стало известно, что меч Ланьюнь пропал, отец потратил немало сил, рассылая людей на его поиски повсюду. Наконец, усилия окупились: год назад меч был найден в землях Северных Ди. Мы решили, что свадьба Дин Вана — лучший повод вернуть вещь законному владельцу. Что скажет на это Ванфэй Дин Вана?
Лицо министра Е стало серьезным. Он встал и обратился к Лэй Тэнфэну: — За столь щедрый дар мы действительно должны благодарить Наследника.
Меч Ланьюнь можно было без преувеличения назвать национальным сокровищем Великой Чу. Раз Лэй Тэнфэн преподнес такой подарок, министр Е даже не смел отказаться. В душе он уже начал жалеть, что вообще впустил наследника вана Чжэньнань в дом.
Лэй Тэнфэн удовлетворенно кивнул, вскинул брови и усмехнулся: — Сказать по правде, получив такое сокровище, этот ван тоже подумывал оставить его себе. Вот только у меча Ланьюнь, похоже, есть собственный дух. Сколько бы усилий этот ван ни прилагал, я так и не смог вытащить этот меч из ножен. В конце концов, я нашел лучшего мастера-оружейника в мире, и он смог обнажить клинок, но, увы, меч совершенно не слушается в руках. Даже первый мечник Западного Ляна не смог с ним совладать. — Поэтому этот ван подумал: вероятно, меч Ланьюнь признает только людей из резиденции Дин Вана. Именно поэтому я хотел просить Ванфэй Дин Вана опробовать меч.
Министр Е недовольно произнес: — Моя дочь не владеет искусством меча. К тому же, если наследник хочет испытать меч, ему следует обратиться к Дин Вану.
Лэй Тэнфэн посмотрел на Е Ли и усмехнулся: — Разве Ванфэй Дин Вана не считается человеком из резиденции Дин Вана? Говорят, сто лет назад первая Ванфэй Дин Вана с помощью этого меча сразила шестнадцать врагов подряд, спасая жизнь Дин Вану. Это стало легендой. Как видите, этот меч не требует крови рода Дин Ван, достаточно быть достойной спутницей Дин Вана. Что скажет на это Ванфэй?
Не успела Е Ли открыть рот, как Ле Ван холодно хмыкнул: — Цзюньчжу Цинъюнь была несравненной женщиной, одаренной и в литературе, и в боевых искусствах. Нет ничего удивительного в том, что она владела мечом Ланьюнь. Наследник Чжэньнань Вана хочет заставить Е Ли использовать меч Ланьюнь — уж не пытается ли он намеренно поставить Великую Чу в затруднительное положение? Кто не знает, что Е Ли, боюсь, не сможет исполнить даже простейший комплекс движений с мечом.
Лэй Тэнфэн рассмеялся: — Этот малый Ван, напротив, верит в вкус резиденции Дин Вана. Если взглянуть на всех Ванфэй Дин Вана в истории, каждая из них была поразительной и талантливой женщиной.
Ле Ван с сарказмом заметил: — Это поколение — исключение.
Мужун Тин возмущенно вмешалась: — Наслединик Чжэньнань, вы берете меч, который даже сами не смогли вытащить из ножен, и требуете, чтобы девушка, никогда не изучавшая боевые искусства, танцевала с ним? В Западном Ляне всем нравится так принуждать людей к невозможному?
— Принуждение это или нет — почему бы не спросить саму Ванфэй Дин Вана? Отец-Ван велел непременно вручить этот меч Ванфэй Дин Вана. Неужели… этому малому Вану придется увезти его обратно в Западный Лян? — Это была уже неприкрытая угроза.
Смысл слов Лэй Тэнфэна был очевиден: если будущая Ванфэй Дин Вана не сможет вытащить меч Ланьюнь и совладать с ним, то пусть не винит его, если он заберет меч обратно. Если это случится, Великая Чу потеряет не только лицо, но и честь.
— Третья сестра, почему бы тебе не попробовать? Вдруг получится вытащить, — тихо подала голос Е Ин. — Наследник Западного Ляна преподнес такой ценный дар. Если мы его не примем, разве это не будет невежливо по отношению к соседней стране?
Министр Е нахмурился, взглянул на Е Ин и в душе начал взвешивать: что позорнее — отказ Е Ли пробовать или то, что она не сможет вытащить меч.
— Дин Ван прибыл! — раздался голос снаружи.
Мо Сюяо в сопровождении А-Цзиня появился у ворот. Все тайком вздохнули с облегчением. Мужун Тин незаметно подмигнула Е Ли.
Лэй Тэнфэн, который до этого расслабленно сидел в кресле, в то же мгновение, как вошел Мо Сюяо, выпрямился. Его взгляд, острый как лезвие, скользнул по спокойному и мягкому лицу Мо Сюяо. Затем он повернул голову и посмотрел на Е Ли. Е Ли мысленно усмехнулась: этот наследник, должно быть, сейчас оценивает, что для Мо Сюяо важнее — меч Ланьюнь или его невеста, и зачем именно пришел Мо Сюяо.
— Приветствую Дин Вана. Этот малый Ван, Лэй Тэнфэн, давно наслышан о вас, — Лэй Тэнфэн встал с улыбкой.
— Наследник слишком вежлив. Этому Вану в юности довелось однажды увидеть величие Чжэньнань Вана. Столько лет прошло, должно быть, Ван по-прежнему в отличной форме? — Мо Сюяо равнодушно кивнул в ответ.
Уголок глаза Лэй Тэнфэна дернулся, но он быстро улыбнулся: — Отец-Ван здоров и часто рассказывает этому малому Вану о стиле Дин Вана в те годы, надеясь, что мы сможем хоть немного подражать этому.
Мо Сюяо, не меняясь в лице, спокойно ответил: — Ван перехваливает. Глядя на Наследник сейчас, можно понять, что у Чжэньнань Вана есть достойный преемник.
Глядя на этих двух мужчин, которые в такой явно напряженной и застывшей атмосфере вели неспешную светскую беседу мягкими голосами, Е Ли вдруг захотелось рассмеяться. Кто-то однажды сказал, что дипломатия — это очень бабское занятие.
Закончив обмен любезностями, Мо Сюяо подъехал на коляске к Е Ли и тихо спросил: — У А-Ли хорошее настроение?
Е Ли легко улыбнулась: — Наследник Чжэньнань Вана преподнес очень ценный подарок. Раз уж Ваше Высочество тоже здесь, почему бы нам не оценить его вместе?
Мо Сюяо с улыбкой кивнул, его взгляд упал на меч Ланьюнь в футляре. Взгляд этот был спокойным, без единого всплеска эмоций, словно внутри лежала самая обычная железка. Он обернулся к Лэй Тэнфэну:
— Император и Ван вашего государства проявили большую заботу. Этот меч был утерян много лет назад, и я не ожидал, что сегодня снова увижу его.
Наследник Лэй Тэнфэн вскинул бровь: — Меч Ланьюнь — величайшее сокровище Великой Чу, и он должен вернуться к законному владельцу в целости и сохранности. Однако, сможет ли этот малый Ван увидеть легендарный клинок во всем его великолепии?
— А-Цзинь.
А-Цзинь вышел вперед, забрал длинный меч у охранника из Западного Ляна и осторожно поднес его Мо Сюяо. Мо Сюяо взял его одной рукой, поднял голову и спросил: — А-Ли, что думаешь?
Е Ли опустила голову, протянула руку и коснулась древних ножен, кивнув: — Хоть я и не сведуща в этом деле, но даже я понимаю, что это хороший меч.
Е Ли действительно ничего не смыслила в «пути меча». Все мечи, которые она видела в прошлой жизни, — это, пожалуй, мечи тайцзи, которыми махали дедушки и бабушки в парках. На современном поле боя, даже в ближнем бою, мечи не использовались — сподручнее были короткие ножи, кинжалы или спицы Эмэй[1].
Она медленно обхватила рукоять, но не спешила тянуть. Если этот меч действительно так трудно извлечь и контролировать, как описал Лэй Тэнфэн, то в ножнах или на самом клинке наверняка есть какой-то секретный механизм.
Мо Сюяо с улыбкой накрыл своей ладонью руку Е Ли, сжимавшую рукоять, а другой рукой приподнял ножны. Под пристальными взглядами собравшихся Е Ли чутко уловила, как рука Мо Сюяо, накрывающая её собственную, едва заметно шевельнулась, что-то нажала, а затем потянула наружу…
Вжик!
Вспыхнул холодный свет, и в то же мгновение меч издал звук, подобный реву дракона. Весь зал словно сковало льдом, но лишь на мгновение. Е Ли тут же ощутила исходящую от клинка колоссальную боевую мощь и накатывающую волнами убийственную ауру. Это был запах опасности, который может почувствовать только тот, кто по-настоящему был на поле боя.
Неизвестно, когда Мо Сюяо убрал свою руку. Е Ли, сжимая меч, небрежно взмахнула им в сторону.
Трррск!
Висевшая неподалеку на стене древняя картина с треском разорвалась пополам.
Хороший меч! Е Ли мысленно восхитилась. Рассечь бумагу на расстоянии одной лишь энергией лезвия — это и есть то, что называют «рубить волос на лету». Крепко сжимая длинный меч в руке, Е Ли равнодушно посмотрела на Лэй Тэнфэна, который не сводил с неё глаз.
Никто не успел опомниться, как Мо Сюяо уже забрал меч Ланьюнь из рук Е Ли и вернул его в ножны.
Лэй Тэнфэн посмотрел на картину на стене, от которой осталась лишь половина, и только спустя время медленно выдохнул: — И вправду, отличный меч.
Что касается того, сможет ли Е Ли на самом деле фехтовать этим мечом, это уже никого не волновало. Она вытащила этот меч, который в её руках оказался невероятно острым. Для Третьей барышни Е, у которой нет сил даже курицу зарезать, просто удержать такой меч было достаточно. Заставлять её танцевать с ним дальше постеснялся бы даже Наследник вана Чжэньнань, пришедший с враждебными намерениями.
Видя такой исход, министр Е довольно поглаживал свою красивую бороду, его лицо расплылось в улыбке. Дочь семьи Е вернула Великой Чу давно утраченное сокровище и принесет меч Ланьюнь в качестве приданого. Какая огромная честь!
Е Ли же мысленно вздохнула. Если этот меч останется в поместье Е, крышу дома скоро сотрут в порошок воры и шпионы. Она не верила, что Лэй Тэнфэн так просто отдаст такой ценный подарок и уйдет. Но, к сожалению, отказаться от этого дара было нельзя.
— Наследник, а этот меч? — с легкой улыбкой спросила Е Ли, глядя на слегка растерянного Лэй Тэнфэна.
Лэй Тэнфэн пристально посмотрел на девушку перед собой, затем перевел взгляд на сидящего рядом с ней Мо Сюяо и рассмеялся:
— Этот меч, естественно, является свадебным подарком для Ванфэй Дин Вана. Этот малый Ван также желает вам двоим гармонии на сто лет и прожить вместе до седых волос.
Мо Сюяо ответил: — Что ж, принимаем благие пожелания Наследника.
Лэй Тэнфэн встал и обратился ко всем: — Подарок доставлен, этот малый Ван откланивается. В день свадьбы я снова побеспокою Ваше Высочество своим визитом.
— Счастливого пути, не провожаем.
Едва наследника вана Чжэньнань проводили, как Мужун Тин, которая всё это время жадно сверлила взглядом меч Ланьюнь в руках А-Цзиня, едва не выронила глаза из орбит. Забыв о приличиях, она дергала Е Ли за рукав:
— А-Ли, А-Ли… Это же меч Ланьюнь… Настоящий меч Ланьюнь… Можно мне его потрогать?
Е Ли беспомощно посмотрела на её жаждущий вид и обернулась к Мо Сюяо.
Мо Сюяо слегка приподнял бровь: — Не страшно. Раз уж его подарили тебе, то отныне он, естественно, принадлежит А-Ли.
Е Ли посмотрела на него и сказала: — Я думала, это фамильная реликвия резиденции Дин Го-вана.
Мужун Тин было плевать на эти тонкости. С радостным возгласом она бросилась к А-Цзиню, выхватила драгоценный меч и начала ощупывать его и так, и эдак, прижимая к груди.
Мо Сюяо кивнул. Конечно, раз он передавался столько лет, это фамильная реликвия. Если он прослужит еще тысячу лет, то не уступит таким легендарным мечам древности, как Ганьцзян и Мое[2].
Мужун Тин, с любовью поглаживая меч, приговаривала: — Вообще-то, говорят, что в мече Ланьюнь спрятаны военные трактаты Дин Вана и карта сокровищ. Конечно, это неважно. Важно то, что этим мечом пользовалось каждое поколение Дин Ванов! Просто потрогать его — это уже невероятное счастье, благословение небес! Мой папа точно умрет от зависти.
Е Ли подняла бровь. Оказывается, фанатизм существовал во все времена. — Военные трактаты? Сокровища? А этот меч действительно всё еще цел? — спросила она. Западный Лян должен был разобрать его по винтику, проверить каждый миллиметр снаружи и изнутри.
Мо Сюяо взглянул на меч в руках Мужун Тин, в глубине его глаз мелькнула теплота, и он спокойно ответил: — Они его действительно проверяли. Сам меч не поврежден.
— И что? — Мужун Тин, забыв, кто перед ней находится, вытаращила глаза, ожидая, что Мо Сюяо раскроет тайну.
Мо Сюяо посмотрел на Е Ли и рассмеялся: — И поэтому… это просто меч. Хорошо, что его вернули, ведь это реликвия предков. А если бы не вернули — нашли бы мастера-оружейника и выковали бы новый.
— ? — А как же трактаты? А сокровища? — разочарованно спросила Мужун Тин.
Мо Сюяо невозмутимо обвел взглядом присутствующих: — Меч Ланьюнь был выкован, когда моему предку было шестнадцать лет. Он потратил на него все свои сбережения, которые у него были на тот момент. Откуда там взяться сокровищам и трактатам?
Все потеряли дар речи.
Люди помнили лишь то, что меч Ланьюнь сопровождал Мо Ланьюня всю жизнь и был неразлучен с каждым последующим Дин Ваном. Поэтому все предполагали, что в нем скрыта какая-то тайна. Но они забыли, что меч Ланьюнь был создан, когда Мо Ланьюнь был еще юнцом. В то время будущий великий полководец был всего лишь необузданным отпрыском знатного рода. Его нельзя было сравнивать с тем Дин Ваном, который двадцать лет спустя усмирил четыре стороны света и помог брату завоевать Поднебесную.
Даже министр Е, книжник, который мало что знал о мече Ланьюнь, не смог скрыть разочарования.
— Если бы меч Ланьюнь был действительно так важен, кто стал бы носить его с собой на поле боя? И разве его потеряли бы так легко? — добавил Мо Сюяо. — А-Ли, я возвращаюсь. Позже пришлю к тебе еще людей для охраны.
Е Ли кивнула, забрала меч Ланьюнь из рук Мужун Тин и бросила его А-Цзиню: — Лучше забери меч Ланьюнь обратно в резиденцию Дин Вана прямо сейчас. Мне неудобно хранить его у себя.
Мо Сюяо кивнул: — Так тоже хорошо.
Глядя, как меч Ланьюнь исчезает за дверью, Мужун Тин с неохотой отвела взгляд.
Ле Ван подозрительно уставился на Е Ли: — Ты правда веришь, что в мече Ланьюнь нет никаких секретов?
Е Ли кивнула, как будто это было само собой разумеющимся: — Если бы у меня были военные трактаты и сокровища, я бы тоже не стала прятать их в мече. Как предмет, который постоянно используется, который нужно носить с собой, который очень знаменит и к тому же немаленького размера, меч — это действительно паршивое место для хранения секретов. — Вы, сухари бесчувственные! Это же реликвия Дин Вана! Реликвия… — Мужун Тин с негодованием посмотрела на полный зал прагматичных людей.
[1] Спицы Эмэй (峨眉刺 — Emei ci) — традиционное китайское парное оружие ближнего боя. Это тонкие металлические стержни с заостренными концами, которые крепятся к пальцам кольцом. Очень эффективны в ближнем бою и требуют высокой ловкости.
[2] Ганьцзян и Мое (干将莫邪) — легендарная пара китайских мечей, названных в честь кузнеца Ганьцзяна и его жены Мое. Символ высочайшего качества и мистической силы оружия.
Добавить комментарий