Наложница Чжао вернулась в свои покои и, как и ожидалось, устроила скандал.
Не прошло и полудня, как все поместье Е знало: наложница Чжао отправилась в павильон Цзини-исюань к Третьей барышне, желая заручиться её поддержкой, но в итоге была осмеяна и выгнана служанкой Циншуан.
Несмотря на теперешнюю милость к наложнице Чжао, министр Е лишь вскользь напомнил Третьей барышне о приличиях во время утреннего приветствия. Это означало, что милость к наложнице Чжао была не столь безгранична, как о том ходили слухи.
Естественно, другие наложницы не упустили возможности позлорадствовать и отпустить несколько язвительных замечаний. Наложница Чжао тоже не осталась в долгу и остроумно отбивалась от нападок.
Госпожа Ван была заперта в своих покоях, обучая Е Ин пути жены. С ослабленным надзором задний двор резиденции стал чрезвычайно оживлённым местом.
На этот раз госпожа Ван потерпела сокрушительное поражение от Е Ли. Мало того, что она зря потеряла десятки тысяч лянов серебра, так ещё и Старая госпожа наложила на неё домашний арест.
Е Ли не интересовало, сколько фарфоровых изделий госпожа Ван разбила в своих покоях. Однако она размышляла, что этот «домашний арест», объявленный Старой госпожой, скорее всего, половинчатый. Ведь уже через несколько дней резиденция Ле-вана должна была прислать свадебный дар. Госпожа Ван, как законная супруга главы семьи Е и родная мать Е Ин, не могла не выйти, чтобы принять гостей.
Когда из резиденции Ле-вана прибыли сваты с дарами, Е Ли в праздной неге сидела в своих покоях, выбирая слуг.
Резиденция была достаточно расторопной: несмотря на суету в парадной части дома, где принимали людей из резиденции Ле-вана, они не забыли о поручении Третьей барышни. управляющая дома ещё утром привела девушек, чтобы Е Ли могла их отобрать.
Е Ли невозмутимо сидела в кресле, поставленном под навесом, и спокойно разглядывала дюжину служанок, стоявших во дворе.
Видя, что Е Ли долго не произносит ни слова, управляющая нервно посмотрела на неё, полагая, что Третья барышня недовольна этими девушками. Она уже собиралась предложить привести другую партию, как вдруг услышала спокойный голос Е Ли:
— Циншуан, посмотри ты. Подходящих оставь.
Циншуан почувствовала глубокое доверие своей Барышни и громко ответила:
— Ваша покорная слуга исполнит приказ!
Циншуан подошла к девушкам и, оказавшись среди них, почувствовала небольшое смущение. Раньше её барышня была в немилости, и её саму отталкивали другие слуги. Теперь же эти люди стояли здесь, позволяя ей себя выбирать.
Циншуан тщательно отобрала нескольких служанок, которые выглядели скромно и покладисто, и привела их к Е Ли.
Е Ли взглянула на них и про себя усмехнулась: Эта Циншуан слишком уж хлопочет! Даже выбор служанок требует от неё столько внимания.
Управляющая подобострастно улыбнулась Е Ли:
— Третья барышня, вы выберете только этих? Может, стоит взять ещё двух, чтобы нехватки не было?
Е Ли спокойно и ясно посмотрела на неё:
— Раз уж так, выберу ещё двух.
Управляющая встретилась с холодным, чистым взглядом Е Ли и почему-то почувствовала, как холодок пробежал по её сердцу. Она спешно отвела глаза.
На этот раз Е Ли даже не стала смотреть, а небрежно указала рукой:
— Пусть будут те две.
Циншуан проследила за её рукой: из двух девушек, стоявших в первом ряду, одна была обычной и неприметной, а другая, яркой и обольстительной, и с первого взгляда казалось, что она не из покладистых. Мало того, эта служанка высокомерно смотрела на её барышню! Какая самонадеянность!
Махнув рукой, чтобы управляющая увела остальных, Е Ли принялась внимательно осматривать шестерых отобранных девушек, стоявших перед ней.
— Как вас зовут? — спокойно спросила она.
— Рабыня Юнь`эр, рабыня Сяо Цуй.
— Рабыня Цзин`эр, рабыня Тянь`эр.
— Рабыня Сюэ Янь, рабыня… Хань Цин[1].
Е Ли кивнула. Имена были вполне благопристойными, и у неё не было особого желания их менять. Она перевела взгляд на двух девушек, которых выбрала в конце, и которых не выбирала Циншуан.
— Сюэ Янь, где ты служила раньше? Кажется, я тебя не встречала.
Девушка по имени Сюэ Янь, чьи черты лица были обычными, выглядела уверенной и невозмутимой. Она слегка поклонилась Е Ли:
— Докладываю Третьей барышне, ваша покорная слуга была служанкой второго ранга в покоях Старой госпожи. Ваша светлость, конечно, не встречали меня, поскольку я не из парадных слуг.
Е Ли усмехнулась:
— Твой вид вовсе не говорит о том, что ты «не из парадных». Раз так, ты будешь прислуживать лично мне, как и Циншуан.
Служить лично при госпоже, означало стать главной служанкой. Сюэ Янь слегка опешила от такого повышения, но не выразила чрезмерной радости, которая могла бы быть сочтена неприличной:
— Благодарю Третью барышню за повышение. Ваша покорная слуга будет усердно прислуживать Барышне. Прошу барышню даровать мне имя.
Обычно главные служанки при госпоже получали новое имя лично от хозяйки. Это был знак милости и означало, что с новым именем слуга порывает с прошлыми связями и отныне верна только своей нынешней госпоже.
Е Ли приподняла изысканную бровь и, подумав, сказала: — Пусть будет Цинся[2].
— Цинся благодарит барышню за милость. — Сюэ Янь поклонилась и почтительно встала рядом, сложив руки.
— Хань Цин … ты умеешь вышивать? — спросила Е Ли.
В глазах Хань Цин мелькнуло высокомерие. Она звонко ответила:
— Конечно, умею. Вышивка вашей покорной слуги одна из лучших в этом доме.
Е Ли выглядела довольной её ответом и кивнула:
— Очень хорошо. В таком случае ты будешь прислуживать в Швейной мастерской.
— Докладываю барышне, ваша покорная слуга не швея! — Лицо Хань Цин исказилось. Она недовольно уставилась на Е Ли и скрипнула зубами.
— Наглость! Разве ты смеешь перечить словам барышни! — Циншуан гневно вскрикнула.
Е Ли не рассердилась. Она кивнула и, усмехнувшись, сказала:
— Я знаю, что ты не вышивальщица, и никто не поручит тебе важную работу. Разве быть искусной вышивальщицей так просто? У какой превосходной мастерицы нет десятилетий кропотливого труда? И эта Хань Цин вовсе не выглядит так, словно сможет покорно заниматься женским рукоделием.
Миловидное лицо Хань Цин налилось от гнева, и она пристально уставилась на Е Ли.
Е Ли и не собиралась обращать на нее внимания. Она поднялась и с лёгкой улыбкой сказала:
— В эти дни может быть много работы. Если не справишься, обратись к управляющему. Когда мы переедем в резиденцию Дин-вана, людей в швейной мастерской, конечно, будет больше. И ещё… тебе нужно сменить имя. Пусть будет… Цзин Вэнь[3].
— Большое спасибо, Третья барышня. Ваша покорная слуга вполне довольна своим нынешним именем! — Хань Цин ответила, покраснев от ярости.
Циншуан холодно усмехнулась:
— Наглость! Что толку, что ты сама довольна? Наша барышня недовольна. Эта девица и так соблазнительна, да ещё и с таким непристойным именем! Она думает, что павильон Цзини-исюань, это публичный дом? — Циншуан всё ещё не могла понять, почему барышня выбрала такую девушку.
— Смени имя, или развернись и уходи из моего павильона Цзини-исюань. Или… может, тебе стоит спросить своего прежнего хозяина?
Хань Цин, теперь уже Цзин Вэнь, побледнела, но скрепя зубами ответила:
— Рабыня благодарит Барышню за дарованное имя.
Е Ли равнодушно скользнула по ней взглядом и отвернулась:
— Раз уж ты вошла в мой павильон Цзини-исюань, если будешь покорной и честной, я не из тех, кто любит притеснять людей. Если же у тебя иные намерения, лучше уходи поскорее. Иначе… те, кто получил бамбуковые палки перед залом Жунлэйтан несколько дней назад, станут для вас примером.
— Циншуан и Цинся, наградите их по десять лянов серебра, остальные пусть получат по пять лянов.
— Слушаюсь, барышня. — Рабыни благодарят барышню! — Служанки единодушно поблагодарили её. Для этих молодых девушек, чьё ежемесячное жалованье едва достигало одного ляна, пять лянов были немалой суммой.
Хань Цин, хотя и таила в глазах презрение, понимала, что сейчас не время для провокаций, и тоже поблагодарила.
Оставив Циншуан улаживать дела, Е Ли повернулась, чтобы вернуться в покои. В этот момент снаружи раздался голос управляющей: — Третья барышня, достопочтенная наложница Сяньчжао требует вас!
[1] Юнь`эр (云儿, Yun’er) означает Облачко; Сяо Цуй (小翠, Xiao Cui) означает Маленькая Нефритовая; Цзин`эр (静儿, Jing’er) означает Спокойная (Тихая); Тянь`эр (甜儿, Tian’er) означает Сладкая; Сюэ Янь (雪燕, Xue Yan) означает Снежная Ласточка; Хань Цин (含情, Han Qing) означает Таящая Чувства или Очарование.
[2] Цинся (清霞, Qīng xiá) — Чистая Заря
[3] Цзин Вэнь (静文, Jìng wén) – тихая грамотность
Добавить комментарий