Едва выйдя из дворца Юньцин, Нин Сихуа принялась энергично разминать щеки. Слишком долго изображать из себя «зеленый чай» — это утомительно, лицо аж свело от фальшивой улыбки.
Не успела она сделать и пары шагов, как нос к носу столкнулась с Су Сюем, который как раз собирался войти к матери.
Нин Сихуа не сказала ни слова. Она сделала вид, что перед ней пустое место, и, даже не поклонившись, просто взмахнула рукавом и прошла мимо.
— Ты… — начал было Су Сюй.
Фраза «Ты хочешь выйти за меня? Если да, я готов простить тебе прошлые обиды» так и застряла у него в горле. Ответом ему была лишь удаляющаяся прямая спина Нин Сихуа, полная безразличия.
Су Сюй почувствовал странную пустоту и потерю. Ведь он уже был готов простить ей всё — и выстрел, и унижение на банкете. Почему же она даже не взглянула на него?
Раньше она бегала за ним хвостиком, лезла из кожи вон, чтобы угодить, и он не мог от неё отделаться. Но с тех пор, как она вернулась из Ичжоу, она словно стала другим человеком. Он перестал её понимать.
В подавленном настроении Су Сюй вошел в зал, но вместо утешения его встретил поток брани от Сунь Гуйфэй.
— Я же говорила тебе сотню раз! Если тебе так нравится эта девка из семьи Лин, женись, а потом возьми её в наложницы! Неужели ты не мог потерпеть ни минуты? Обязательно было устраивать сцену, чтобы теперь весь город знал о вашей связи?!
В ярости Сунь Гуйфэй швырнула четки, которые держала в руках, прямо под ноги сыну.
— Ты хоть понимаешь, какой статус у Нин Сихуа? Ты понимаешь, какую огромную помощь принесет тебе брак с ней? Ты ведь обещал мне всё сделать как надо! А теперь? После того как поползли слухи, что вы с Лин Мэнли уже «частным образом договорились о браке», какая приличная семья захочет отдать за тебя свою дочь?!
Су Сюй опустил голову и молчал.
Раньше он упорствовал, желая жениться на Мэнли. Но теперь… Наследный принц с каждым днем пользуется всё большим доверием Отца-Императора. А сам Су Сюй после того случая с покушением попал под подозрение. Хотя Ведомство надзора и Цензорат до сих пор не закрыли дело, он жил в страхе, что его связь с наемными убийцами всплывет. Его положение при дворе стало шатким.
Женитьба на Нин Сихуа и получение поддержки резиденции Нин-вана стали бы для него спасательным кругом. Это позволило бы ему выбраться из кризиса и мгновенно взлететь на вершину.
К тому же… Нин Сихуа уже не казалась ему такой отвратительной, как раньше. Он подумал, что жениться на ней — не такой уж плохой вариант.
Но он никак не ожидал, что теперь сама Нин Сихуа не захочет выходить за него.
Сунь Гуйфэй всё еще бушевала, тыча в него пальцем: — Посмотри на себя и на свою сестру! Никто из вас не слушается! Я всё так идеально распланировала! Юэ-эр выходит за Цинь Сунфэна, ты женишься на Нин Сихуа. Так мы бы получили и Императорскую гвардию, и армию Нин! Рано или поздно всё это стало бы твоим! А вы что натворили?!
Весь гнев, копившийся в ней весь вечер, вырвался наружу. Она ударила ладонью по столу: — Одна публично отказывается от брака, другой устраивает тайные шашни и позорится! Вы что, решили свести меня в могилу?!
Видя, что Су Сюй молчит, она разозлилась еще больше: — Запомни мои слова: эта Лин Мэнли никогда, слышишь, никогда не станет твоей Главной женой! Убей эту надежду в зародыше!
Су Сюй всё так же стоял с опущенной головой и хрипло ответил: — Сын понял.
Когда Су Сюй вернулся в свой дворец, была уже глубокая ночь. Но у входа в спальню его кто-то ждал.
— Ваше Высочество… Матушка-наложница снова давила на вас?
Лин Мэнли смотрела на него снизу-вверх. Её глаза были полны беспокойства и боли за него.
Сердце Су Сюя кольнула вина: — Ли-эр, я….
Лин Мэнли, казалось, знала, что он скажет. Её глаза мгновенно наполнились слезами: — Ваше Высочество… Вы всё-таки должны жениться на цзюньчжу Юэси?
Су Сюй не выдержал. Он протянул руку, стер слезу с её щеки и сказал: — Прости меня, Ли-эр. Неважно, на ком я женюсь, мое сердце всегда будет принадлежать только тебе. Но обстоятельства вынуждают меня… Тебе придется потерпеть обиду…
Лин Мэнли покачала головой и нежно сжала его руку своими ладонями: — Я всё понимаю. Я не виню Ваше Высочество. Пока я могу быть рядом с вами, для Ли-эр это не обида.
Су Сюй увидел, что, несмотря на слезы, глаза Лин Мэнли полны любви к нему. Его сердце, отягощенное печалью, мгновенно успокоилось. Не в силах сдержаться, он обнял её, словно обнимал свою последнюю надежду на искреннюю любовь в этом мире.
Лин Мэнли, как маленькая птичка, ищущая защиты, доверчиво прильнула к его груди.
Но за этой нежной сценой никто не увидел её лица. Оно было скрыто в тени, и выражение на нем было мрачным и зловещим, а в глазах плескались ядовитая зависть и нежелание мириться с судьбой.
………
Несколько дней спустя. Дворец Юньцюань, павильон «Нефритовый источник».
Нин Сихуа блаженствовала в своем личном горячем источнике.
Во дворце Юньцюань были сотни купален, но самые большие и лучшие были отделены стенами для использования только знатными особами. Благодаря влиянию её отца, ей достался отличный павильон. Может, он и уступал императорскому, но был одним из лучших.
Нин Сихуа взяла с плавающего подноса крупный зимний финик и отправила его в рот. Её ноги лениво болтались в воде, поднимая брызги.
Что может быть лучше, чем зимой отмокать в горячем источнике и есть фрукты? Эх, вот если бы еще ледяного вина из зеленой сливы…
Нин Сихуа покачала головой. Всё-таки проклятый феодализм развращает людей!
Пока она наслаждалась своим моральным разложением, за спиной раздался голос: — Финик сладкий?
— Сладкий, — машинально ответила она. — Крупный, сочный, и косточки уже удалили. Одно удовольствие…
Стоп. Голос был слишком знакомым.
Финик во рту перестал казаться вкусным.
Нин Сихуа, скрипя шеей как несмазанная телега, медленно повернула голову. На краю бассейна, заложив руки за спину, стоял Он. И с интересом наблюдал за ней.
!!!
Она клянется: она не закричала только потому, что финик всё еще был у неё во рту, и она боялась подавиться. Но финик, который она уже поднесла к губам, чтобы съесть следующим, от шока выскользнул из пальцев и с громким «Плюх!» упал в воду.
Как он сюда вошел?! Сун И и остальные стражники стоят у дверей!
В душе Нин Сихуа рухнул мир. Ей хотелось протянуть руку в драматичном жесте как в мемах и спросить: «У тебя опять приступ?!»
Но стоило ей поднять руку, как она осознала: она голая. Она тут же погрузилась в воду по самый подбородок.
И тут её накрыло отчаяние. Вода в источнике была чистейшей, прозрачной, как слеза. И кроме пара над водой, ничего не скрывало её наготу. Даже если она уйдет на дно, всё будет видно, как на ладони!
В этот момент она горько пожалела, что на днях высмеяла предложение Сун И насыпать в воду лепестки роз, назвав это «пафосной ерундой». Кто сказал, что это ерунда?! Сейчас эти лепестки спасли бы ей жизнь и честь!
Су Би продолжал стоять с мягкой улыбкой «благородного мужа, чистого как нефрит», словно они просто встретились в саду на прогулке, а не в её ванной.
Нин Сихуа уже набрала в грудь воздуха, чтобы заорать на него, как вдруг снаружи раздался шум и крики.
— Что вы делаете?! Это личная купальня цзюньчжу Юэси! Цзюньчжу сейчас внутри! Вы что, собираетесь вламываться силой?! — голос Сун И дрожал от возмущения, но она кричала громко, явно предупреждая хозяйку.
Мужской голос грубо ответил: — В резиденции Третьего принца появился убийца. Свидетели видели, как он побежал в эту сторону. Мы выполняем приказ: обыскать всё!
Нин Сихуа в шоке уставилась на Су Би. Убийца?
Су Би же, казалось, вообще не слышал шума снаружи. Он спокойно присел на корточки у края бассейна. Протянул руку в воду. Выловил тот самый финик, который она уронила и который плавал рядом с её… кхм… телом. И с хрустом откусил от него кусок.
Он посмотрел на её ошалевшее лицо и улыбнулся: — И правда, сладкий.
У Нин Сихуа начал дергаться глаз. «Босс, ты серьезно?! Там снаружи люди ломятся, чтобы поймать «убийцу», а ты крадешь мою еду из ванны и говоришь, что это вкусно?! Ты бы хоть для приличия запаниковал!!!»
Добавить комментарий