Красные, белые и желтые цветы источали аромат, растворяющийся в тёплом воздухе, а вокруг зеленела яркая трава. Широкие улицы Сяньяна полны движения, люди спешат по своим делам. Торговцы громко расхваливают товар. Открытые лавки радуют глаз изобилием. Лёгкие экипажи и крытые повозки гремят по каменной мостовой.
Сяньян — процветающий пограничный город. После многих дней пути отряд, наконец, въехал в его ворота. Один из охранников оплатил пошлину, и группа из двадцати всадников, охранявших повозку, медленно двинулась по улицам.
Город разделён на внутренний и внешний. Внутренний город состоит, в основном, из дворца Мэнжэнь к югу от реки Чишуй и дворца Лоли к востоку. Два дворца, скорее похожие на огромные жилые комплексы, соединены каменным мостом длиной более четырехсот метров, по которому легко могут пройти двадцать лошадей бок о бок.
Несмотря на свои скромные размеры (он составляет менее пятой части Чанъаня, столицы Великой Вэй), благодаря географическому преимуществу за последние тридцать лет Сяньян превратился в один из самых богатых и процветающих городов. Ежегодный налог, который он выплачивает имперской столице, достаточен для покрытия трети всех годовых расходов армии Вэй.
Многие богатые люди страны купили здесь землю и построили роскошные резиденции. Внешний город занимает гораздо большую территорию и является средоточием торговли и жизни обычных горожан. Здесь можно найти всё: рестораны, денежные дома, ломбарды, гостиницы, а также ярко-розовые и зелёные павильоны на берегу Чишуй, откуда даже днём слышны музыка и женский смех.
Экипаж, который больше не был наглухо закрыт, медленно ехал по улицам. Двадцать сопровождавших его всадников не казались чем-то необычным в этом богатом городе.
Однако, когда повозка проезжала мимо павильона Цзиньинь, позади раздались громкие возгласы и топот копыт. Возница, облачённый в обычный тёмно-синий халат, но с внимательными глазами воина, оглянулся. Остальные охранники тоже начали тихо переговариваться. Мужчина склонил голову к окошку и тихо произнёс:
— Молодой Господин, это всё та женщина. Она хотела следовать за нами во внутренний город, но была схвачена городской стражей.
Спустя минуту из глубины повозки раздался спокойный голос:
— Поехали дальше. Если она не сможет войти, она уйдёт, так будет даже лучше.
— Да, Господин, — кивнул возница и направил лошадей к центру внутреннего города.
Этим отрядом верховых были люди из Янбэя, а человек в повозке, естественно, — Янь Сюнь, недавно обретший независимость Ван Янбэя. Его лицо было бледным, но глаза полны решимости.
— Молодой Господин, мы приехали.
Янь Сюнь, одетый в простую синюю одежду, вышел из экипажа. Его глаза казались усталыми, но лицо не выражало эмоций. Он направился к роскошному особняку во дворце Лоли.
На пути к большим деревянным воротам никого не было. А-Джин и другие охранники быстро рассредоточились, взяв периметр под контроль. Янь Сюнь в сопровождении А-Джина и десяти воинов вошёл во двор и увидел человека в богатой одежде, стоящего на коленях, а вокруг него — около сотни слуг, также почтительно склонивших головы.
Человек коснулся лбом земли и громко произнёс:
— Слуга приветствует Его Высочество! Многих долгих лет жизни Вашему Высочеству!
Хмурившийся всю дорогу Янь Сюнь вдруг улыбнулся, шагнул вперёд, по-дружески положил руку на плечо приветствующего и насмешливо сказал:
— Давай, поднимайся, Кролик!
Молодому человеку было около двадцати лет. Тёмные тонкие брови, ясные глаза и светлая кожа делали его лицо почти женственным, но взгляд выдавал уверенность, ум и хитрость, неуловимо напоминая лису.
— Приветствую Принца, — улыбнулся молодой человек, поднимаясь. — Ваше Высочество, я всё это время много работал. Я приготовил для вас вкусную еду и вино. Давайте сначала поедим.
Янь Сюнь кивнул. Проходя мимо, он задел роскошную одежду молодого человека, принюхался и насмешливо произнёс:
— Столько благовоний? Блестящая вышивка? Твоя одежда тебе очень подходит.
— Ваше Высочество, — молодой человек, сделав вид, что смертельно обижен критикой, отозвался: — это же мой самый скромный наряд. Боюсь, вы хотите сказать, что я экстравагантен. Я прямо чувствую горький вкус ваших слов.
— Ха-ха, — рассмеялся Янь Сюнь. Затем, повернувшись к А-Джину, спросил: — Ты не знаешь, нет ли какого-нибудь специального удара по лицу для таких, как он?
А-Джин усмехнулся, хлопнул молодого человека по плечу и сказал:
— Не веди себя так высокомерно, будь осторожней.
Несколько человек вошли в дом, смеясь и переговариваясь. После того как они поели и немного пошутили, А-Джин быстро удалился, а Янь Сюнь и молодой человек направились в кабинет. Когда дверь закрылась, их лица мгновенно утратили выражение беззаботного веселья. Молодой человек поднял подол, опустился на колени и тихо произнёс:
— Вы здесь, Шицзы.
Этим молодым человеком был, конечно же, Тун Фэн Мянь, который следовал за Янь Сюнем в прошлом и неоднократно отправлял письма Чу Цяо. В тот день, когда большинство соратников Янь Сюня были убиты, Фэн Мянь, будучи ещё совсем юным, смог спастись, хотя и был тяжело ранен.
Не имея возможности оставаться в столице, он отправился на юг, в Сяньян. С помощью общества «Датун» и сторонников Янбэя, всего за шесть лет он стал негласным главой преступного мира Сяньяна, контролируя азартные игры, контрабанду и увеселительные дома на берегу реки Чишуй. Ему принадлежало более восьмидесяти ломбардов, а его люди контролировали двадцать пристаней.
— Шицзы, прошло шесть лет, и ваш слуга наконец-то дождался этого дня, — глаза Фэн Мяня покраснели от волнения.
— Да, прошло так мало времени, а ты превратился во взрослого мужчину, — сказал Янь Сюнь с тёплой улыбкой.
В кабинете, пока на жаровне кипятилась вода для чая, Фэн Мянь спросил:
— Шицзы, как насчёт девушки Чу? С ней всё в порядке? Почему она не приехала с вами? Я слышал о ваших подвигах в Чанъане, о том, как девушка освободила тысячи рабов, отважно сражалась и одолела множество солдат. Разве вы не вместе едете в Бянь-Тан?
Янь Сюнь выглядел спокойным:
— Мы были разлучены. Юань Че издал приказ о её поимке, и теперь вся страна выслеживает А-Чу. Разве ты не знал об этом?
— Что? — Фэн Мянь на мгновение застыл. — Но я слышал новости из Янбэя, что девушка Чу вернулась!
— Эту новость подготовил и разослал я. Это неправда, но я надеялся хотя бы немного облегчить А-Чу уход от преследователей. Пусть они думают, что она вернулась в Янбэй.
Янь Сюнь сделал глоток чая:
— Хотя я и разослал повсюду шпионов, я всё ещё боюсь, что они смогут её поймать.
— Я уверен, что девушка всё ещё на свободе. Ваш слуга отправит людей искать её.
Янь Сюнь медленно покачал головой:
— Думаю, она могла уже покинуть Вэй и перейти границу Бянь-Тана.
— Значит, Шицзы направляется в Бянь-Тан?
— Это одна из причин, — кивнул Янь Сюнь.
— Тогда я немедленно прикажу братьям из банды Цао в Бянь-Тане начать поиски.
— Найти её будет непросто. Но ты можешь попытаться помочь мне. Она там совершенно одна. Мне из-за этого не по себе.
— Да, мой Господин.
— Есть ещё одна вещь, которая меня беспокоит, — спокойно продолжил Янь Сюнь. — Я писал тебе об этом в прошлом месяце и просил кое-что выяснить. У тебя получилось?
Фэн Мянь подошёл к книжному шкафу и достал стопку листов из плотной рисовой бумаги. Протягивая её Янь Сюню, он тихо сказал:
— Здесь всё, что удалось найти, но и этого хватает.
Янь Сюнь быстро просмотрел записи и усмехнулся:
— Они больше не могут сдерживаться.
— Шицзы, старейшины будут нашими союзниками. Мы поддерживали Янбэй в течение многих лет. Зачем нам ворошить это сейчас?
Янь Сюнь небрежно махнул рукой и насмешливо ответил:
— Фэн Мянь, как ты думаешь, старейшины всё ещё поддерживают великие идеалы Датуна, как и сто лет назад? Возможно, сейчас только немногие выдающиеся люди, такие как господин Ву, действительно живут этими идеями. Ты находишься в Сяньяне столько лет, разве ты не понимаешь? Старшее поколение Датуна накопило огромные богатства и теперь просто ищет того, кто поможет им их сохранить.
Взгляд Янь Сюня заледенел:
— Датун, справедливость для всех — какой красивый лозунг. Жаль только, что там, где есть люди, начинается борьба, а там, где есть выгода, вспыхивает война. Датун? Поверить в его непогрешимость могут лишь наивные юнцы. Но их лозунг звучит привлекательно. Поэтому мы и сотрудничаем с ними: мы предоставляем войска, они — платят. Каждый получает то, что ему нужно. Идеальный союз.
— В любой организации должен быть только один лидер, — медленно произнёс Янь Сюнь, постукивая пальцами по столу. — Великие старейшины могут тянуть время слишком долго. Они наверняка захотят назначить как можно больше своих людей на ключевые посты в Янбэе. В результате наша власть там станет лишь номинальной.
— Я не собираюсь никого устранять и устраивать «смену крови». Я лучше использую эту возможность, чтобы «ударить по горе и вспугнуть тигра» (показать силу и предупредить). Глава Датуна — мудрый человек, думаю, он всё поймёт.
Янь Сюнь встал и скомандовал:
— Будь готов. Переоденься, поешь, а ночью пойдёшь вместе со мной на встречу со старейшинами этого великого общества.
— Шицзы, что вы наденете вечером? Повседневное платье или мантию общества Датун?
— Наденем одежду общества Датун, — слегка нахмурившись, ответил Янь Сюнь.
— Вас не смущает, что, хотя молодые фракции уважают вас, у вас по-прежнему низкий официальный статус в организации, и одежда будет это подчёркивать?
— Смущает? — Янь Сюнь широко открыл глаза и холодно улыбнулся: — Неужели я похож на того, кто боится чужого мнения?
Когда опустилась ночь, Сяньян зажил новой, бурной жизнью. Великолепный экипаж, запряжённый семью белоснежными лошадьми, катился по оживлённой улице.
— Только император имеет право ездить в экипаже, запряжённом восемью лошадьми, — смущённо улыбнулся Фэн Мянь.
Через полчаса они прибыли на место. Это был роскошный огромный ресторан под названием «Восход».
— Шицзы, это мой ресторан. Название дала девушка Чу, когда приезжала сюда год назад. Входите, — пригласил Фэн Мянь.
Янь Сюнь шагнул внутрь. Заметив управляющую, привлекательную молодую женщину, он мягко, но решительно отстранил её руку, когда та попыталась кокетливо прикоснуться к нему.
Они прошли в ярко освещённый просторный зал. За круглым столом уже восседали восемь старейшин, за спиной каждого застыл личный телохранитель. При появлении Янь Сюня и Фэн Мяня в зале мгновенно воцарилась тишина.
Фэн Мянь и Янь Сюнь скинули плащи. Едва они собрались сесть, как раздался холодный, скрипучий голос шестидесятилетнего мужчины, сидевшего напротив:
— Стал таким важным человеком, Фэн Сифэн? Мало того, что опоздал, так ещё и привёл с собой двух охранников. Господин больше ни в грош не ставит нас, стариков, и открыто нарушает установленные правила.
— Это старейшина Ю, который руководит отделением Юань Юньюнь? — тихо уточнил Янь Сюнь.
Старейшина высокомерно прищурился и презрительно хмыкнул, всем своим видом показывая, что считает ниже своего достоинства отвечать выскочке.
— Никто не интересуется твоим мнением! — резко бросил старейшина Ю, кивая на белую мантию Янь Сюня, выдававшую его низший ранг. — Ты лучше помни, кто ты такой. Здесь у тебя нет права голоса. Даже если ты пришёл с Четвёртым Господином, стой в стороне, навостри уши и держи рот на замке!
Лицо Фэн Мяня потемнело от гнева, но Янь Сюнь вытянул руку, останавливая его. Он бросил ледяной взгляд на старейшину Ю и невозмутимо произнёс:
— Старейшина Ю, полагаю, мне всё же стоит назвать своё имя. Возможно, оно вам знакомо. Ваше имя для меня тоже не секрет. Думаю, в будущем вы станете чуть более почтительны.
Пальцы Янь Сюня звонко щёлкнули по столешнице.
Это прозвучало как приказ! А-Джин, стоявший тенью за спиной Янь Сюня, внезапно сорвался с места и, подобно тигру, обрушил сокрушительный удар прямо в лицо старейшине Ю!
В следующее мгновение каждый в зале отчётливо услышал хруст ломающейся переносицы. Старейшина Ю истошно завопил от боли и отлетел назад вместе со стулом.
А-Джин сделал молниеносный выпад, схватил старика за воротник и нанёс ещё несколько тяжёлых ударов. Кровь брызнула на полированный пол. В этот миг телохранитель старейшины Ю опомнился и бросился вперёд, обнажив длинный клинок. Фэн Мянь среагировал мгновенно: уклонился от лезвия, перехватил запястье противника, и с тошнотворным хрустом одним отточенным движением сломал ему руку, выбивая оружие!
Янь Сюнь медленно поднялся. Простая белая мантия рядового члена Датуна сейчас выглядела зловеще, словно погребальный саван, а алые брызги крови нарисовали на ней жуткий узор. Он неторопливо подошёл к поверженному старейшине Ю, присел перед ним на корточки и мягко пожурил:
— Разве ты не знаешь, как это грубо — перебивать других?
Затем он выпрямился и с жестокой силой опустил сапог на лицо старика. Животный ужас отразился в глазах присутствующих! Очередная порция крови окропила подолы сидящих рядом. Старейшина Ю обмяк, потеряв сознание.
— Уберите это, — брезгливо приказал Янь Сюнь, возвращаясь за стол и доставая белый шёлковый платок, чтобы вытереть руки.
А-Джин молча ухватил бесчувственное тело за ногу, распахнул двери зала и просто вышвырнул старейшину за порог. Раздался громкий всплеск, словно в реку сбросили мешок с камнями.
В звенящей тишине Янь Сюнь поднял голову, одарил собравшихся обворожительной улыбкой и светским тоном произнёс:
— Прошу прощения за эту сцену. Я был так взволнован нашей встречей, что немного не сдержал эмоций. Скажите, а кто-нибудь из ваших охранников умеет плавать? Боюсь, если его сейчас не вытащить, достопочтенный старейшина Ю утонет.
Зал мгновенно пришёл в движение: почтенные старцы повскакивали со своих мест, суетливо раздавая приказы телохранителям спасать утопающего.
Прошло немало времени, прежде чем мокрого и избитого старейшину Ю втащили обратно. Когда все, наконец, вернулись на свои места, Янь Сюнь уже невозмутимо допивал вторую чашку чая.
— Четвёртый Господин Фэн, я не знаю, кто этот твой друг. Кто вообще принял его в нашу организацию? Если уж он надел мантию нашего брата и пришёл на собрание, почему он так грубо попирает наши правила? — выдавил из себя пожилой мужчина в роскошных красных одеждах — старейшина Лю, глава городской торговой ассоциации.
Янь Сюнь, не повышая голоса, ответил:
— Господин, я как раз собирался представиться, но старейшина Ю оказался слишком нетерпелив. Полагаю, самое время назвать моё имя. Я — Янь Сюнь. Только что прибыл из Янбэя. Буду рад выслушать ваши мудрые советы.
— Ван Янбэя?! — Старейшина Лю в шоке вскочил на ноги, едва не опрокинув чайник.
— Хотя Янбэй теперь независим, я ещё официально не взошёл на престол. Но если старейшина Лю хочет предвосхитить события, я не возражаю.
— Как такое возможно? Почему люди из Янбэя тайно прибыли в Сяньян?
Янь Сюнь холодно улыбнулся:
— Старейшина Лю, вы, конечно же, не хотели моего приезда. Ведь, насколько мне известно, прямо сейчас вы спешно переводите все свои капиталы в Бянь-Тан и готовитесь сбежать туда сами.
Слова Янь Сюня прозвучали как гром среди ясного неба. Лица старейшин побледнели от ужаса.
— Правящая династия Великой Вэй сейчас собирается с силами… Битва между Янбэем и Империей неминуема, её не избежать. И именно в этот роковой час вы собираете вещи и бросаете истощённый Янбэй на произвол судьбы. И вам спокойно спится? А ведь вы, прикрываясь моим именем, годами собирали огромные пожертвования как в самом Янбэе, так и за его пределами.
— Янь Шицзы… — сглотнув, попытался оправдаться старейшина Лю. — Это… это был лишь один из рассматриваемых нами запасных планов на случай худшего исхода…
Янь Сюнь обвёл собрание презрительным взглядом:
— Пока молодые и полные сил братья Датуна проливают кровь на полях сражений, вы прячетесь здесь, трясясь над своими сундуками. Разве ваша совесть молчит? Если об этом узнает, к примеру, госпожа Ю… Как думаете, она оставит это безнаказанным?
Старейшина Лю торопливо забормотал:
— Янь Шицзы, умоляю, прояви снисхождение к нашему возрасту. То, что обсуждалось в этих стенах… Господину Ву и госпоже Ю совершенно ни к чему об этом знать.
— Разумеется, — легко согласился Янь Сюнь, и на его губах вновь заиграла улыбка. — Старейшина Лю, мы все прекрасно понимаем: нам нужна непобедимая армия на передовой и надёжный тыл с мудрым руководством. Есть вещи, о которых не стоит говорить слишком прямолинейно.
— Полностью согласен с вами, Шицзы. Благодарю вас от лица всех присутствующих старейшин!
— Надеюсь, теперь вы отчётливо понимаете свои дальнейшие шаги. Вы можете продолжить переправлять имущество в Бянь-Тан. И я лично отправлюсь туда в компании одного из вас.
Янь Сюнь поднялся из-за стола, одёрнул мантию и буднично подытожил:
— Что ж, я отведал вашей еды и сказал всё, что планировал. Старейшина Лю, в эту поездку в Бянь-Тан я отправлюсь под видом вашего дорогого племянника, Лю Си Да. Надеюсь, к завтрашнему утру вы всё подготовите.
Встретив затравленный, полный паники взгляд старика, Янь Сюнь лишь прищурился:
— До скорой встречи!
Позже, в экипаже, Фэн Мянь не мог скрыть своей тревоги:
— Шицзы, эти старики себе на уме. Отправляться в Бянь-Тан вместе с их золотом — это огромный риск. Почему бы вам просто не вернуться в Янбэй?
— А ты думаешь, везти всё это богатство напрямую в Янбэй безопаснее? — устало усмехнулся Янь Сюнь.
Он откинулся на спинку сиденья, прикрыл глаза и тихо объяснил:
— Если мы не хотим, чтобы эти деньги осели в карманах бандитов, достались чиновникам Вэй или растворились в тайниках этих жадных Старейшин, нам прямая дорога в Бянь-Тан. Обстановка там сейчас относительно спокойная. К тому же мы будем путешествовать под прикрытием самого богатого торговца Сяньяна. У нас будет отличная личная охрана, да и власти Бянь-Тана наверняка выделят военный эскорт. А как только я прибуду в Тан Цзин, я найду способ незаметно отбыть в Южный Синьцзян, откуда мы поднимемся вверх по реке и благополучно вернёмся домой, в Янбэй.
— Но в Тан Цзине сейчас полно высокопоставленных лиц со всей Империи, и многие из них знают вас в лицо! Вы действительно собираетесь играть роль племянника старейшины Лю? — не унимался Фэн Мянь.
— Не тревожься, я всё предусмотрел. Чтобы предотвратить любую утечку информации, сразу после моего отъезда ты должен найти способ заставить Старейшин замолчать навсегда. Это избавит нас от массы проблем в будущем.
Фэн Мянь потрясённо замер, не найдя слов для ответа.
Янь Сюнь, казалось, начал проваливаться в сон. Его голос звучал всё тише:
— Жадности змеи недостаточно, чтобы проглотить слона. Когда эти старейшины были молоды, их сердца так же горячо пылали идеалами Датуна. Но чем больше золота оседало в их руках, тем сильнее росла их алчность. У людей могут быть великие амбиции, но не должно быть слепой жадности. Амбиции толкают человека на великие свершения, а жадность лишь связывает руки и делает неспособным на смелые поступки. Ты сейчас занимаешь высокое положение, и должен чётко понимать эту разницу.
Фэн Мянь в знак согласия почтительно склонил голову. С реки потянул свежий ночной бриз, колыша шёлковые занавески на окнах экипажа.
Фэн Мянь вдруг вспомнил слова, которые сказала ему Чу Цяо, покидая эти края два года назад: «Вы верный, осторожный, умный и смелый человек. Фэн Мянь, в вас есть всё, кроме одного недостатка — вы слишком, слишком стараетесь быть преданным».
Он понимал, что Его Высочество ещё не уснул, но всё равно бережно накинул на его плечи тёплый плащ.
В этом огромном мире Чу Цяо была, пожалуй, единственным человеком, кто никогда не относился к наследному принцу с подобострастием.
Тем временем солдаты Янбэя уже переодевались в форму личной охраны сяньянских купцов. Шицзы Янь направлялся на юг, в столицу Тан Цзин.
Добавить комментарий