Царствующая династия Великая Вэй.
Со стороны правой галереи внутреннего двора доносились истошные вопли, смешанные с рыданиями перепуганной девочки. Ворота во двор были широко открыты. Глухие, мокрые звуки ударов доски о тело эхом разносились по поместью. Проходившие мимо слуги косились, вытягивая шеи, чтобы узнать, кому сегодня «оказана такая честь».
Толпа зевак постепенно росла. Чу Цяо стояла у самых ворот усадьбы. Ей оставался всего один шаг, чтобы сбежать из этого поместья людоедов, но нескончаемые крики продолжали рвать ей слух. Наконец, нахмурившись, девочка сделала шаг назад, развернулась и побежала в правое крыло резиденции.
Судьба часто ставит людей перед выбором. Зачастую всего один шаг решает все.
Юйвэнь Юэ был облачен в светло-зеленое шелковое одеяние, расшитое темно-зелеными лотосами. По плечам рассыпались иссиня-черные волосы. У него было безупречное, словно вырезанное из нефрита, лицо, черные, как тушь, глаза и неестественно темно-красные губы. И хотя ему было всего лет тринадцать-четырнадцать, в нем сквозило нечто порочное, зловещее очарование.
Он полулежал в кресле из сандалового дерева, подпирая голову локтем. По обеим сторонам от него, держа в руках курильницы, сидели две прелестные служанки. Они то и дело очищали для него свежие личи, доставленные за тысячи ли из Бань Тан.
В двадцати шагах от него двое мужчин жестоко избивали доской ребенка в одежде прислуги. Крики мальчика постепенно слабели. Рядом, стоя на коленях и до крови разбивая лоб о камни, шестилетняя девочка молила о пощаде.
Над городом медленно поднималось солнце. Несмотря на глубокую зиму, оно светило ослепительно ярко. Юйвэнь Юэ поднял голову и, щурясь от лучей, слегка нахмурился. Служанки тут же вскинули над его головой зонт. Со скучающим видом он оттолкнул зонт, сел прямо и жестом подозвал свою свиту.
Двое крепких мужчин почтительно шагнули вперед, осторожно подняли его кресло и направились к выходу.
Увидев, что он уходит, стоявшая на коленях девочка отчаянно вскрикнула, подползла и вцепилась в его одежды. — Четвертый молодой господин, умоляю вас, пощадите Линь Си! Еще немного, и он умрет!
Юноша приподнял бровь и мельком взглянул на ребенка, обратив внимание на ее перепачканные в крови руки. Пять алых отпечатков пальцев резко выделялись на его белоснежных сапогах. Девочка с ужасом увидела это, и по ее спине пробежал мороз. — Простите меня, Четвертый молодой господин! — перепугавшись, она принялась судорожно вытирать сапог рукавами, сквозь рыдания бормоча извинения. — Сяо Ци немедленно все отчистит!
Юйвэнь Юэ брезгливо отпихнул ребенка ногой. Две его служанки тут же опустились на колени, чтобы снять с него грязную обувь. Он взглянул на девочку с холодным отвращением и равнодушно приказал: — Отрубите ей руки.
Сидевшая на земле девочка опешила, тут же забыв о рыданиях. Свирепый охранник мгновенно вынул из ножен меч. Взвизгнула сталь. В небо брызнули капли крови. Две маленькие бледные ручки упали на камни двора. Пронзительный, нечеловеческий крик разорвал небеса.
Чу Цяо, мгновение назад подбежавшая к воротам, застыла, словно каменная статуя. Она стояла, широко раскрыв глаза, не в силах пошевелиться.
— Четвертый молодой господин, мальчик не дышит. Юйвэнь Юэ бросил на крохотное тело Линь Си безмятежный взгляд и, потирая виски длинными пальцами, безразлично приказал: — Бросьте в озеро на заднем склоне, на корм рыбам. — Да.
Мужчины снова подняли кресло. Когда они проходили мимо, все слуги во дворе поспешно опускались на колени, не смея поднять головы. — Стойте, — вдруг тихо произнес Юйвэнь Юэ, когда они поравнялись с воротами. Он слегка повернулся и посмотрел на Чу Цяо, которая в упор, не отрываясь, смотрела на него. Нахмурившись, он спросил: — Из какого ты двора, рабыня? Почему не преклонила колени?
Глубоко вдохнув, Чу Цяо закусила губу, подавляя ужас и ярость, затопившие ее сердце. Она рухнула на колени, опустила взгляд и, широко раскрыв глаза, заговорила испуганным детским голоском: — Юэр — слуга заднего двора. Пожалуйста, простите, Четвертый молодой господин! Юэр неопытна… Юэр впервые увидела Молодого господина… Юэр подумала, что видит небожителя!
Юйвэнь Юэ усмехнулся, разглядывая это прелестное, словно вырезанное из нефрита, дитя. — Какая умная девочка. Сколько тебе лет? — Отвечаю Четвертому молодому господину, Юэр семь лет, фамилия Цзин. — Вот как, — промолвил Юйвэнь Юэ. — Ты последуешь за мной. Но тебе придется сменить имя. Тебя будут звать… Синъэр. (1)
Чу Цяо поклонилась до земли. — Синъэр благодарит Четвертого молодого господина за оказанную милость! Юйвэнь Юэ слегка улыбнулся. Слуги снова подняли его кресло и, свернув в галерею, исчезли из виду.
Суета тут же прошла. Не произошло ничего заслуживающего внимания — просто умер раб низшего ранга. Слуги резиденции Юйвэнь давно к этому привыкли, и через пару минут толпа рассосалась. Несколько человек подняли маленькое тело Линь Си, завернули его в мешковину и поволокли к озеру.
Ребенок был очень маленьким, все его тело превратилось в кровавое месиво. Кровь просачивалась сквозь ткань и растекалась по кирпичному полу, оставляя за собой длинный алый след.
Чу Цяо все еще стояла на коленях. Ее била дрожь. Вгрызаясь зубами в нижнюю губу и до боли сжимая кулачки, она ошарашенно смотрела на медленно исчезающий холщовый мешок. Глядя на грязный кровавый след на земле, она почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы, а руки в бессилии опускаются на камни.
«Юэр, не бойся, Пятый брат здесь».
«…Я столько съел, что сейчас лопну…»
«…Я сделаю все, чтобы, когда мы вырастем, у нас было много вкусной еды… и никто никогда не посмеет тебя обидеть. Юэр, ты веришь Пятому брату?»
«Пятый брат защитит тебя…»
Скорбь и ненависть, словно бушующее море, вздымались в ее сердце. Но она знала: ей нельзя плакать. Сейчас она не может позволить себе ни капли гнева.
Она вытерла слезы тыльной стороной ладони и поспешно поднялась. Сяо Ци, находясь в болевом шоке, по-прежнему сидела во дворе. Кровь хлестала из ее обрубленных запястий, но никому до этого не было дела. Чу Цяо без промедления оторвала полосу от своей одежды, перетянула ей запястья, чтобы остановить кровь, после чего взвалила ее на спину и, стиснув зубы, направилась к выходу.
Как только она миновала ворота, холодный голос остановил ее: — Стой! Кто позволил тебе ее уносить?
Чу Цяо подняла голову. Это был Чжу Шунь. Она слегка нахмурилась и невозмутимо ответила: — Четвертый молодой господин не говорил, что собирается ее убивать. — Но Господин также не говорил, что намерен ее отпустить! — сказал Чжу Шунь, безразлично глядя на Чу Цяо. Сцена в тот день на улице необъяснимо преследовала его. То, как эта девочка спокойно спросила его имя, заставляло его нервничать. Он понимал, что смешно бояться малолетнего раба, но внутренний голос подсказывал: нужно избавиться от этого ребенка как можно быстрее. — Глупо строить догадки о намерениях Господина! Эй, кто-нибудь! Арестуйте этих двух заносчивых рабов!
Двое слуг шагнули к Чу Цяо, но она ловко увернулась. Сяо Ци за ее спиной глухо застонала. — Как вы смеете! Я теперь одна из людей Четвертого молодого господина! Жить надоело? Чжу Шунь холодно усмехнулся: — Еще перьями не обросла! Завтра утром Четвертый молодой господин даже не вспомнит о тебе, а ты смеешь мне угрожать? Уведите их!
Взгляд Чу Цяо стал жестким. С Сяо Ци за спиной, она, нахмурившись, начала мягко отступать, словно леопард, готовый к прыжку. Но тут за спиной Чжу Шуня раздался чистый, юный голос: — Управляющий Чжу, разве ты не сообщил вану Хуайю о моем визите? Или наследник ванфу (2) для тебя не важен? Думаю, ты слишком ленив.
Чжу Шунь в шоке обернулся и поспешно поклонился: — Ван Янь! Эти слуги не слушают наставлений, уж не взыщите… — Что для тебя важнее: поучать слуг или наследник ванфу? Чжу Шунь, ты слишком осмелел. Услышав это, Чжу Шунь побледнел и тут же пал на колени, ударившись лбом о землю: — Слуга не смеет! Слуга осознает свою ошибку! — А раз понял, так почему ты все еще здесь?
Чжу Шунь вскочил и, словно ошпаренный, умчался в сторону кабинета Юйвэнь Хуайя. Другие слуги поспешно отступили. Элегантно одетый юноша кивнул и медленно обернулся. Он окинул двор своими темными, словно чернила, глазами. Увидев Чу Цяо, он слегка прищурился, будто что-то вспомнив, и подошел к ней. Чу Цяо молча отступила на шаг.
Заметив это, Янь Сюнь остановился. Подумав, он вытащил из рукава маленькую белую фарфоровую бутылочку с изящным узором в виде орхидеи и кивком показал ей взять ее. Чу Цяо смерила его холодным взглядом. Сцена на охотничьих угодьях снова проплыла у нее перед глазами. Она не сдвинулась с места.
Янь Сюнь на мгновение удивился, но тут же едва заметно улыбнулся. Он наклонился и поставил бутылочку на землю. Затем повернулся и вместе с сопровождением прошел в приемную.
— А-а… — за спиной Чу Цяо раздался слабый стон. Сяо Ци рассеянно посмотрела на нее, ее голос был слабым, точно жужжание мухи: — Старшая сестра Юэр… Сяо Ци… я умру?
Чу Цяо подобрала бутылочку и крепко сжала ее в руке. Ее крохотное тело было напряжено. Она мрачно смотрела на Главный дом. Затем она медленно, но твердо сказала: — Сяо Ци, старшая сестра с тобой. Ты поправишься. Ты будешь здорова.
Синъэр (星儿): Это имя означает «Звездочка» или «Маленькая звезда». Юйвэнь Юэ дает ей это имя. Ванфу (王府): Резиденция вана (в данном случае, «княжеский дом» или «дворец вана»). Янь Сюнь, как наследник ванфу, имеет высокий статус.
Добавить комментарий