Во второй день весенней охоты выдающегося представителя молодого поколения семьи Му, Му Хэ Цзифэна, нашли мертвым в лесу около горы Си Бай. Тигры уже обглодали его тело. Его голова была оторвана, его грудь разорвана. Часть тела исчезла, и если бы мать Му Хэ Цзифэна не присутствовала при обнаружении, никто бы не смог признать, что кровавые останки принадлежат старшему наследнику семьи Му.
Атмосферу праздника, которая царила до этого на охоте, словно сковал лед.
Для того, чтобы осмелиться напасть на Му Хэ Цзифэна, надо было собрать тридцать солдат, и они только могли попытаться приблизиться к нему. Тигр не смог бы его убить. Кроме того, на месте происшествия не было признаков жестокой битвы; его меч даже не покинул ножен.
Под тяжестью подозрений отец и брат Му Хэ немедленно отправились во Дворец и попросили суд Шан Лу расследовать это дело. Клан Му сейчас обладал наибольшей властью. Единственными, кто мог противостоять семье Му, была семья Вэй, которая сейчас была в опале. Таким образом, у клана Му, имевшего императрицу и трех наложниц в гареме, была наибольшая власть, и их просьба была услышана. Правительственные чиновники обыскали весь лес и опросили всех людей. Императорская семья выразила сочувствие, пообещав содействие, и Весеннюю охоту пришлось прервать.
Наступила ночь. В шатре Янь Сюня поднялся тяжелый полог. Порыв холодного воздуха ворвался внутрь. Человек в белом халате, сидящий за столом и читающий донесение, поднял голову. — Янь Шицзы, барышня не с вами? — А Цзин оглядел шатер.
Когда он собирался выйти, Янь Сюнь спросил: — Что случилось?
— Его Тринадцатое Высочество приказал своим слугам передать одну вещь для барышни.
Янь Сюнь внезапно нахмурился: — О, тогда принесите это сюда и поставьте на стол.
— Хорошо, — ответил А Цзин и вышел.
Его взгляд мрачнел с каждой минутой ожидания, но он оставался на месте. Наконец, пакет принесли. Он был громоздким и сделан из фиолетового шелка. Янь Сюнь небрежно осмотрел его и вернулся к своим бумагам. В шатре было тихо, но он был слишком раздражен, чтобы продолжить чтение. Он встал, подошел к чайному шкафу и налил себе чашку чая. Чай назывался «Красная барышня». Ходили слухи, что очаровательные девственницы использовали кончики своих языков, чтобы выбрать чайные листья.
Янь Сюнь вернулся к своему столу. Его взгляд был отстраненно спокойным, но, когда он сел, его рука внезапно дрогнула. Чашка наклонилась, проливая чай на парчовую упаковку подарка Тринадцатого вана. Янь Сюнь спокойно наблюдал, как чай просачивается в пакет. Спустя пару минут, он пробормотал: — Я намочил такой изысканный подарок Тринадцатого вана. Я должен открыть его, чтобы привести в порядок.
Посреди ночи Чу Цяо наконец вернулась в лагерь. Войдя в шатер Янь Сюня, она спросила: — Янь Сюнь, ты искал меня?
— О! — Янь Сюнь встал. — Ты поздно вернулась, на улице должно быть холодно.
— Все в порядке, — Чу Цяо подошла к жаровне и сняла меховые рукавицы. — Зачем ты искал меня?
— Нет ничего важного. Пришло донесение, что должен прийти Юй Хэтянь. Он будет пытаться выяснить, куда я вчера ездил.
Чу Цяо холодно улыбнулась: — Они теперь, как муравьи на горячем горшке. Юй Хэтянь служил много лет на севере. Сейчас, видя, что Юань Че может оказаться в беде, он, естественно, попытается помочь. Несложно догадаться, что Юань Че не просил его приезжать. Он слишком горд.
Янь Сюнь кивнул: — Когда Юй Хэтянь был в Северном Синьцзяне, он служил на границе и общался с моим отцом и моими братьями.
— Юй Хэтянь — мелкий мерзавец. В тот день он был тем, кто предоставил императорским войскам карту местности, предав Янбэй. Сегодня он хочет приехать сюда в надежде собрать полезную информацию. Если вы не хотите больше беспокоиться о нем, позвольте мне разобраться.
— Да, я не хочу снова его видеть. — Свечи вспыхнули. Чу Цяо приблизилась к жаровне.
— Это легко, — спокойно сказала она. — Нам просто нужно найти подходящую возможность сообщить Юань Че, что Юй Хэтянь придет сегодня вечером в наш лагерь. С его гордостью и подозрительностью, Юань Че решит сам все разузнать.
— Хорошо, — кивнул Янь Сюнь. — Ты сможешь все это спланировать?
— О да, Янь Сюнь, ты искал меня по поводу этого вопроса?
— Нет. — Янь Сюнь встал и достал короб из белого нефрита. — Вчера Цзи Вэнь прислал для меня верхнюю одежду, но я думаю, что он неправильно подобрал шубу, она для женщины. Посмотри, возможно, она подойдет тебе.
Чу Цяо взяла короб. — Цзи Вэнь все время делает вам подарки, как он мог совершить такую странную ошибку?
Когда она открыла ящик, ее глаза расширились. Внутри лежала роскошная шуба из цельных шкур белой лисы. Мех был чисто белым, а отвороты шубы были ярко-белыми, ослепительными, как жемчуг. С одного взгляда можно было сказать, что это была бесценная вещь.
— На этот раз Цзи Вэнь потратил довольно много времени при выборе, — сказала Чу Цяо.
Янь Сюнь повернулся и пошел к своему столу, не отвечая. — Спасибо. Если все решено, тогда я ухожу.
— Подожди еще немного, — Янь Сюнь передал ей пакет из фиолетового шелка. — Я почти забыл, Юань Сун прислал своих людей, чтобы передать тебе этот пакет.
Чу Цяо взяла сверток. Когда она уже собиралась уйти, Янь Сюнь спросил: — Разве ты не откроешь его, чтобы посмотреть, что внутри?
— Это шуба с Севера. Тринадцатый ван сказал мне об этом вчера. Я не ожидала, что он пришлет ее прямо сюда. — О, — Янь Сюнь кивнул. — У моего отца были глубокие и дружеские отношения с людьми Севера. Эта шуба может вызвать подозрение, тебе не следует ее надевать.
Добавить комментарий