Чу Лань злился на племянницу за то, что она навлекла беду, но, по правде говоря, он вовсе не хотел отдавать её властям.
И дело было не в жалости к Чу Чжао. Просто семья — это единый организм, как губы и зубы. Если дочь из семьи Чу окажется в тюрьме, пятно позора ляжет на всех остальных детей клана.
Он планировал перехватить её и отвезти прямиком в дом Лян, чтобы уладить дело частным образом, без вмешательства официальных лиц.
И тут этот Дэн И смеет перечить ему? Он вообще понимает, какую должность занимает и с кем говорит?
Чу Лань, разумеется, воспротивился, прикрываясь именем Лянов:
— Это воля господина Ляна, министра судебных дел. Он ждет её.
Но Дэн И даже бровью не повел:
— Министр Лян подал официальную жалобу, и Палата уголовных дел поручила мне арестовать её. Если министр Лян желает видеть обвиняемую, ему придется посетить Палату уголовных дел.
— Господин Дэн, не стоит… — Чу Лань шагнул вперед, пытаясь преградить путь.
Но стоило ему сделать шаг, как лицо Дэн И, только что излучавшее вежливость, мгновенно потемнело. Его рука взметнулась, и кнут с резким свистом рассек воздух.
— Дерзость! Смеете мешать офицеру при исполнении?!
Чу Лань не ожидал такого выпада. Кнут просвистел буквально в дюйме от его носа, и поднятый ветром холодный воздух обжег лицо так, словно удар действительно достиг цели.
Какое унижение!
— Ты! Ты!.. — задыхаясь от гнева, Чу Лань указал на чиновника трясущимся пальцем.
Чу Кэ, напуганный не меньше отца, поспешил удержать его. Он своими глазами видел, как Дэн И расправлялся с местными чиновниками в пути: бил без предупреждения, не признавал авторитетов и не боялся даже самых влиятельных местных царьков.
Его позиция была предельно простой и наглой: «Либо убейте меня здесь и сейчас, либо не мешайте».
Никто не хотел рисковать жизнью из-за мелких дрязг, поэтому местные «змеи» глотали обиду, затаив злобу до лучших времен.
Тогда Чу Кэ с удовольствием наблюдал за этим со стороны, ведь Дэн И решал их проблемы. Но когда этот метод применили к его собственной семье, стало уже не до смеха.
— Отец, отец! — он схвил Чу Ланя за руки. — Не вступай с ним в конфликт! Господин Дэн всего лишь выполняет приказ, он не может ослушаться. Давай обсудим всё дома!
Чу Лань не был импульсивным человеком. Он не стал бросаться на Дэн И с кулаками, лишь гневно выкрикнул:
— Это возмутительно!
Дэн И больше не замахивался кнутом. Как только препятствие исчезло, он снова нацепил свою мягкую маску вежливости. По его команде отряд тронулся в путь, и повозка Чу Чжао, разумеется, последовала за ним.
В мгновение ока шумная процессия скрылась за поворотом, и улица опустела.
Чу Лань остался стоять в оцепенении. Он встал ни свет ни заря, проделал такой путь, а в итоге остался ни с чем.
Наследник вана Чжуншань уехал, оскорбленный выходкой племянницы.
Саму племянницу увел Дэн И.
— Этот Дэн И! — Чу Ланя трясло от бешенства. Он тыкал пальцем вслед уходящему отряду. — Какая наглость!
Чу Кэ с сочувствием кивнул:
— Он и впрямь очень дерзкий. Отец, ты не представляешь, как это было опасно!
Он принялся рассказывать о бесчинствах Дэн И в дороге.
Закончив рассказ, Чу Кэ с любопытством спросил:
— А что это за Дэн И вообще такой? Кто за ним стоит?
Чу Лань, выслушав сына, удивился, но затем холодно усмехнулся:
— Типичный выскочка, опьяненный маленькой властью.
Конечно, он навел справки об этом человеке. Неудавшийся ученый, который ради куска хлеба пошел в мелкие писари в провинции. Изворотливый и хитрый, он карабкался вверх по служебной лестнице и лишь в прошлом году сумел пробиться в столицу, в Министерство охраны.
— И чьи же пороги он обивал? — удивился Чу Кэ. Странно, что такой заурядный человек смог попасть в столичный аппарат.
Чу Лань презрительно фыркнул:
— Какие там пороги… Деньгами и взятками пробивал себе путь. Говорят, когда он только начинал, он заложил собственную зимнюю одежду, чтобы купить подарок нужному чиновнику, а сам набивал халат соломой, чтобы не замерзнуть насмерть. А в столицу он попал через заднюю дверь клана Ян.
Клан Ян — это семья покойной Императрицы. Хотя сама она давно умерла, её сын, второй принц, был назначен наследным принцем, так что позиции Янов были незыблемы.
Значит, у него есть покровитель.
Чу Кэ всё понял и с опаской посоветовал:
— Отец, тогда лучше не связываться с ним. Это опасно.
Но Чу Лань вдруг рассмеялся. В его смехе было не только высокомерие ученого мужа, но и злорадство:
— Этот Дэн И — бесстыдный мерзавец. Едва примкнув к клану Ян, он тут же переметнулся и вошел в двери клана Чжао!
После смерти Императрицы государь так и не назначил новую. Благородная супруга Чжао безраздельно властвовала в гареме, ведя себя как хозяйка. Её родня — клан Чжао — от дедов до внуков получила титулы и звания. Их втайне называли «новыми государевыми родичами», и их влияние порой затмевало даже клан Ян.
Этот покровитель был еще страшнее.
— Но если человек пытается опереться сразу на две горы, да еще и на такие несовместимые, как огонь и вода, конец у него один: его раздавят в лепешку, смешав с грязью.
Чу Кэ вытаращил глаза:
— Этот Дэн И… он дурак или сумасшедший?
Даже если ты подлец, у подлецов тоже должны быть свои правила!
Чу Лань презрительно усмехнулся:
— Именно поэтому он стал изгоем и здесь, и там. В Ведомстве охраны ему места нет.
Нынешний Министр охраны был близок к клану Ян. Разве мог он терпеть такого беспринципного перебежчика, который мечтает «обедать на востоке, а ночевать на западе»?
Вот почему Дэн И спихнули это неблагодарное и утомительное поручение.
И этот выскочка еще смеет размахивать кнутом, пользуясь куриным пером как указом императора!
— Я посмотрю, осмелится ли он поднять кнут на министра Ляна, — Чу Лань гневно взмахнул рукавом. — Уходим!
Чу Чжао было совершенно все равно, как сильно злится её дядя. В прошлой жизни семья дяди всегда была недовольна ею и отцом. Все свои неудачи они списывали на них двоих.
Если она не приносила им пользы, от них нельзя было дождаться доброго слова.
Но удовлетворить их было невозможно: чем больше им давали, тем больше они требовали, а потом жаловались еще громче.
Дэн И привез её в Ведомство охраны и действительно распорядился выделить ей камеру.
Увидев, что в темницу ведут молодую девушку, начальник тюрьмы опешил.
Конечно, в тюрьме Ведомства охраны бывали женщины, но обычно это были жены и дочери чиновников, осужденных за тяжкие преступления, чьи семьи подлежали конфискации или казни.
Чу Линь, конечно, проявил неуважение к императору, но государь не тронул ни его семью, ни его самого — должность генерала Вэй оставалась за ним уже много лет.
А его дочь сама просится в тюрьму? Это же чистое безумие и навлечение беды!
— Барышня Чу, вы сами об этом просили. Так что не вините меня, — сказал Дэн И.
Чу Чжао уже вышла из повозки:
— Как я могу винить господина? Вы выполнили мою просьбу, так что это я перед вами в долгу. К тому же я заставила вас взять на себя ответственность за меня.
Она с почтением поклонилась ему.
Дэн И усмехнулся. Притащить её в тюрьму действительно выходило за рамки его обязанностей, так что её благодарность была уместна.
Он взял с неё кучу денег в дороге, но то была плата за повозку. Та сделка была закрыта. Ему нравилось, что эта девочка не считала, будто одной взяткой купила его с потрохами на всю жизнь. Она была на удивление разумной и четко понимала границы. Он был доволен.
— Было очень приятно иметь с вами дело, барышня Чу, — кивнул он. — Надеюсь, еще увидимся.
«Что за чушь? — мысленно возмутился начальник тюрьмы. — Кто в здравом уме захочет «еще увидеться» с дознавателем из Ведомства охраны? Ничего хорошего от таких встреч не жди».
Он снова вытаращил глаза, но девочка, вместо того чтобы испугаться мрачных стен, улыбнулась в ответ:
— То, что в этом путешествии за мной присматривал господин Дэн — это величайшая удача в моих несчастьях.
Дэн И громко рассмеялся:
— Начальник! Ради этих слов барышни Чу подбери ей камеру получше. Запиши эту услугу на мой счет.
Тюремщик сплюнул:
— Кто захочет быть твоим должником? Иди уже, докладывай начальству, не болтай ерунды.
Дэн И больше не стал задерживаться и широким шагом удалился.
— Барышня Чу, не повезло вам нарваться на него, — покачал головой начальник тюрьмы, ведя её по коридору. — Помощник Дэн — человек тяжелый, с ним каши не сваришь.
Чу Чжао молча шла за ним. Ей было всё равно, хороший человек Дэн И или плохой. Она не собиралась с ним дружить.
Единственное, чего она хотела — не стать его врагом. Она будет ждать того дня, когда он, как и в прошлой жизни, вознесется к вершине власти. И тогда… тогда он со всей силы ударит по лицу Сяо Сюня. И на этот раз она не будет жалеть Сяо Сюня. Она будет стоять в стороне и аплодировать.
Добавить комментарий