— Ты хочешь сначала встретиться с моими родителями? — растерянно перепищала Юнь Ли.
Вспоминая характер Юнь Юнчана, она не сомневалась, что тот найдет в Фу Шицзэ тысячи изъянов и будет придираться к каждой мелочи. И даже если отец будет делать это из лучших побуждений, Юнь Ли знала — ей будет невыносимо это видеть. В её глазах Фу Шицзэ был безупречен, и она не могла позволить кому-либо его критиковать.
Юнь Ли заколебалась:
— Может, стоит подождать со знакомством? Мои родители довольно консервативны, они могут сразу начать давить по поводу свадьбы. — Она прикусила губу. — К тому же, они считают, что если девушка слишком долго встречается с парнем без обязательств, то она «проигрывает».
Фу Шицзэ не стал спорить, лишь послушно кивнул. Казалось, прогресс в их отношениях внезапно застопорился перед преградой в виде родителей, и Юнь Ли почувствовала укол разочарования.
Заметив смену её настроения, Фу Шицзэ небрежно бросил:
— Вообще-то, у меня тоже довольно консервативные взгляды.
— …
— И я, возможно, тоже с самого начала захочу «поторопить» со свадьбой, — он продолжал писать статью, даже не глядя на неё, но в голосе слышалась ирония. — Надеюсь, ты не против.
Услышав это, Юнь Ли невольно рассмеялась:
— Ну, попробуй, поторопи.
Фу Шицзэ усмехнулся и переспросил:
— А ты согласишься?
Видя, что он всё еще поглощен работой, Юнь Ли пристально посмотрела на него пару секунд и, нарочно приняв чопорный вид, ответила:
— Не соглашусь.
Ожидаемый ответ. Но Фу Шицзэ всё же оторвался от ноутбука. Он встретился с ней взглядом и, помолчав пару секунд, задумчиво произнес:
— Значит, у тебя тоже консервативные взгляды?
— Угу.
— Тогда ты начни торопить со свадьбой, — Фу Шицзэ откинулся на спинку эргономичного кресла, слегка подавшись назад. Его взгляд был прикован к её лицу. Он мягко улыбнулся: — А я соглашусь.
Вечером, когда Фу Шицзэ довез Юнь Ли до дома, она не спешила уходить. Потакая её желанию, он взял её за руку, и они пошли бродить по территории жилого комплекса.
Вспомнив про день рождения Чэнь Цзиньпин, он опустил глаза на Юнь Ли и тихо сказал:
— Я хочу восполнить два твоих дня рождения.
За последние два года он пропустил оба её праздника.
— Загадай два желания.
Юнь Ли сначала опешила, но послушно закрыла глаза. Сложив ладони лодочкой у подбородка, она серьезно произнесла:
— Я хочу, чтобы в следующем году А-Цзэ снова праздновал мой день рождения со мной.
— … — Фу Шицзэ улыбнулся. — Ты зря потратила желание. Я и так буду рядом.
— Тогда я изменю желание: я хочу, чтобы каждый год А-Цзэ праздновал мой день рождения со мной.
Она с надеждой посмотрела на него. Фу Шицзэ ответил на её взгляд и нежно произнес:
— Я и так всегда буду рядом. А второе?
Юнь Ли повторила тот же жест и честно призналась:
— Хочу, чтобы каждый год А-Цзэ праздновал мой день рождения со мной.
— … — Фу Шицзэ тихо рассмеялся. — В этих двух желаниях даже слова одинаковые.
Юнь Ли открыла глаза и обхватила его за талию:
— Просто я очень хочу, чтобы оно сбылось.
Поэтому неважно, сколько раз загадывать одно и то же. Главное, чтобы это исполнилось, а остальное не имеет значения.
Фу Шицзэ не успел ничего ответить — тишину двора внезапно разорвал громоподобный голос:
— Юнь Ли!
Девушка буквально окаменела. Обычно в это время Юнь Юнчан никогда не выходил на улицу, именно поэтому она осмелилась гулять с Фу Шицзэ возле дома.
Юнь Юнчан вышел из тени деревьев. Увидев лицо Фу Шицзэ, он помрачнел. Не удостоив парня даже взглядом, он сразу обратился к дочери:
— Значит, ты мне наврала про расставание? Еще и Юнь Е подговорила врать мне, что он его ассистент?
При второй встрече отношение отца к Фу Шицзэ было таким же враждебным. Юнь Ли вскинула голову; гнев закипел в ней, и она уже готова была дерзко ответить. Но Фу Шицзэ слегка сжал её плечо, успокаивая. Он вежливо и спокойно произнес:
— Здравствуйте, дядя. После возвращения в университет я действительно стал ассистентом на нескольких курсах.
Услышав этот ответ, Юнь Юнчан уловил скрытый смысл слов. Его пыл немного поостыл, но он не забыл про историю с академическим отпуском:
— Так ты вернулся к учебе?
Фу Шицзэ спокойно кивнул.
— Когда планируешь выпускаться?
— В следующем году, вместе с Ли-Ли.
— Работу уже нашел?
— Пока окончательно не определился, но, скорее всего, выберу путь преподавателя в нашем университете Сико.
— Хм… и почему ты вдруг решил вернуться? — Юнь Юнчан не собирался ослаблять хватку, даже услышав об успехах парня; он всё еще хотел докопаться до сути.
Фу Шицзэ мельком взглянул на Юнь Ли.
— Хочу нести ответственность за Ли-Ли. Хочу дать ей лучшую жизнь, — честно признался он. — Я знаю, что в прошлый раз произвел на вас плохое впечатление. Изначально я планировал пригласить вас уже на церемонию вручения дипломов, когда получу докторскую степень.
Фу Шицзэ держался уверенно, но искренне; его манеры были мягкими, а взгляд — ясным. Гнев Юнь Юнчана почти испарился, но он всё еще сохранял суровый вид главы семейства:
— Моя дочь — замечательная девушка. Ты обязан так поступать. Мужчина должен нести ответственность за свою семью, — он замолчал на секунду. — Впрочем, не обязательно ждать выпускного.
Юнь Ли: — …
— Если вы не возражаете, я хотел бы нанести вам официальный визит через пару дней, — предложил Фу Шицзэ.
— О, ты ведь всё еще в общежитии живешь? — буркнул Юнь Юнчан. — Приходи в пятницу. Пусть Ли-Ли заберет тебя, а заодно и Юнь Е привезет домой. Поужинаем все вместе.
Юнь Ли: — …
Не тратя больше времени на разговоры, Юнь Юнчан повел дочь домой. Как только они вошли в квартиру, Юнь Ли больше не могла сдерживаться:
— Папа! Неужели ты не можешь вести себя вежливее?!
Увидев, что дочь настроена на ссору, Юнь Юнчан повысил голос:
— И в чем же я был невежлив?
Опешив от его напора, Юнь Ли выпалила:
— С тем же Инь Юйчэном ты был сама любезность! Ты что, серьезно хочешь, чтобы я всю жизнь провела с кем-то, кого не люблю?!
Отец промолчал. Юнь Ли сбросила туфли, прошла на кухню и залпом выпила стакан холодной воды, пытаясь успокоиться.
Ян Фан, услышав перепалку, поспешила на кухню. Юнь Юнчан на этот раз не стал продолжать спор. С каменным лицом он вошел следом за дочерью и бросил:
— Налей мне воды.
— Сами налейте! — упрямо ответила Юнь Ли.
Видя, что дочь уперлась как бык, Юнь Юнчан лишь вздохнул — возраст давал о себе знать. Он сам налил себе воды и тихо спросил:
— Почему он брал академический отпуск?
Юнь Ли не хотелось ворошить это прошлое, и она промолчала. Юнь Юнчан сверкнул глазами:
— Ты хочешь, чтобы я спросил его об этом лично, когда он придет?
— …
Юнь Ли начала говорить очень быстро:
— У него был лучший друг, они с детства росли вместе. Друг заболел. А-Цзэ каждый день следил, чтобы тот пил таблетки, но друг их тайно выплевывал. Потом случился приступ, и тот человек спрыгнул с крыши. Прямо в университете. А-Цзэ долго винил себя за то, что не проверил, проглотил ли он лекарство. Из-за этого ему было невыносимо возвращаться в университет, у него была травма.
Когда она закончила, наступила тишина. Ян Фан тяжело вздохнула:
— Бедные дети…
Казалось, родители наконец-то всё поняли. Настроение Юнь Ли мгновенно улучшилось. Она пристально смотрела на отца; «ледяная маска» на его лице начала подтаивать.
— И как он в итоге вернулся? То, что он сказал сегодня… это правда? — спросил он.
— Да! Он почувствовал, что ты против нашего союза, и решил, что должен доказать тебе — он может обеспечить твою дочь, — Юнь Ли за эти годы научилась быть убедительной. — Папа, ты ведь справедливый человек. Ты же видишь, что он ни в чем не виноват, верно?
Она зашла с козырей:
— Просто представь, если бы с Юнь Е что-то случилось по моей вине… — Заметив грозный взгляд отца, она осеклась. — У меня ведь только один брат. Я бы, наверное, лет десять в себя прийти не могла.
— Что ж… значит, он человек верный и глубоко чувствующий, — не вдаваясь в лишние похвалы, Юнь Юнчан вышел из кухни.
Следующие два дня Юнь Юнчан вообще не спрашивал её о Фу Шицзэ. Зато Ян Фань несколько раз уточняла, что он любит поесть, и в пятницу с самого утра отправилась на рынок за самыми свежими продуктами.
Оба родителя вернулись домой уже к обеду и принялись до блеска вычищать квартиру.
Когда Юнь Ли забирала Фу Шицзэ из университета Сико, она на мгновение лишилась дара речи. Он выглядел невероятно официально: безупречная белая рубашка, классические брюки и кожаные туфли. В руках он нес солидные наборы: элитный алкоголь, сигареты и дорогой чай — всё парно, как и полагается по этикету.
Юнь Ли-то думала, что это будет просто обычный ужин.
— Почему ты подготовил так много всего? — только и смогла выдавить она.
— Ли-Ли, подарок твоей маме очень ей понравился, и она просила передать тебе благодарность, — ответил Фу Шицзэ. Он по привычке наклонился и поцеловал Юнь Ли. — Ты так старалась ради моей семьи, я просто не имею права отставать.
Юнь Е почувствовал, как его психика снова получила критический удар.
— Не целуйтесь, — напомнила Юнь Ли, — Юнь Е сзади сидит.
Юнь Е: — …
Только сейчас Фу Шицзэ заметил присутствие брата. С совершенно невозмутимым видом он протянул ему пакет:
— Держи, брат. Положи пока.
Юнь Е взял пакет и небрежно бросил на заднее сиденье. Фу Шицзэ мельком глянул на него:
— Тот синий пакет — это тебе.
Поникший было Юнь Е мгновенно оживился, его глаза азартно блеснули:
— А можно прямо сейчас открыть?
— Юнь Е, имей хоть каплю достоинства! — приструнила его сестра.
— Да зачем мне, взрослому мужику, это достоинство? — отмахнулся он.
С этими словами он ловко распотрошил коробку и, увидев содержимое, радостно вскрикнул.
Как раз загорелся красный свет, и Юнь Ли встретилась взглядом с Фу Шицзэ. Она с улыбкой спросила:
— А мне подарок будет?
Фу Шицзэ кивнул и легонько оттолкнул её протянутую ладонь:
— Будет. Но не сейчас.
— …
Юнь Ли не понимала, к чему такая таинственность, и с улыбкой уточнила:
— И когда же?
Фу Шицзэ не ответил прямо.
— Когда придет время.
Среди подарков, которые привез Фу Шицзэ, была часть и от его родителей для Юнь Юнчана и Ян Фань. Внутри лежало письмо, в котором Фу Дуншэн и Чэнь Цзиньпин объясняли, что сейчас находятся в командировке и не могут нанести визит лично, прося за это прощения.
Такая безупречная вежливость со стороны семьи Фу привела к тому, что Юнь Юнчан за весь вечер не сказал ни одного резкого слова. Но, как Юнь Ли и опасалась, отец начал подливать Фу Шицзэ одну стопку за другой.
Она пыталась вмешаться, но Юнь Юнчан уже вошел в раж и полностью её игнорировал. Юнь Е, сидевший рядом, дергал сестру за край одежды, шепча, чтобы она сидела смирно и ела.
Он прислал ей сообщение:
Юнь Е: Дай папе и зятю один раз нормально выпить. У отца такой характер, это нужно.
Юнь Ли: У твоего зятя желудок слабый!
Юнь Е: Ладно, ладно… Пойду попробую перехватить пару стопок за него.
Весь процесс шел куда глаже, чем Юнь Ли себе представляла. Юнь Юнчан хлопал Фу Шицзэ по плечу, без конца расхваливая таланты дочери и наставляя его, что он должен беречь её.
Юнь Ли весь вечер просидела как на иголках. Юнь Е, чья выносливость к алкоголю оставляла желать лучшего, после нескольких стопок «за брата» благополучно отправился спать.
Когда застолье подошло к концу, Юнь Юнчан сел за кофейный столик и проникновенно произнес:
— Наша Ли-Ли уже не маленькая. Ты вот-вот окончишь университет… какие у тебя планы на будущее?
Для Юнь Ли это прозвучало так, будто отец прямым текстом спросил: «Когда свадьба?». Она взглянула на Фу Шицзэ: его уже заметно пошатывало, но он из последних сил старался сидеть прямо, а его шея сильно покраснела.
Юнь Юнчан чеканил каждое слово:
— У нашего поколения взгляды отличаются от ваших. Любовь — это не шутки. Мы, родители, относимся к браку своих детей куда серьезнее, чем вы сами.
— Пап! — укоризненно воскликнула Юнь Ли.
Отец проигнорировал её и продолжил, обращаясь только к Фу Шицзэ:
— Шицзэ, дочь у меня упрямая, я не всегда могу с ней совладать. Но ты, как мужчина, должен серьезно обдумать ваше совместное будущее.
Юнь Ли больше всего на свете не любила, когда отец пытался решать всё за неё. И ещё больше её бесила его позиция, что женщина во всем должна зависеть от мужчины, и именно мужчина обязан нести всё бремя ответственности.
Она уже открыла рот, чтобы возразить, как вдруг Фу Шицзэ накрыл её руку своей. Словно прочитав её мысли, он успокаивающе сжал её ладонь. Из-за выпитого его речь стала медленнее, чем обычно, но каждое слово звучало предельно четко:
— Мы с Ли-Ли… вместе будем обдумывать наше будущее и вместе нести за него ответственность.
Любовь двоих не должна определяться кем-то третьим. И она не должна быть бременем, которое один тащит в одиночку. Это путь, который они пройдут вдвоем.
Спустившись вниз, Юнь Ли всё еще прокручивала в голове слова Фу Шицзэ. В своей семье она до глубины души ненавидела то, как отец принижал её способности и стремился контролировать каждый её шаг.
Перед приходом она боялась, что Фу Шицзэ, желая угодить Юнь Юнчану, во всем пойдет ему навстречу — согласится с тем, что он, как мужчина, должен единолично планировать их будущее и принимать решения. Она терпеть не могла подобные убеждения.
Юнь Ли всегда была самостоятельной. Как бы Юнь Юнчан ни критиковал её за замкнутость и неумение общаться, она многого добилась сама. С первого курса она отказалась от денег на жизнь и учебу, в одиночку отправилась учиться в Наньу, а затем и в Великобританию. В итоге она нашла достойную работу и встретила парня, которого полюбила всем сердцем. Она не хотела, чтобы кто-то другой решал её судьбу.
И слова Фу Шицзэ подтвердили: он не видит в ней лишь приложение к себе. Для него она — незаменимая вторая половина их союза.
Юнь Ли прижалась к его руке. Его походка была более шаткой, чем обычно. Она приподнялась на цыпочки и нежно коснулась губами его щеки.
Фу Шицзэ улыбнулся: — Что такое?
— Просто поцелуй, — Юнь Ли быстро зашагала перед ним, заглядывая в глаза. За его спиной как раз показался тонкий серп луны.
— А ты что думаешь? — его горячее дыхание коснулось её шеи. — Когда мы определимся с нашим будущим?
— Сначала ты скажи, а я послушаю твоё мнение, — Юнь Ли рассмеялась и оттолкнула его подбородок, потому что его дыхание щекотало кожу.
Она приложила немало силы, и Фу Шицзэ, потирая место, куда она нажала, тихо рассмеялся:
— После выпуска?
До выпуска оставалось совсем немного времени. Юнь Ли нахмурилась, решив, что он говорит это под давлением её отца:
— Тебе не нужно обращать внимание на то, что папа сегодня наговорил. Мои родители всегда твердили, что нужно повстречаться года два-три. Мне кажется, это вполне подходящий срок.
Но Фу Шицзэ был непоколебим: — После выпуска уже можно всё решить.
В его глазах плескалась хмельная дымка, но взгляд при этом оставался ясным и серьезным.
Юнь Ли посмотрела на него и внезапно занервничала. Если подумать, до выпуска осталось меньше полугода. Она осторожно спросила:
— А что значит «решить всё»?
— Если считаешь, что это слишком быстро, мы можем сначала обручиться, — предложил Фу Шицзэ.
Юнь Ли, не меняясь в лице, уточнила: — И сколько обычно времени проходит между помолвкой и свадьбой?
Он на секунду задумался и, как показалось Юнь Ли, просто выдумал ответ на ходу:
— Не знаю… Может, месяц или два?
— …
Более того, он с невозмутимым видом добавил: — Если хочешь, можно и через день-два.
«И какая тогда разница между этим и свадьбой?!» — пронеслось в голове Юнь Ли.
— Я просто боюсь, что если мы будем тянуть, ты решишь, что я не хочу нести ответственность, — Фу Шицзэ вспомнил её старую отговорку, притянул её за шею к себе и заключил в объятия.
Юнь Ли казалось, что ей не хватает воздуха. Она слышала его учащенное сердцебиение, которое билось в такт с её собственным. Несмотря на то, что они были вместе совсем недолго, она упрямо заявила:
— Нет, мне нужно подумать.
— Ну, подумай, — усмехнулся Фу Шицзэ.
Сказав это, он потерся подбородком о её левое ухо. Его низкий голос зазвучал где-то совсем рядом, растворяясь в вечернем воздухе. Но он говорил так тихо, да еще и в её левое ухо, которым она ничего не слышала…
Она не разобрала ни единого слова. А он продолжал что-то говорить, словно пытаясь её в чем-то убедить. Понимая, что он пьян в стельку, Юнь Ли терпеливо произнесла:
— Я не слышу, что ты говоришь.
Опьянение окончательно накрыло Фу Шицзэ. Спустя пару секунд он опустил взгляд на её левое ухо, о которое только что терся, и с видом внезапного озарения выдал: — Перепутал ухо.
Добавить комментарий