Покинув Императорский сад, они увидели, что люди Мо Цзинци уже ждут у выхода. Во дворце произошло такое грандиозное проишествие, так что просто разойтись по домам и лечь спать было невозможно. Хоть убийц, проникших во дворец, было немало, по сравнению с тысячной армией дворцовой стражи они были каплей в море. Весь этот хаос стал возможен лишь благодаря фактору внезапности. Но это ясно показало: охрана дворца далеко не так надежна, как принято считать. Неудивительно, что Теневые Стражи поместья Дина-вана втайне презирали императорских гвардейцев. В конце концов, за последние сто лет ни один убийца не смог проникнуть в поместье Дин-вана.
Напуганный до смерти Мо Цзинци, разумеется, не мог уснуть. Вместе с все еще дрожащими министрами он переместился в Зал Парящего Дракона, где обычно занимался государственными делами.
Едва Е Ли и Мо Сюяо подошли к дверям, как услышали изнутри яростный голос Императора, распекающего стражу за халатность. Е Ли приподняла бровь: она помнила, что нынешним командиром Императорской гвардии был Лэн Цинъюй — старший брат Лэн Хаоюя.
Войдя в зал, они действительно увидели молодого мужчину, внешне на треть похожего на Лэн Хаоюя. Он стоял на коленях, опустив голову, и молча слушал брань Императора.
Увидев вошедшую пару, Мо Цзинци наконец подавил желание продолжать ругань. Он с подозрением уставился на Е Ли и Мо Сюяо, которые вошли рука об руку: — Почему Ванфэй Дина-вана пришла вместе с Ваном?
Е Ли мягко улыбнулась: — Отвечаю Императору: Е Ли беспокоилась о безопасности своего мужа, поэтому взяла людей и отправилась его искать. В спешке я не успела доложить Вашему Величеству, прошу простить мою дерзость.
Мо Цзинци бросил на неё сложный, нечитаемый взгляд, а затем выдавил слабую улыбку: — Глубокая привязанность Дин-вана и Ванфэй это поистине красивая легенда Великой Чу. Беспокойство жены о муже дело естественное, как я могу винить за это?
Е Ли, словно с облегчением выдохнув, улыбнулась: — Благодарю Императора за понимание.
— Как моя принцесса Чжэньнин? — перевел взгляд на Мо Сюяо Император.
Мо Сюяо равнодушно кивнул: — Принцесса немного испугалась, но не ранена.
— Вот и славно, — улыбнулся Мо Цзинци. — Чжэньнин — моя любимая дочь. Если бы она пострадала, Мы и Любимая Супруга были бы безутешны.
Хотя он улыбался, Е Ли не заметила в этой улыбке ни капли искренней радости от того, что дочь спасена.
— Что Дин-ван думает о событиях этой ночи? — впился взглядом в Сюяо Император.
Мо Сюяо нахмурился, размышляя: — Этот подданный не знает. Однако… вряд ли целью был Император. Хотя большинство стражников защищали Императора, убийцы даже не пытались прорвать их строй. Да и если бы они перебили всех министров на башне, это лишь разозлило бы Императора, но не нанесло бы смертельного удара государству. Максимум — пришлось бы обновить состав чиновников при дворе.
— А вот… господин Лэн, — Мо Сюяо резко развернулся и направил острие атаки на стоящего на коленях Лэн Цинъюя. — Позвольте спросить, почему Императорская гвардия прибыла так поздно?
Лэн Цинъюй поднял голову, взглянул на Мо Сюяо и глухо ответил: — В тот момент убийцы разделились и атаковали несколько мест во дворце одновременно. Этот чиновник проявил халатность и попался на уловку «выманить тигра с горы». Прошу Императора наказать меня.
— «Проявил халатность»? — холодно усмехнулся Мо Сюяо. — Похоже, господин Лэн забыл, для чего существуют Императорские телохранители. Раз уж стало известно, что враг во дворце, неважно, есть ли убийцы на Башне или нет — разве первой задачей господина Лэна не было мчаться к Императору для защиты? Как мог командир гвардии позволить кучке убийц водить себя за нос?..
— «Выманить тигра с горы»? — ледяным тоном переспросил Мо Сюяо. — Этому Вану кажется, что пост командира Императорской гвардии пора передать кому-то другому.
И без того холодное лицо Лэн Цинъюя окаменело еще больше. Он понимал: Дин-ван прав. Сегодняшняя ночь — это его полный провал, и что бы Ван ни сказал, оправдаться ему нечем.
— Достаточно, — нахмурился Мо Цзинци. — Цинъюй действительно проявил халатность сегодня. Лишить его жалованья на полгода. И приведи в порядок дворцовую стражу. Если в следующий раз случится подобный промах, я не буду так снисходителен.
Слова Мо Цзинци означали, что Лэн Цинъюй фактически избежал наказания. Семья Лэн богата и влиятельна, отсутствие жалованья за полгода для них — капля в море. Наказали, считай, для галочки. Случись такое с кем другим, человек уже лишился бы головы или, как минимум, должности и титула. Но раз Император первым озвучил наказание, никто другой не посмел возразить. Услышав вердикт, Мо Сюяо лишь опустил голову и замолчал, не став спорить.
Видя, что Дин-ван смирился, Мо Цзинци удовлетворенно кивнул и спросил: — Может быть, Дин-ван возьмет на себя расследование сегодняшнего инцидента? Уверен, Ван сможет быстро дать Нам ответ.
Мо Сюяо нахмурился: — Прошу Императора простить этого подданного. Через месяц мне предстоит отправиться в Бэйжун. Кроме того, нужно уладить дела с принцем Бэйжуна и множество домашних хлопот. Боюсь, я просто не смогу разорваться.
Мо Цзинци на миг опешил, но настаивать не стал. Он кивнул: — Да, Мы не подумали об этом. Что ж, тогда Мы поручим расследование Канцлеру Лю Чэнсяну.
Мо Сюяо не возражал. Да и если бы возражал, Мо Цзинци всё равно не стал бы его слушать.
Покинув дворец и сев в повозку, Е Ли с любопытством посмотрела на Мо Сюяо: — Ты помогал Лэн Цинъюю?
Мо Сюяо с улыбкой посмотрел на нее, приподняв бровь: — Заметила?
Е Ли скривила губы: — Это было слишком очевидно. Любой бы понял, что в зале Мо Сюяо намеренно нападал на Лэн Цинъюя. Но в то же время, даже если бы Сюяо действительно ненавидел Лэна, не было нужды топить его именно в такой момент. Зная характер Мо Цзинци: того, кого Мо Сюяо хочет унизить, Император обязательно захочет защитить. Если бы не придирки Сюяо, даже при всем доверии к Лэн Цинъюю, Император вряд ли отделался бы штрафом в полгода жалованья.
— Я и не знала, что у тебя такие хорошие отношения с Лэн Цинъюем. Это ради Лэн Хаоюя?
Мо Сюяо покачал головой: — Лэн Хаоюю не нужно, чтобы я делал одолжения ради него. К тому же… он бы и для спасения умирающего нищего не стал бы просить меня помочь его старшему брату.
Е Ли нахмурилась, обдумывая это, а затем подняла на него взгляд: — Ты хочешь вбить клин между Мо Цзинци и семьей Лэн?
Мо Сюяо расслабленно откинулся на спинку сиденья и рассмеялся: — Моя жена такая умная. Это всего лишь маленький трюк. Позже Мо Цзинци наверняка разгадает его. Но… такой человек, как он, даже понимая умом, что это была уловка, всё равно не сможет избавиться от червячка сомнения. Он начнет подсознательно остерегаться Лэн Цинъюя. А когда зерно недоверия посеяно, в будущем нам будет гораздо проще подлить масла в огонь.
Е Ли поняла. Это подготовка почвы на будущее. Если Император и Дин-ван будут жить в мире, Лэн Цинъюй останется верным слугой трона. Но если дойдет до открытого конфликта, приближенные Императора станут целями для устранения или перевербовки.
Вспомнив, что через месяц с небольшим Мо Сюяо уезжает в дальний путь, Е Ли нахмурилась. Неизвестно почему, но на сердце у неё вдруг стало тревожно.
— Что с тобой, А-Ли? — заметив, как она нахмурила свои изящные брови, мягко спросил Мо Сюяо.
Е Ли подняла на него глаза: — Насчет поездки в Бэйжун… какие у тебя планы?
Мо Сюяо улыбнулся: — А-Ли, не беспокойся. Бэйжунцы не станут нападать на меня в открытую, с мечами и копьями. Конечно, без тайных козней не обойдется, но когда это поместье Дина-вана боялось кого-то?
— Всё же лучше быть осторожнее, — нахмурилась Е Ли.
Понимая, что она искренне волнуется за него, Мо Сюяо притянул её в объятия и мягко произнес: — Я понял. А-Ли, будь спокойна, я вернусь целым и невредимым.
Е Ли тяжело кивнула, неосознанно сжав пальцами его одежду на груди, даже не замечая этого жеста.
На следующее утро, пока Е Ли еще тренировалась на плацу, прибежал Управляющий Мо с докладом: принц Бэйжуна просит аудиенции.
Е Ли понимала, что сроки поджимают. Месяц с небольшим — это очень мало. Нужно не только выбрать подходящую кандидатку, но и обучить её дворцовому этикету и правилам, а это дело не одного дня. С момента основания Великой Чу принцесс за границу практически не выдавали. По-хорошему, подготовка к такому событию должна занимать около года. Но раз Мо Цзинци так внезапно согласился на этот брак, условия обеих сторон стали до смешного небрежными. И хотя никто всерьез не воспринимал этот «союз», формальности соблюсти было необходимо.
— Ван в поместье? — спросила Е Ли, ловким движением забрасывая меч в ножны, висящие в стороне.
— Господин Фэн-третий пришел рано утром, и Ван ушел вместе с ним, — ответил Управляющий Мо.
Е Ли кивнула: — Пригласи принца Елюй в главный зал. И еще, пусть туда принесут списки столичных благородных девиц, которые мы составили на днях.
— Ванфэй, однако, в ворота поместья Дина-вана не так-то просто войти! — раздался громкий смех Елюй Е еще до того, как управляющий успел ответить.
За арочными воротами стоял Елюй Е, прищурившись глядя на преградивших ему путь стражников. Внешне он был спокоен, но в душе досадовал, что не смог прорваться силой. Не зря говорят, что поместье Дина-вана — это место, где ломали зубы лучшие шпионы и убийцы. Охрана здесь была в десять раз строже, чем в императорском дворце. Видя холодные лица стражников, Елюй Е решил не лезть на рожон. Если эти люди не захотят пропустить, прорваться сквозь их строй за короткое время он не сможет. К тому же… злить красавицу было бы себе дороже.
— Оставьте нас, — тихо приказала Е Ли, появляясь за спинами стражников вместе с Управляющим Мо.
Стражники бесшумно отступили. Елюй Е с интересом посмотрел на хозяйку дома. В отличие от прошлых встреч, сегодня на Е Ли был простой белый тренировочный костюм с изумрудно-зеленым поясом. Волосы были небрежно заколоты, без единого украшения. На лице ни грамма пудры или румян, но это лишь подчеркивало её живописные черты и необыкновенную ауру.
Елюй Е улыбнулся: — Не помешал ли я Ванфэй?
Е Ли посмотрела на него с легкой усмешкой: — Если Принц действительно боялся помешать, зачем же пытался ворваться силой?
Елюй Е развел руками с самым невинным видом: — Я просто хотел полюбоваться красотами поместья Дина-вана. Кто же знал, что здесь такие строгие порядки.
Е Ли сочла ниже своего достоинства опровергать эту ложь. Она лишь вежливо улыбнулась: — Принц, прошу вас пройти в передний зал выпить чаю. А я пока покину вас, чтобы переодеться.
— Постойте, — шагнул вперед Елюй Е.
Управляющий Мо тут же оказался между ним и Е Ли, загораживая хозяйку.
— Принц, прошу, ведите себя достойно, — с вежливой улыбкой произнес старик.
Елюй Е рассмеялся: — Ванфэй только что тренировалась? Мне крайне интересны боевые искусства Срединной равнины. Не окажет ли Ванфэй мне честь обменяться парой ударов в дружеском поединке?
Управляющий Мо невозмутимо ответил: — В поместье Дина-вана полно мастеров, «как облаков в небе». Если Принц желает размяться, этот слуга может подобрать вам достойных спарринг-партнеров. Да даже этот старик готов составить Принцу компанию для небольшого развлечения.
Елюй Е с улыбкой посмотрел на Е Ли: — Этот Принц знает, что в поместье Дина-вана мастеров, как облаков на небе. Но… мне хотелось бы познать высокое мастерство именно Ванфэй Дина-вана.
Е Ли равнодушно ответила: — Мне казалось, мы уже обменялись ударами прошлой ночью. К тому же… само кунг-фу Принца берет свои истоки в боевых искусствах Срединной равнины. Раз так, к чему это любопытство?
Елюй Е опешил. Он действительно обучался у мастера из Срединной равнины, но все эти дни старался не использовать характерные приемы. Неужели от её глаз ничего не укрылось? — У Ванфэй острый глаз. Вчерашняя схватка была слишком короткой и сумбурной, к моему сожалению. Не окажет ли Ванфэй мне честь сегодня провести дружеский поединок?
Е Ли опустила ресницы и развернулась: — Раз так, прошу, принц Елюй. Сказав это, она первой направилась внутрь. Глядя на её удаляющуюся спину, Елюй Е весело усмехнулся и пошел следом.
Войдя на скрытый за стенами тренировочный плац, Елюй Е был немного разочарован. Этот закрытый для посторонних полигон в глубине поместья ничем не отличался от обычных площадок для тренировок. Впрочем, поразмыслив, он решил, что это логично: Мо Сюяо был прикован к инвалидному креслу семь или восемь лет, ему полигон был без надобности. А если у поместья и есть секреты, они вряд ли будут хранить их на видном месте, куда теоретически может кто-то прорваться.
Елюй Е и не подозревал, что еще полмесяца назад это место выглядело совершенно иначе. Е Ли просто демонтировала свою «специальную полосу препятствий», когда нашла более удобное место для тренировок своего спецотряда, а для обычной разминки ей хватало и пустого поля.
Е Ли вышла на середину плаца, развернулась и посмотрела на Елюй Е: — Прошу, принц Елюй.
Елюй Е нахмурился. Только сейчас он начал осознавать, что с этой женщиной всё не так просто, как он думал. Он не верил, что она не понимает истинной цели его визита. Но она вела себя так, будто ничего не знает: с каменным лицом привела его на плац и приготовилась к бою. Более того, она приняла позу радушной хозяйки, всем своим видом показывая: «Гость начинает первым, я уступлю пару ходов из вежливости».
Елюй Е не знал, смеяться ему или плакать. Если бы в Бэйжуне узнали, что он принял фору от женщины во время поединка, его старший брат, Наследный принц, умер бы от смеха. Он, седьмой принц Бэйжуна, знатен и красив. Даже смелые и раскрепощенные женщины степей краснеют и робеют перед ним. Но эта женщина… Сколько бы он ни пытался флиртовать или шутить, она не реагировала. Полный ноль эмоций. Если женщина способна сохранять такое ледяное спокойствие, когда выдающийся мужчина открыто проявляет к ней интерес, это значит, что она невероятно сложный противник.
Выйдя на площадку, Елюй Е улыбнулся: — Ванфэй не возьмет оружие? Вы ведь изучаете путь меча?
Е Ли спокойно парировала: — Принц сам сказал: я его только изучаю. Как я смею позориться, показывая то, чем еще не владею в совершенстве?
Елюй Е кивнул: — Согласен. Мне тоже показалось, что Ванфэй гораздо лучше владеет коротким клинком.
«Лучше» — это мягко сказано. Вспоминая те два внезапных удара кинжалом прошлой ночью, он до сих пор чувствовал холодок в сердце.
— Ванфэй, прошу.
— Прошу, — кивнула Е Ли.
Добавить комментарий