Спустившись утром вниз с вещами, Е Ли сразу увидела Хань Минси. Тот сидел на самом видном месте в зале, сияя самодовольством, и с лучезарной улыбкой смотрел на неё. У Е Ли невольно запульсировало в висках. Хань Минси, словно, не замечая раздражения в её глазах, весело замахал рукой: — Цзюньвэй, скорее иди завтракать!
Е Ли подошла к столу. Глядя на гору изысканных яств, она вскинула бровь: — Завтрак брата Ханя на редкость обилен.
Хань Минси отмахнулся, совершенно не заботясь о том, что на него пялится весь зал. — Тебе стоит поесть побольше, Цзюньвэй. Как только войдем в Наньцзян, найти такой плотный завтрак будет ох как непросто.
Е Ли не стала церемониться и жестом пригласила А-Саня, спустившегося следом, присоединиться к трапезе. Хань Минси, разглядывая молчаливого стража, спросил: — Я всё хотел спросить, как зовут этого брата? Охранник рядом с тобой — мастер незаурядный.
В обычных обстоятельствах Хань Минси обладал неплохой самокритикой. Будучи братом Главы Тяньи, он повидал немало бойцов. И хотя в технике легкости он был одним из лучших, в чистой боевой мощи он явно уступал. По его прикидкам, страж этого юноши владел мечом куда лучше него самого.
Е Ли мельком взглянула на А-Саня и спокойно произнесла: — Чжо Цзин.
А-Сань в изумлении поднял голову. Чжо Цзин было его настоящим именем. С тех пор как он стал скрытым стражем Ванфэй, он почти не использовал его, и он никак не ожидал, что хозяйка его помнит.
— Так это брат Чжо! — улыбнулся Хань Минси. — Впредь надеюсь на твою помощь и поддержку.
— Не стоит, господин Хань слишком любезен, — холодно отозвался А-Сань.
Едва они закончили завтрак и А-Сань отправился оплачивать счет, к ним снова подкатил вчерашний знакомый в сопровождении мужчины, похожего на управляющего.
— Господин Чу, вы тоже выдвигаетесь? А этот… господин и есть ваш проводник? — спросил он, кивая на Хань Минси. Е Ли лишь кратко кивнула, не вступая в разговор. Но мужчина, кажется, совершенно не чувствовал неловкости от их холодности. — Раз уж ваши люди в сборе, почему бы нам не поехать вместе? В пути будет веселее.
Хань Минси лениво ковырял палочками остатки еды: — С чего бы нам с вами объединяться? Каждому своя дорога, разве нет?
Мужчина усмехнулся: — Мы все едем в Наньцзян, вместе безопаснее. Насколько мне известно… стоит нам миновать заставу Суйсюэ, мы окажемся на землях племени Ло-и. А вчера вы двое…
Е Ли подняла взгляд, изобразив недоумение: — Раз вы знаете, что мы перешли дорогу молодому вождю Ло-и, зачем вам настаивать на совместном пути?
Мужчина пренебрежительно скривился: — И что с того, что это Ло-и? Хоть люди Наньцзяна и мастера в ядах, мы их не боимся.
Е Ли мысленно кивнула: «Конечно не боитесь, у вас же под боком Болезненный Ученый». Поразмыслив, она согласилась: — В таком случае, мы принимаем ваше предложение. Позвольте узнать ваше имя?
Мужчина открыто рассмеялся: — Меня зовут Чжэн Куй. Раньше я был начальником охраны в караванах, а теперь работаю простым телохранителем ради куска хлеба. Это — наш управляющий, а вон там — наш господин. И еще тот… — Чжэн Куй покосился на болезненного книжника, который дремал, прислонившись к стене. — Говорят, хозяин нанял его за огромные деньги как великого мастера. Но, честно говоря, я в нем никакого величия не вижу — больно уж он дохлый на вид.
Е Ли кивнула: — Понимаю. Почтенный страж Чжэн, примите моё почтение. Что ж, в таком случае — выдвигаемся?
Видя, что Е Ли согласилась, Чжэн Куй явно обрадовался и громогласно рассмеялся: — Тогда я пойду, сообщу нашему хозяину!
Е Ли краем глаза наблюдала, как Чжэн Куй и управляющий подошли к богатому купцу. Тот, казалось, был чем-то недоволен, но в итоге согласно кивнул. После этого вся четверка разошлась по комнатам собирать вещи. Проводив их взглядом, Е Ли бросила холодный взор на Хань Минси. Тот с виноватым видом привалился к столу: — Цзюньвэй, ну что я опять сделал не так?
Е Ли хмыкнула и с издевкой спросила: — Брат Хань, ты можешь вести себя хоть немного скромнее?
— Скромнее? — не понял Хань Минси. — Я ведь не какая-то знаменитость, зачем мне скрываться?
Тех, кто знал его как «Господина Ветра и Луны», можно было пересчитать по пальцам, иначе бы его давно окружили толпы «борцов за справедливость». Е Ли посмотрела на него с многозначительной улыбкой: — Ты-то, может, и ведешь себя тихо, но у тебя слишком приметное лицо. Как думаешь, видел ли Болезненный учёный твоего брата, господина Минъюэ? И знает ли он, что Минъюэ — это Глава Павильона Тяньи?
Хань Минси захлопал глазами и, виновато глядя на Е Ли, прошептал: — Эм… мой старший брат и Глава Павильона Ямы — друзья. Так что… скорее всего, Болезненный учёный меня видел. Получается, он знает, что мы его раскусили?
— Очевидно, что так, — бесстрастно ответила Е Ли.
— Зачем тогда они пригласили нас с собой? — тихо спросил Минси. — Если бы дело было в моей личности, он бы обратился ко мне напрямую. Всё-таки отношения у брата с их Главой весьма недурные.
Е Ли покачала головой: — Вряд ли. Они приглашали меня еще до твоего появления, но я отказалась.
Хань Минси потер подбородок: — То, что Болезненный учёный проделал такой путь до Наньцзяна, явно неспроста. Но зачем ему этот сомнительный купец? Обычный торгаш никогда бы не смог нанять его. А уж эта история с закупкой лекарств… никто в здравом уме не поедет в Наньцзян за травами в марте или апреле. Торговля редкими травами была основным связующим звеном между Великой Чу и Наньцзяном, но, глядя на пустеющие улицы Юнлиня, было ясно: сейчас совсем не сезон.
Е Ли подперла голову рукой: — Как думаешь, человек, который может спокойно находиться рядом с личностью уровня Болезненного учёного, — действительно обычный купец?
Хань Минси вскинул брови: — Думаешь, с ним что-то не так?
Е Ли на мгновение замолчала: — Пока неясно. Но раз уж они к ним «приклеились», нужно было выяснить: случайность это или чей-то тонкий расчет.
Вскоре вся группа встретилась у ворот гостиницы. Они покинули город и верхом направились к заставе Суйсюэ. К удивлению Е Ли, пухлый купец, несмотря на свою тучность, держался в седле весьма уверенно, хотя было немного жаль коня под его весом. Болезненный учёный же всю дорогу заходился в кашле, будто вот-вот выплюнет собственные легкие.
Проезжая через заставу Суйсюэ, Е Ли обернулась и увидела на городской стене Мужун Тин. Та выглядела цветущей и оживленной, весело обсуждая что-то со стоящим рядом мужчиной средних лет. Очевидно, избавившись от оков столичной жизни, Мужун Тин чувствовала себя превосходно. Е Ли искренне порадовалась за подругу и, слегка улыбнувшись, пришпорила коня, догоняя остальных.
Они спешно ехали весь путь от заставы Суйсюэ, пока сумерки не заставили их остановиться. Очевидно, сегодня они не успели добраться до ближайшего поселения. И хотя ночевка в диких землях Наньцзяна была крайне опасной, дома или постоялые дворы местных жителей для людей из Центральных Равнин были ничуть не безопаснее.
А-Сань привычно зашел в лес и вскоре вернулся с охапкой дров и подстреленным фазаном. Он принялся разводить костер и разделывать дичь. Чжэн Куй тем временем наловил в ближайшей речке несколько рыбин.
Е Ли взглянула на Болезненного учёного, который стоял под деревом, заходясь в мучительном кашле. Слегка нахмурившись, она подошла и протянула ему флягу.
— Попей воды.
Тот явно опешил, прежде чем взять её правой рукой. Кивнув Е Ли, он тихо произнес: — Благодарю.
Е Ли кивнула в ответ и вернулась на свое место. Несмотря на то что учёный выглядел так, будто в нем едва теплится жизнь, она не смела его недооценивать. С такими людьми лучше держаться на расстоянии, особенно учитывая его старые счеты с Мо Сюяо.
Хань Минси, лениво прислонившись к дереву, наблюдал, как А-Сань ловко насаживает дичь на вертел над огнем.
— Цзюньвэй, этот брат Чжоу совсем непрост, — с улыбкой заметил он. — Я еще не видел, чтобы кто-то управлялся с этим так быстро. Даже опытные бродяги из «мира рек и озер»[1] вряд ли с ним сравнятся.
Сидевший у костра А-Сань лишь повел бровью, но промолчал. Он не собирался рассказывать Хань Минси, через какой ад они с братьями прошли за полгода на пике Чёрного облака. По правде говоря, стражи до сих пор не понимали, откуда в голове их хозяйки берется столько странных идей и методов подготовки. Особенно это «выживание в дикой природе».
Их поодиночке забрасывали в бескрайний лес, кишащий ядовитыми гадами и хищниками, на целый месяц. Из оружия — только кинжал и арбалет с пятью болтами. Поначалу они не понимали, какой прок в таких тренировках для тех, кто владеет внутренней силой и техниками легкости. Однако спустя месяц первым из леса вышел обросший и оборванный А-Эр — и в одиночку уложил на лопатки А-И, А-Сы и самого А-Саня.
Раньше силы четверых братьев были примерно равны, и любая их схватка заканчивалась измождением обоих сторон. Но в тот раз А-Эр продемонстрировал невероятную мощь: он победил А-И, затем А-Саня и в финале довел бой с А-Сы до патовой ситуации. Он не выучил новых приемов, его внутренняя энергия не выросла, но перемены в нем были настолько разительными, что братья были одновременно потрясены и воодушевлены.
Только когда пришла очередь А-Саня войти в тот лес, он понял, через что прошел его брат. Змеи, насекомые, ядовитые травы, болота и дикие звери… В первые дни он не смел даже сомкнуть глаз. Проснувшись, можно было обнаружить себя в кольце волчьей стаи или увидеть ядовитую кобру, замершую прямо перед лицом. Ему приходилось самому добывать еду и собирать травы по списку Ванфэй. Однажды он застрял в болоте на три часа и уже прощался с жизнью.
Но к концу месяца он обнаружил, что полностью адаптировался. Теперь он мог выживать в лесу, даже не прибегая к боевым искусствам. Он мог не спать и не есть сутки напролет, не чувствуя слабости — чистая внутренняя энергия такого не давала. А когда в последний день месяца он узнал, что всё это время Ванфэй тайно следовала за ними в лесу, приглядывая за каждым, А-Сань окончательно и бесповоротно преклонился перед ней.
Все они знали: их хозяйка — самая выдающаяся из всех Ванфэй Дин Вана за всю историю рода. Единственное, о чем А-Сань искренне жалел — это то, что Ванфэй планировала обучить их еще множеству вещей, но эти планы пришлось прервать из-за болезни Вана.
— Господин Хань прав, у брата Чжо навыки настолько отточены, что даже старые охранники караванов, годами водившие обозы, с ним не сравнятся, — Чжэн Куй с нескрываемой завистью посмотрел на свою полусырую рыбу, а затем на аппетитного фазана в руках А-Саня, который пах не хуже, чем в лучшем столичном ресторане.
Пока Чжэн Куй возился с рыбой, этот неразговорчивый парень успел развести костер, поймать и разделать дичь, да еще и притащить из леса грибов для супа. Хозяин Чжэн Куя — жирный купец — уже вовсю сверлил своего охранника недовольным взглядом, полным брезгливости к его кулинарным талантам.
Е Ли с лучезарной улыбкой ответила Хань Минси: — Всю дорогу Чжо Цзин заботился обо мне. Он очень сообразительный, так что схватывает всё на лету.
Хань Минси лишь недоверчиво хмыкнул. Он сам часто ночевал в лесах, но его еда до сих пор представляла собой обугленные комки, которые он сам опасался пробовать.
А-Сань же с невозмутимым видом разделил дичь на три части и раздал Е Ли и Хань Минси, будто и не слышал похвал. Он-то знал правду: его хозяйка готовит еще лучше, но он никогда не выдаст этот секрет «этому павлину». Глядя на Хань Минси, который с упоением вгрызался в мясо, А-Сань почувствовал странное превосходство.
— Брат Чжо разбирается в ядах? — внезапно спросил Болезненный ученый, отпив воды и немного уняв кашель. А-Сань мельком глянул на него и сухо бросил: — Не разбираюсь.
Ученый вскинул бровь, явно не поверив: — Наньцзян кишит отравой. Даже большинство грибов в этом лесу смертельно ядовиты. Но я вижу, что все грибы, которые ты принес — съедобные.
А-Сань лишь скривил губы: — Разве даже дети не знают, что чем ярче гриб в лесу, тем он ядовитее?
Болезненный ученый слабо улыбнулся: — Вот как? В таком случае советую брату Чжо не собирать что попало. В этом мире далеко не все ядовитые грибы имеют яркую окраску.
— Благодарю за совет.
Тем временем пухлый купец окончательно разочаровался в своей рыбе. Бросив кусок на землю, он ткнул пальцем в Чжэн Куя: — Ты! Пойди и добудь нормальной дичи!
Чжэн Куй нерешительно посмотрел на сгущающуюся тьму. Они специально разбили лагерь на опушке, потому что ночью лес становился крайне опасным. Болезненный ученый, приподнявшись, ледяным тоном бросил купцу: — Если хочешь его смерти — отправляй в чащу.
Купец, явно побаиваясь ученого, тут же понуро замолчал.
После ужина Хань Минси, растеряв дневной запал, устроился у огня и прикрыл глаза. А-Сань, прибрав вещи, ловко запрыгнул на ветку высокого дерева и замер там, прислушиваясь к звукам ночи. Е Ли же от скуки подсела к костру и разговорилась с Чжэн Куем, время от времени подбрасывая дрова.
В ходе беседы Чжэн Куй поведал, что их хозяин — господин Лян, богатый торговец лекарствами с северо-запада Великой Чу. Он приехал в Наньцзян за неким баснословно дорогим лекарством, аукцион которого состоится в июне в столице Нанчжао. Сам господин Лян не упустил возможности похвастаться своим богатством.
Е Ли, в свою очередь, рассказала свою легенду: она якобы из ученой семьи в Юньчжоу, путешествует ради знаний. Что касается Хань Минси — он просто «друг из борделя», с которым она познакомилась в Гуанглинге и который навязался в попутчики. При упоминании «Павильона Цинфэн Минъюэ» жирное лицо господина Ляна мгновенно просияло, и он принялся взахлеб пересказывать свои столичные приключения в этом заведении.
— Господин Чу из Юньчжоу? — внезапно спросил Болезненный учёный. — В таком случае, знакомы ли вы с родом Сюй из Юньчжоу?
Е Ли приподняла бровь и с улыбкой ответила: — Вы шутите, почтенный? Кто в Великой Чу не знает о роде Сюй? И хотя мне не довелось учиться в академии Лишань, я давно и глубоко восхищаюсь великими учителями этой семьи.
— Вот как? Кха-кха… Раз уж вы так цените род Сюй, то наверняка слышали об имени молодого господина Цинчэня?
Е Ли повернула голову к нему, и в её голосе зазвучали нотки искреннего почтения: — Господин Цинчэнь… Старший сын семьи Сюй прославился на весь мир еще в юности. Мне горько сознавать, что, будучи старше его на полгода, я так ничего и не достиг в этой жизни. Мне право стыдно.
Болезненный учёный поднял на неё взгляд, полный скрытого испытания, и слабо улыбнулся: — Не стоит. Кто знает, быть может, в этой поездке по Наньцзяну вы даже встретите его.
Сердце Е Ли пропустило удар, но на лице отразилась лишь радостная вспышка: — Неужели?! Господин Цинчэнь сейчас в Наньцзяне?
Учёный сел ровнее: — Именно так. Он действительно сейчас в этих краях.
— Это чудесная новость! Надеюсь, когда мы доберемся до столицы Нанчжао, мне посчастливится его встретить, чтобы попросить совета, — пробормотала Е Ли, опустив голову, будто погрузившись в мечтания.
Она не обращала внимания на изучающий взгляд учёного, её мозг лихорадочно просчитывал варианты. Сюй Цинчэнь с юности странствовал по миру, и его след всегда было почти невозможно отследить. Е Ли не верила, что её гениальный брат мог так легко выдать себя. Но если Болезненный учёный, находясь в Западном Лине, получил информацию о его перемещениях… и точно знает, где он — это сулило беду. Какова истинная цель этого убийцы в Наньцзяне? Не связана ли она с её братом?
Глубокая ночь. Пламя костра на опушке постепенно угасало. Лес погрузился в тишину, нарушаемую лишь редким стрёкотом насекомых.
Заснувший на ветке А-Сань шевельнулся и тихо откашлялся. Е Ли, дремавшая у костра, медленно открыла глаза. В её взгляде не было ни капли сонливости — абсолютная ясность. Она лениво повернулась, глядя вверх на дерево, и А-Сань едва заметно кивнул ей. Е Ли снова закрыла глаза, делая вид, что спит.
Внезапно в воздухе разлился слабый запах сырости и крови. Послышался странный шорох «ша-ша-ша», а вслед за ним — едва уловимые звуки какой-то причудливой мелодии. Казалось, будто мириады существ одновременно ползут по траве. А-Сань нахмурился, вспомнив о существах, которых он ненавидел больше всего, и бесшумно спрыгнул на землю.
Как только А-Сань коснулся земли, Болезненный учёный, который до этого казался крепко спящим, мгновенно открыл глаза. Увидев А-Саня, он подозрительно нахмурился. А-Сань, не глядя на него, подошел к Е Ли и прошептал: — Господин, движение.
В тот же миг, как Е Ли открыла глаза, Хань Минси и Чжэн Куй тоже вскочили на ноги. Хань Минси лениво зевнул: — Что случилось?
— Что-то приближается, — сухо ответил А-Сань.
— Что-то? Что именно?
— Я думаю… это змеи.
— Змеи… — одновременно произнесли Е Ли и Болезненный учёный.
Учёный бросил на Е Ли быстрый взгляд, а та, поднявшись, добавила: — Я чувствую запах змеиного мускуса. Их очень много.
Хань Минси понимающе кивнул: — Совсем забыл, что Цзюньвэй мастер в парфюмерии, неудивительно, что его нюх такой острый.
Чжэн Куй в панике воскликнул: — Да какая разница! Что нам делать?!
— А что тут делать? Уходить надо, — бросил Хань Минси. Его техника легкости была непревзойденной, он мог уйти откуда угодно.
А-Сань нахмурился: — Боюсь, просто так уйти не получится. Послушайте… звуки доносятся со всех сторон.
Все присутствующие были мастерами боевых искусств, так что сразу поняли — А-Сань не шутит. Хань Минси взлетел на дерево, осмотрелся и через секунду приземлился обратно, чертыхаясь: — Терпеть не могу это проклятое место! Откуда здесь взялось столько змей?!
Никто не обратил внимания на жалобы Хань Минси. А-Сань уже стремительно доставал заранее подготовленные снадобья против ядовитых насекомых и змей. Болезненный учёный лишь покачал головой: — Их слишком много, боюсь, это не поможет.
Тот, кто не видел этого воочию, никогда не сможет представить, насколько это жуткое зрелище. В ночной тишине черная, колышущаяся масса змей стремительно надвигалась со всех сторон.
— Что происходит?! — истошно завопил господин Лян. Его управляющий и вовсе побелел как полотно и в ужасе осел на землю.
— Заткнись! — рявкнул Болезненный учёный. Нахмурившись, он обратился к А-Саню: — Змей слишком много. Если использовать отпугивающие средства сейчас, они лишь станут агрессивнее.
Хань Минси с лицом, полным отвращения, произнес: — Цзюньвэй, я смогу вынести тебя отсюда. Брат Чжо, думаю, тоже сам выберется.
Болезненный учёный холодно добавил: — Раз так, господин Хань может уводить господина Чу первым.
Однако Хань Минси не спешил сорваться с места. Он отчетливо уловил скрытую угрозу в тоне Болезненного учёного. Если бы они действительно бросили группу и попытались бежать, учёный наверняка выпустил бы им в спины отравленные иглы. Каким бы быстрым ни был легкий шаг Хань Минси, в воздухе, обремененный весом еще одного человека, он вряд ли смог бы уклониться от яда третьего мастера Павильона Ямы. Да и со стороны учёного ситуация была не лучше: кроме него самого, никто из его группы явно не был способен прорваться сквозь такое кольцо.
Видя, что змеи уже почти у их ног, Е Ли нахмурилась: — Вы нашли время препираться? Или решили остаться здесь и пойти змеям на корм?
Змеи, окружив их, не спешили нападать. Вскоре с разных сторон показались несколько мужчин в черном с короткими флейтами в руках. Они стояли поодаль, за спинами змеиного полчища, продолжая играть. Было очевидно: змеи собрались здесь не случайно — ими управляли.
— Проклятье! — выругался Чжэн Куй. — Это южане-заклинатели змей!
Е Ли и А-Сань обменялись быстрыми взглядами. Если бы змеи действительно пошли в атаку, они смогли бы вырваться в первое же мгновение. Но этот неповоротливый жирный купец точно бы не сдвинулся с места.
Заклинатели расступились, освобождая дорогу, и вперед вразвалочку вышел уже знакомый им персонаж. Он злорадно ухмылялся, глядя на Е Ли и остальных: — Хе-хе… Я же говорил, что рано или поздно вы попадетесь мне в руки! И дня не прошло, ну как вам это, а?
Хань Минси вскинул бровь и усмехнулся: — Неужели это тот самый дуралей — «молодой вождь» племени Ло-и?
Вчерашний невзрачный и похотливый юнец сегодня нарядился в роскошные одежды, усыпанные серебряными украшениями, которые ярко поблескивали в лунном свете. Увидев Хань Минси — изящного, в развевающихся шелках, с его ленивым и манящим видом, — юнец на миг остолбенел, а затем выдал: — Красавчик, переходи на мою сторону, и я тебя пощажу. Нечего тебе помирать за компанию с этими уродами.
Лицо Хань Минси застыло, а уголок глаза нервно дернулся: — У тебя хватает наглости называть других уродами? И впрямь, любой присутствующий, даже стоящие вдалеке заклинатели змей — выглядел куда приятнее этого юнца. Даже тучный купец на его фоне не казался таким омерзительным.
Услышав это, молодой вождь пришел в ярость, его взгляд, направленный на Хань Минси, исказился злобой. Е Ли негромко кашлянула и с улыбкой произнесла: — Брат Хань, хоть этот господин и не «душистый цветок» и не «драгоценный нефрит», прояви хоть каплю милосердия в словах. Как он, бедный, переживет твой отказ при такой-то пылкой симпатии?
Хань Минси скривился: — Это по-твоему симпатия? Да он просто завидует! Он же спит и видит, как бы полоснуть меня по лицу. Хм! Неужели этот простофиля возомнил, что может претендовать на мой божественный лик?
Не зря же он столько лет вращался в «цветочных кругах» — разве он не отличит восхищение от жгучей зависти и ненависти?
— Именно так, — осклабился юноша. — Как только я тебя схвачу, я живьем сдеру с тебя кожу. Хе-хе… Мне нужно твое лицо, так что будь паинькой и иди сюда сам, чтобы мои малютки его не попортили.
В кругу воцарилось молчание. Лишь спустя мгновение Хань Минси с нескрываемой заботой потрогал свое лицо и спросил: — Ты что, серьезно хочешь нацепить мою кожу на свою физиономию?
Юноша гордо расхохотался: — А то! Я долго ломал голову, как стать красивее, и это — лучший способ. Долго не мог найти подходящий «материал». Сначала думал, что тот беляк сгодится, но теперь вижу: твоя рожа куда лучше.
Красивое лицо Хань Минси в лунном свете на миг исказилось от ярости. Посягнуть на лик Господина Ветра и Луны? Непростительно!
— Послушайте… а размеры-то не совпадут? — вдруг подала голос Е Ли. Она нахмурилась, переводя взгляд с короткого, худощавого лица южанина на безупречный овал Хань Минси. Лицо Минси было как минимум на треть шире и длиннее.
— Цзюньвэй! — вскричал Хань Минси, его брови задергались от негодования, и он с обидой уставился на Е Ли.
Юноша напротив тоже рассвирепел от этого замечания. Он буквально зашелся в яростном крике: — Не твое собачье дело! Я вас всех на маски пущу! Схватить их, всех живьем! Нет… жирного прибейте, он не нужен!
Заклинатели змей на мгновение замешкались. Убить группу было проще простого — достаточно напустить змей, и сотни укусов сделают свое дело. Но взять их живыми… эти люди явно не были беспомощными жертвами. Однако приказ господина обсуждать не полагалось, и заклинатели вновь приложили флейты к губам, извлекая резкие звуки.
Фьють! Фьють!
Внезапно вспыхнуло несколько костров. Пока Е Ли и Хань Минси препирались с молодым вождем, А-Сань успел незаметно рассыпать по периметру все запасы порошков против змей. Под пронзительные звуки флейт змеиная масса не бросилась вперед, а замерла в пяти шагах от лагеря, колеблясь.
Мелодия флейт стала еще острее и яростнее. Змеи начали проявлять беспокойство. Е Ли посмотрела на Хань Минси: — Брат Хань, играть на чем-нибудь умеешь?
— Я умею, но заклинать змей — нет, — с горькой усмешкой ответил тот.
— Заклинать не обязательно, — отрезала Е Ли. — Главное — играть. И желательно — вкладывая внутреннюю силу. Дуй вон туда, — она указала на деревья позади них.
— И лучше постоянно меняй позицию.
Не совсем понимая план Е Ли, Хань Минси тем не менее пожал плечами: — Ладно, как скажешь, Цзюньвэй. Он достал свою бамбуковую флейту, которую всегда носил с собой, и легко взлетел на ветку, начиная играть. Мелодия, пропитанная мощной внутренней силой, разнеслась по лесу. Для Е Ли, не обладавшей столь глубокой «ци», этот звук был почти физически неприятен. Хань Минси порхал с ветки на ветку, не прерывая игры и словно танцуя в воздухе. Е Ли невольно залюбовалась такой виртуозностью.
Вскоре заклинатели змей с ужасом обнаружили, что их подопечные перестали слушаться. Передние ряды змей и вовсе начали разворачиваться и ползти назад. Южане отчаянно заиграли на своих дудочках, но они были лишь посредственными музыкантами с заурядной внутренней силой. По мощи звука они и близко не могли тягаться с Хань Минси.
Звуки флейты Хань Минси постепенно полностью подавили визгливые мелодии заклинателей. Болезненный учёный, кажется, тоже что-то понял. Он стремительно взлетел на другое дерево, сорвал лист и, прижав его к губам, начал извлекать из него пронзительную мелодию.
Змеи не выдержали. Кольцо вокруг лагеря начало распадаться: гады в панике уползали прочь, и ни одна змея больше не смела приблизиться к Е Ли и её спутникам.
— Что происходит?! — истошно закричал юноша. Лица заклинателей змей начали бледнеть. Они пятились назад, не смея ни на секунду прервать игру на флейтах, но всё больше и больше змей медленно расползались в разные стороны, игнорируя приказы.
Е Ли стояла у костра с холодной, едва заметной усмешкой. Змеи боятся серы, ненавидят отпугивающие составы и резкие запахи, а огонь для них — природный враг. Что же касается «заклинания змей» … Е Ли знала, что слух у змей практически отсутствует. Они ориентируются на вибрации воздуха и почвы. Весь секрет флейт заключался в том, чтобы приучить змей реагировать на определенную частоту колебаний. Но как только Хань Минси и Болезненный учёный начали свои «музыкальные помехи», вибрации смешались. Оставшись без четких команд, змеи предпочли следовать инстинктам и уползать подальше от едкого дыма и огня.
— А-а-а! Нет! — вопил молодой вождь. Некоторые змеи поползли назад и уже копошились у его ног. Очевидно, он и сам был обвешан амулетами и порошками, поэтому змеи не кусали его, но зрелище копошащихся у сапог гадов довело его до истерики.
А-Сань с недоумением спросил: — Разве люди Наньцзяна могут бояться змей?
Е Ли пожала плечами и усмехнулась: — В каждом правиле есть пара исключений, не так ли?
Господин Лян, вытирая пот с лица, радостно воскликнул: — Это всё благодаря смекалке господина Чу! Мы прогнали змей!
Однако Е Ли лишь нахмурилась. Её беспокоило другое: если эта орава ядовитых тварей сейчас просто разбредется по округе, случайным путникам на этой дороге несдобровать. Она перевела взгляд на мечущегося в панике юнца, и её глаза похолодели.
— Убей его! — коротко бросила она А-Саню.
А-Сань никогда не спрашивал причин, когда Е Ли отдавала прямой приказ. Не успело эхо её слов затихнуть, как в его руке сверкнул меч. Словно выпущенная из лука стрела, он рванулся вперед, летя к своей цели. Молодой вождь, и без того пребывавший в трансе от ужаса, застыл как вкопанный, не в силах даже пошевелиться. Он лишь тупо смотрел на приближающееся остриё клинка…
— Пощадите его! — громовой, полный тревоги голос внезапно раскатился со стороны леса.
[1] прим.пер.: Цзянху
Добавить комментарий