В небе стояла полная луна, и звезды ярко светили. Из охотничьего дворца слышались звуки музыки и пения, легким эхом отражающиеся в горах. В Империи Вэй уважали силу и знание боевых искусств, ее жители были жесткими людьми. В честь кочевого духа предков, в течение года организовывали две охоты: одну весеннюю и одну осеннюю. В соседнем лесу слышались звуки разговоров и приказов. Чу Цяо знала, что это солдаты охотятся за тиграми и медведями, чтобы завтра охота прошла спокойно.
На ней была одета куртка из белого меха соболя, на ногах сапоги из кожи белого оленя. Она уже начала взрослеть. В шатре стояла жаровня, но Чу Цяо чувствовала, что задыхается, и быстро вышла наружу. В ней боролись какие-то противоречивые чувства.
Она подняла голову и глубоко вздохнула. Внезапно раздался шум: белый голубь сел на снег недалеко от нее. Это был дикий голубь, он боялся людей. Чу Цяо опустила глаза и улыбнулась. Она потянулась к карману, вытащила пшено для лошадей и рассыпала его по земле. Когда голубь увидел пищу, он радостно закурлыкал и поспешно бросился к Чу Цяо. Но в этот момент две острые стрелы прилетели издалека, пронзив грудь и живот птицы. Кровь темными пятнами окрасила белый снег.
Одновременно раздался громкий стук подков, и две быстрые лошади, оставившие далеко позади других всадников, появились перед Чу Цяо. Одна лошадь была ярко-рыжей, вторая — черной. Человеку на рыжем коне было двадцать пять, двадцать шесть лет. Он вызывающе посмотрел на подростка. Не сказав ни слова, он взял еще одну стрелу и натянул свой лук, стреляя прямо в сердце Чу Цяо!
Приглушенный звук спустившейся тетивы. Чу Цяо, похожая на жестокого гепарда, успела среагировать. Отклонившись назад, одной рукой уперлась о землю. Плавные, как поток воды, движения тела, и вот правая рука повернулась назад, и стрела была прочно схвачена в кулак.
— Чей ты раб, и почему ты блуждаешь по охотничьим угодьям? — холодный голос прозвучал со стороны человека, едущего на рыжем коне. Он не проявлял никаких признаков сожаления. На нем был плащ, отороченный мехом норки.
С глухим стуком человек на черной лошади спрыгнул на землю. Ему тоже было где-то двадцать пять, двадцать шесть лет. У него были темные глаза и бронзовый цвет лица. Он подбежал к голубю, поднял его и спросил: — Му Хэ Цзифэн, как мы посчитаем это?
Человек на рыжей лошади холодно посмотрел на Чу Цяо: — Цзинь Юй, я выстрелил ему в горло. Естественно, я побеждаю.
Мужчина нахмурился: — Как ты можешь быть уверен, что именно твоя стрела попала в горло? Наши стрелы не имеют выгравированных на них имен.
— Естественно, я узнаю стрелу, которая была у меня в руке.
— О, нет, — сказал Цзинь Юй. — Повторное соревнование.
Му Хэ Цзифэн нахмурился: — Как ты хочешь соревноваться?
— Есть она, — Цзинь Юй указал пальцем на Чу Цяо. — Разве это не раб? Давай просто будем стрелять в нее.
Чу Цяо, услышав неожиданное решение молодых господ, нахмурилась и мрачно посмотрела на Цзинь Юй. Но тот этого не заметил. Он вскочил на свою лошадь и приказал: — Ты быстро бежишь вперед и стараешься убежать как можно дальше.
Чу Цяо, оценивая свои возможности, осмотрела обоих: — Я не рабыня, — тихо сказала она Му Хэ Цзифэну.
Му Хэ, словно удивляясь, поднял брови: — И что?
Да, и что? Чу Цяо ничего не ответила. Она развернулась и направилась в ту сторону лагеря, где находился шатер Янь Сюня. Неожиданно стрела просвистела за ее спиной и ударила в снег, в нескольких дюймах от ее ног. Цзинь Юй крикнул: — Я сказал тебе бежать, ты разве меня не слышала?
Вдохнув морозный воздух, девушка медленно повернулась и холодно посмотрела на Цзинь Юя. Тот почувствовал, как ледяной взгляд прошелся по нему. — Мне кажется, будет намного интереснее, если я буду верхом на лошади. Смогли бы меня тогда достать стрелы господ?
Му Хэ Цзифэн настороженно ухмыльнулся, но не сказал ни слова. Зато Цзинь Юй разбушевался: — Дайте ей лошадь!
Перед ней поставили оседланную лошадь черной масти. Чу Цяо нежно похлопала ее по шее и насмешливо взглянула на двух мужчин.
Неожиданно, девушка быстро вскочила в седло, вытащила кинжал из-за пояса и без колебаний вонзила его в круп лошади. Та обиженно заржала и с невероятной скоростью поскакала вперед. Прежде чем кто-либо успел среагировать, всадница исчезла из виду.
Цзинь Юй ошеломленно смотрел ей вслед. Через некоторое время он повернулся: — Она просто так уехала?
Му Хэ Цзифэн развернул свою лошадь, небрежно ответив: — А как ты думаешь?
Цзинь Юй был в ярости, он громко выругался, но Му Хэ Цзифэн остановил его ледяным взглядом. Еще до того, как Чу Цяо доехала до шатра Янь Сюня, к ней быстро направилась группа всадников. Она остановила лошадь, нахмурившись. Это были Янь Сюнь и А Цзин.
— А Чу! — Когда Янь Сюнь увидел Чу Цяо, он натянул поводья и быстро поскакал к ней. — Ты в порядке?
— Я в порядке, — ответила Чу Цяо. — Ночь охоты закончилась? Почему ты так скоро вернулся?
Янь Сюнь посмотрел на девушку. Он глубоко вздохнул и сказал: — Давай сначала вернемся к нашему шатру.
Янь Сюнь казался необыкновенно усталым. Когда они вернулись, Чу Цяо вышла из своей двери и случайно столкнулась с А Цзином, который вел нескольких детей в их часть лагеря. — Они были откуплены от ночной охоты? Что ты имеешь в виду?
А Цзин почтительно сказал: — Девушка, Его Высочество выкупил их. Теперь они не будут участвовать в охоте. Во время охоты на рабов сегодня вечером, ван сказал, что он выпил слишком много вина и не хочет участвовать. Второй господин Вэй, вместе с ваном Лин и другими, протестовали против его решения. Янь Шицзы ничего не оставалось, как выкупить каждого ребенка, сидящего в клетке, за сто золотых монет.
— Ой, — Чу Цяо кивнула. — Тогда продолжай свою работу, я возвращаюсь в шатер. Хотя ветер в ту ночь был особенно холодным, и жаровни не спасали от сквозняков, ей стало спокойно и уютно внутри. Ее плохое настроение полностью исчезло. Девушка сняла свои доспехи и легла на мягкую кушетку. В темноте она не могла не улыбаться, радость внутри нее разливалась теплом.
Добавить комментарий