Когда они сели в машину, этот молодой человек сел на водительское место, пристегнул ремень и, обернувшись, представился Цзян Му: — Меня зовут Вэнь Кэ, можете звать меня Сяо Вэнь.
Цзян Му спросила: — Ты его коллега?
Сяо Вэнь оказался парнем общительным. Он ответил: — Я ассистент и, по совместительству, водитель инженера Цзиня.
Цзян Му вскинула взгляд на Цзинь Чао. Появилось ощущение, что она еще не успела получить права, а уже потеряла работу.
Квартира, которую снимала Цзян Му, находилась всего в десяти с небольшим минутах ходьбы от дома Цзинь Чао. Но, учитывая, что таскать вещи туда-сюда будет неудобно, он все-таки позвал Сяо Вэня, чтобы тот заехал прямо во двор и припарковался у ее подъезда.
Решение о переезде к Цзинь Чао было довольно внезапным, вещи Цзян Му не были собраны. Сяо Вэню было бы неловко подниматься в ее комнату, поэтому Цзинь Чао велел ему подождать в машине, а когда вещи будут упакованы, он позовет его помочь с переноской.
Едва войдя в подъезд, Цзян Му не удержалась и засыпала его вопросами: — У тебя теперь и водитель есть? Почему он называет тебя «инженер Цзинь»? Гу Тао же говорил, что ты ни на какую компанию не работаешь. Чем ты вообще занимаешься в своих командировках?
Цзинь Чао втянул ее в лифт. Утром в кабине никого не было. Он обнял ее за талию и, наклонившись, ущипнул за щеку: — Сколько вопросов.
Цзян Му уткнулась ему в грудь: — Ну, я, конечно, должна все выяснить. Я же не могу просто быть с тобой, даже не зная, что у тебя и как?
Во взгляде Цзинь Чао промелькнули озорные искорки: — А вчера, когда ты в мою постель лезла, почему сначала все не выяснила, а так, по-глупому, мне отдалась?
Цзян Му потеряла дар речи. Разве у нее вчера была такая возможность? Он же ей голову совсем задурил.
Двери лифта открылись. Дядюшка Чжао, сосед Цзян Му, как раз спускался, чтобы купить утку по-пекински. Увидев, как эта обычно тихая, скромная и сдержанная девушка обнимается с мужчиной, он так испугался, что у него чуть вставная челюсть не выпала. Цзян Му тоже подскочила от неожиданности, поспешно отстранилась от Цзинь Чао и крикнула: — Дедушка Чжао, вниз собрались?
Маленькие глазки дедушки Чжао так и впились в Цзинь Чао. Цзян Му поскорее вытащила Цзинь Чао из лифта и с облегчением выдохнула: — Какое счастье, что я съезжаю.
Цзинь Чао стоял рядом и, глядя на нее, улыбался. Цзян Му достала из сумки ключи, чтобы открыть дверь. Взгляд Цзинь Чао упал на ее брелок.
Однако, стоило ей открыть дверь, как она увидела своего соседа, который как раз обувался, собираясь уходить. Они оба замерли, уставившись друг на друга. Цзян Му застыла, потому что помнила: еще несколько дней назад у этого парня были каштановые волосы, а сегодня он щеголял в модной карамельно-оранжевой прическе. На нем был горчично-желтый костюм в стиле кэжуал, причем брюки внизу были с клешем. Выглядело это все… немного женственно.
А вот сосед застыл не из-за Цзян Му, а из-за Цзинь Чао, стоявшего у нее за спиной. С того самого момента, как дверь открылась, этот парень не сводил с Цзинь Чао глаз, отчего тому стало очень не по себе. Продолжая коситься на Цзинь Чао, он спросил Цзян Му: — Ты вчера ночевала не дома?
Цзян Му неловко улыбнулась: — Я как раз собираю вещи, съезжаю.
У парня на лице появилось понимающее выражение. Впрочем, он, кажется, договорился с друзьями и торопился, поэтому лишь вежливо бросил Цзян Му, что надо бы как-нибудь поужинать вместе, и ушел. Уже сворачивая к лифту, он снова обернулся и посмотрел на Цзинь Чао.
Цзинь Чао сегодня был одет довольно просто: короткая куртка и прямые темные джинсы. Он просто стоял, высокий и стройный. Посторонний человек не заметил бы ничего необычного. Но этот ее сосед… он не сводил глаз с задницы Цзинь Чао.
Цзинь Чао обернулся и окинул его ледяным взглядом. На лице у него не дрогнул ни один мускул, но от этого холода парень-сосед аж поежился. Не успел тот отвести глаза, как Цзинь Чао без всяких церемоний захлопнул входную дверь.
Он повернулся к Цзян Му и многозначительно протянул: — Ну и сосед у тебя…
Цзян Му прошла прямиком в свою комнату, бросив на ходу: — Да, одевается он, конечно, эпатажно, наверное, по клубам тусуется. Но вообще он неплохой. В прошлый раз у нас канализация засорилась, я уже хотела звонить хозяину, а он позвал какого-то своего дружка, тот пришел и в два счета все починил.
Цзинь Чао холодно хмыкнул и многозначительно протянул: — А потом оставил этого дружка на ночь, да?
Цзян Му на миг замерла и обернулась: — Откуда ты знаешь?
— …Догадался. Ради моей же безопасности, съезжай отсюда поскорее.
— ???
Комната была небольшой, но по сравнению с полупустой квартирой Цзинь Чао, спальня Цзян Му была намного уютнее. Рисунки на стенах, маленькие растения на подоконнике, повсюду цветные стикеры. Правда, вещей было так много, что все выглядело немного сумбурно.
Цзян Му вытащила чемодан, а потом достала из шкафа всю свою одежду и свалила ее на кровать. Через мгновение и без того крошечная комната выглядела так, будто по ней прошелся ураган. Даже она сама не знала, с чего начать.
Больше всего Цзян Му ненавидела собирать вещи при переезде. Для нее это всегда было целой спецоперацией. Не то чтобы это было сложно, просто один вид этой горы вещей перед началом работы вгонял ее в тоску.
Пока она, уперев руки в бока, пыталась морально настроиться, Цзинь Чао уже притащил стул, методично разобрал гору ее одежды, а затем принялся аккуратно складывать. Цзян Му с удивлением обнаружила, что Цзинь Чао складывает вещи невероятно быстро. Он находил нужную диагональ, одно движение и вещь уже лежала в идеальной стопке. Она просто сидела на ковре у кровати и убирала в чемодан то, что он складывал.
Она небрежно болтала: — Ненавижу собирать вещи. Когда в Канберре училась, помнишь, я каждый месяц в Мельбурн летала? Вечно что-нибудь забывала. Самый ужасный случай был, когда я уже сошла с самолета и поняла, что оставила ноутбук у мамы. А у меня там вся итоговая работа за семестр. Я в панике, даже из аэропорта не вышла, тут же купила билет обратно. Провозилась до полуночи, а билетов назад в Канберру уже не было. До сих пор вспоминаю с содроганием.
Цзинь Чао поднял на нее глаза: — Когда?
Цзян Му медленно опустила взгляд. Это было как раз тогда, когда она всего несколько месяцев как потеряла связь с Цзинь Чао. Она съездила на родину, но так и не смогла с ним связаться. Вернувшись в Австралию, она была сама не своя, все валилось из рук.
В тот раз, когда она забыла компьютер в Мельбурне, она ночью забрала его и помчалась в аэропорт ждать билета. На улице было градуса три-четыре. Она сжалась в комочек в аэропорту и в полном отчаянии разрыдалась. В голове у нее был только он. Это чувство, когда скучаешь до сумасшествия, но не можешь связаться, — оно ее окончательно сломило.
Позже сотрудница аэропорта увидела, как она ужасно плачет, помогла ей с билетом, и она благополучно вернулась в Канберру.
Но стоило ей вспомнить ту ночь, у Цзян Му до сих пор сжималось сердце.
Цзинь Чао увидел, что она замолчала и вся обмякла. Он схватил ее за руку и усадил к себе на правое бедро. Цзян Му тут же обняла его и уткнулась лицом ему в шею. Только в этих надежных объятиях ей стало немного легче.
И хотя она не рассказала, как ей было плохо, Цзинь Чао, казалось, почувствовал ее состояние. Он большой ладонью гладил ее по спине, снова и снова, успокаивая.
— Сильно тогда испугалась и расплакалась, да? — спросил он.
Цзян Му шмыгнула носом: — Но был и плюс. С тех пор я стала умнее. Каждый раз, когда собираю вещи, по сто раз все проверяю. Людям нужен хороший урок, чтобы они что-то запомнили.
Взгляд Цзинь Чао потемнел. Чтобы дойти до сегодняшнего дня, ему самому пришлось усвоить столько уроков, сколько другим и не снилось. Он-то знал, что жизнь не бывает гладкой. Но слышать, что это случилось с Цзян Му… ему было больно за нее. Он медленно гладил ее по спине, словно стирая эти неприятные воспоминания.
Но Цзян Му быстро пришла в себя и улыбнулась. Она подняла на него голову из его объятий, ее глаза весело сощурились: — Почему это я, как только окажусь рядом с тобой, тут же начинаю так капризничать?
Столько лет прошло, а она до сих пор умудряется из-за этого хандрить.
Цзинь Чао понимающе улыбнулся своей загадочной улыбкой: — Это нормально. Ты в детстве, бывало, коленку оцарапаешь и тут же бежала, чтобы я тебе ее шариковой ручкой обвел и подул. Ждала, пока я тебя утешу. И как я тебя утешал?
Он даже на полном серьезе сымитировал, как он ее утешал: покачивая ногой, он начал причитать: — Му-Му, хорошая, ты у нас самый смелый ребеночек во всем детском саду Вэйцзясян.
Цзян Му зыркнула на него и решительно спрыгнула с его колен, предпочтя включить «выборочную амнезию». А потом еще и сгребла всю одежду, лежавшую перед ней, и швырнула ему, чтобы он складывал.
Заодно она спросила: — А когда ты в командировки ездишь, тоже сам вещи собираешь?
Цзинь Чао неторопливо складывал очередной свитер: — А то?
— А этот, Сяо Вэнь, он постоянно с тобой?
— Несколько лет назад Гуанъюй устроил меня в Чанчунь, — начал объяснять Цзинь Чао. — Я там немного покрутился, заработал себе имя, а потом перешел в Научно-исследовательский институт автомобилестроения в Аньхое. Работал с ними над инженерными проектами. Потом захотел брать левые проекты, чтобы подзаработать, открыл эту кофейню… В общем, так и остался на вольных хлебах, участвую в проектах как консультант. Если дел немного, езжу туда пару раз в месяц, если завал — то каждую неделю. Учитывая мое состояние, институт пару лет назад выделил мне ассистента, того самого Сяо Вэня. В основном он помогает мне в командировках.
Это был первый раз, когда Цзинь Чао вот так, по-серьезному, рассказал Цзян Му о своей нынешней ситуации. Хоть это и было всего несколько фраз, Цзян Му смогла примерно представить его карьерный путь за эти годы.
Получается, он вошел в эту сферу в семнадцать лет, и к этому моменту у него было уже больше десяти лет опыта. Бакалавриат по «Механическому проектированию и автоматизации», магистратура по «Теплоэнергетике». В конце концов, он остался в этой же области, не растеряв весь тот опыт, что накопил. И пусть он больше не садился за руль, он нашел другой способ двигаться по этому пути.
К своим тридцати с небольшим он смог с нуля открыть кофейню в Нанкине, смог «осесть» … Да уж, жизнь. Никогда не знаешь, обернутся ли вчерашние страдания завтрашним успехом. Казалось, все его накопленные знания и опыт сложились воедино. Цзян Му почувствовала облегчение от мысли, что его тяжелое прошлое не стало для него мертвым грузом, а все-таки принесло свои плоды.
Тут Цзинь Чао вдруг замер. Цзян Му подняла на него глаза. Он держал в руках ее белый кружевной бюстгальтер и, похоже, размышлял, как это сложить.
Цзян Му бросилась к нему и выхватила вещь из его рук. — Это я сама!
Цзинь Чао улыбнулся, его темные глаза были прикрыты ресницами: — Рано или поздно все равно увижу. Что, до сих пор меня стесняешься?
Говоря «увижу», он, конечно, имел в виду, как это будет выглядеть на ней. Цзян Му от его слов тут же представила себе эту картину. В комнате как будто стало жарче. Она помахала рукой у лица: — Пойду воды принесу.
Через мгновение Цзян Му вернулась с двумя стаканами. Цзинь Чао сказал ей: — Ты шарфы, кажется, все уже убрала?
Цзян Му протянула ему стакан: — Да, вроде все.
Цзинь Чао одной рукой взял стакан, а другой протянул ей какой-то длинный черный лоскут ткани: — Еще один нашел.
Цзян Му взглянула и тут же расплылась в улыбке: — Это не шарф. Это платье.
Цзинь Чао снова поднес «шарф» к глазам. Ну вылитый шарф, одинаковой ширины сверху и снизу. Он недоверчиво приподнял бровь: — Издеваешься? А где рукава?
Цзян Му поставила стакан, взяла этот длинный черный «шарф» и приложила к себе, показывая: — Тут не нужны рукава. Это платье-бюстье. Его вот так носят.
Цзинь Чао откинулся на спинку стула, отпил воды. Его губы влажно блестели. Взгляд был сдержанным, но в нем чувствовался жар. А вот голос прозвучал небрежно: — Не могу представить. Переоденься, посмотрим.
— А? — Цзян Му опешила. — Прямо сейчас?
Цзинь Чао кивнул с таким видом, будто это само собой разумеется: — А иначе как я узнаю, что это не шарф?
Цзян Му потеряла дар речи. Чтобы доказать, что это все-таки не шарф, она схватила черную тряпку и вышла. Цзинь Чао, глядя ей вслед, усмехнулся.
Через несколько минут Цзян Му просунула голову в дверь, пряча тело за дверным полотном. Цзинь Чао стоял у окна со стаканом воды. Услышав шорох, он обернулся и вскинул на нее взгляд: — Заходи, дай посмотреть.
Цзян Му покраснела: — Ну… как-то стыдно.
— Чего боишься? Здесь же больше никого нет.
Цзян Му, помедлив, все же открыла дверь, вошла в комнату и тут же прижалась спиной к двери. Когда она полностью предстала перед Цзинь Чао, у него на мгновение перехватило дыхание.
Это было очень эластичное, черное, облегающее платье-бюстье, плотно сидевшее на бедрах. Длинные волосы Цзян Му рассыпались по спине, открывая изящные ключицы и тонкие руки. Она смущенно потянула ткань на груди вверх, но стоило ей это сделать, как юбка задралась еще выше, обнажая ее точеные, гладкие, соблазнительные ноги.
Вся ее соблазнительная фигура была как на ладони, но при этом у нее было такое чистое, милое лицо. Этот резкий контраст — невинность и порок одновременно был невероятно сексуальным.
Губы Цзинь Чао дрогнули: — Могу я поинтересоваться… по какому случаю это надевают?
Цзян Му неловко одернула юбку: — В университете я ходила на костюмированную вечеринку в честь дня рождения однокурсника. Заказала в интернете костюм Женщины-кошки. Там в наборе еще были гетры, ободок, куча всего. Вообще-то, с гетрами это не выглядело бы так… откровенно. Но я не знаю почему, когда я его надела, вышло как-то… пошло. В общем, я его так и не надела.
Стоило ей потянуть юбку вниз, как ткань на груди натянулась, едва прикрывая ее пышные формы. Взгляд Цзинь Чао скользнул туда и задержался. Он не сказал ей, что она, скорее всего, купила не костюм, а…. белье для ролевых игр.
Он лишь спросил: — И в чем ты в итоге пошла?
Цзян Му, неловко прикрываясь, ответила: — Я…. купила себе костюм Пикачу.
Цзинь Чао, опустив глаза, усмехнулся: — Подойди. Хочу кое-что спросить.
Цзян Му босиком прошла через весь этот беспорядок к Цзинь Чао. Руки она все еще держала перед собой, прикрываясь. Цзинь Чао схватил ее за запястья, отвел ее руки в стороны и рывком притянул ее к своей груди.
Он наклонил голову. Его голос, низкий и притягательный, был наполнен неконтролируемым желанием: — Там… еще болит?
От этого внезапного вопроса лицо Цзян Му вспыхнуло.
— Н-нет, — пробормотала она, — …уже ничего…
Цзинь Чао поднял ее за талию, развернулся и прижал ее к туалетному столику. Попутно он протянул руку и задернул шторы.
Цзян Му так напряглась, что не могла пошевелиться. Она указала вниз: — Сяо Вэнь… он же внизу ждет. Обжигающая ладонь Цзинь Чао скользнула по ее гладкой ноге. Он достал телефон, набрал Сяо Вэня и сказал ему: — Мы тут еще задержимся. Поезжай пока в кофейню, отдохни.
Добавить комментарий