В 2007 году, после окончания гаокао, для Сан Яня наступили самые длинные летние каникулы в его жизни. После возвращения из Бэйюя прошло много времени, и он больше ни от кого не слышал имени Вэнь Ифань.
Он получил хорошие баллы и уведомление о зачислении в один из лучших университетов страны. Родители были счастливы и гордились им, родственники то и дело вытаскивали его, чтобы похвалить, всё вокруг было затоплено радостью.
Вырвавшись из мучительного плена учёбы, Сан Янь обрёл массу свободного времени, и его жизнь стала насыщенной и яркой.
Сан Янь никому не рассказывал о тех отношениях с Вэнь Ифань, в которых, как он думал, уже забрезжил рассвет, но которые так внезапно оборвались. Он, как обычно, ходил с друзьями играть в мяч и приставку; как обычно, под ворчание родителей, нехотя присматривал за сестрой; как обычно, сидел до глубокой ночи и спал до обеда.
Как обычно, жил своей жизнью.
Казалось, всё было предельно просто. Он уехал из того города, и, пока он не будет сам о ней расспрашивать, их пути больше не пересекутся. Не нужно было прилагать никаких усилий, чтобы полностью исчезнуть из её мира. Это было легко.
Сан Янь никогда намеренно не вспоминал о Вэнь Ифань.
Ему казалось, что это было просто делом удачи, и в то же время — неудачи. Удача — встретить ту, что понравилась. Неудача — ты ей не понравился. Обычное дело.
Настолько обычное, что любое лишнее слово, любая лишняя секунда грусти, любое лишнее воспоминание о ней… казалось верхом сентиментальной глупости.
…
В следующий раз он вспомнил о Вэнь Ифань в день, когда приехал на зачисление в университет Наньда.
Сан Янь познакомился со своим соседом по комнате, Дуань Цзясюй, и узнал, что тот не местный, а приехал из Ихе. Услышав это, он почти выпалил: — И как там, в Ихе?
— Неплохо, будет время — съезди, — улыбнулся Дуань Цзясюй. — Только климат там сильно отличается, я к Наньу до сих пор привыкнуть не могу.
В тот момент двое других их соседей были заняты: один звонил домой, другой был в душе. Два парня, оперевшись на перила балкона, наслаждались вечерним летним ветерком. Услышав это, Сан Янь опустил глаза, достал из кармана пачку сигарет, зажал одну в зубах и ничего не сказал.
Он молча протянул пачку Дуань Цзясюй.
Тот взял её, но лишь повертел в руках, не выказывая дальнейших намерений.
Сан Янь достал зажигалку, глядя, как язычок пламени лизнул кончик сигареты, вспыхнув красным огоньком. Он выпустил колечко дыма, его взгляд был немного отсутствующим. Почему-то вспомнилось, что Вэнь Ифань, кажется, не любила курящих.
Каждый раз, когда они натыкались на улице на кого-нибудь с сигаретой, она хватала его за руку и тащила мимо.
Сан Янь и сам уже не помнил, когда начал курить.
С каких это пор он добровольно превратился в того, кто ей не нравился.
— Что такое? — видя, что он молчит, как бы невзначай спросил Дуань Цзясюй. — У тебя друзья туда поступили?
— Нет, — Сан Янь повернул голову, его вид был расслабленным. — Я сам хотел туда поступать.
— А почему не поступил?
Тихая ночь. Ветер доносил аромат османтуса, смешанный с душным зноем.
Сан Янь, в чёрной футболке, опёрся локтями о перила, его глаза были тёмными, как лак. Он прислушивался к доносившемуся откуда-то весёлому шуму. Помолчав, он докурил сигарету.
Неизвестно, сколько прошло времени.
Когда Дуань Цзясюй уже думал, что он не ответит…
Сан Янь вдруг тихо усмехнулся и спокойно произнёс: — Не успел изменить заявление.
Жизнь шла своим чередом.
Сан Янь закончил военную подготовку, загорел и погрузился в университетскую рутину: «общежитие-столовая-аудитория». За это время он получил немало признаний от девушек, но у него не было ни малейшего желания заводить отношения. Всё это казалось ему лишь обузой, и в конце концов ему стало лень даже отказывать, он просто не давал никому ни единого шанса приблизиться.
Он жил, как монах.
Сан Янь не считал, что он намеренно кого-то ждёт.
Он просто не хотел размениваться и идти на компромиссы.
Он бы никогда не стал, дойдя до определённого возраста или встретив «подходящего» человека, поспешно заводить с кем-то роман.
Он никогда не считал, что в жизни обязательно должна быть вторая половинка.
Если повезёт встретить — что ж, отлично. А если нет…
Прожить так всю жизнь — тоже не проблема.
Ранним утром в день «Шуанцзян» Сан Яню почему-то приснился первый год старшей школы, приснилась Вэнь Ифань, у которой тогда были не очень хорошие отношения с классом. Та самая «Фарфоровая ваза Вэнь», которая, несмотря на все сплетни и прозвища, оставалась такой покладистой.
Проснувшись, он нахмурился и посмотрел на часы.
Было десять минут третьего ночи.
Уже наступило 24-е.
Сан Янь посидел на кровати, приходя в себя. Возможно, из-за нахлынувших ночных переживаний, в тот миг он совершенно не мог совладать с собой, со своими порывами. Он взял телефон, слез с кровати и вышел на балкон.
Он привычно набрал номер Вэнь Ифань.
За секунду до нажатия кнопки вызова в его голове пронеслось бесчисленное множество мыслей.
Как она отреагирует, услышав его голос? В такой час она, должно быть, спит. Разозлится ли, если её разбудить? А может, увидит, что это он, и просто не возьмёт трубку?
Он сам сказал ей тогда «прощай». Стоит ли теперь звонить?
Но ему хотелось знать, смогла ли она привыкнуть к новому месту. Не обижает ли её кто-нибудь.
Но все эти мысли… оборвал… механический женский голос на том конце провода: — «Извините, набранный вами номер не существует».
В тот миг Сан Янь впервые так отчётливо почувствовал: Вэнь Ифань и правда… окончательно… его бросила.
Чувства, что так долго копились, казалось, вот-вот прорвутся наружу. Сан Янь раздавлено опустил голову, его кадык дёрнулся. Он отнял телефон от уха… и набрал номер снова. Снова и снова слушая одни и те же слова.
Пока звонок не срывался, он набирал снова. С упрямством. Бесчисленное количество раз.
В оглушающей тишине ночи юноша, прислонившись к перилам, продолжал это бессмысленное занятие. Лишь когда телефон сел и экран погас, он медленно опустил руку. Он ещё долго стоял один на балконе.
Лишь когда небо на востоке начало светлеть, он вернулся в комнату.
У Сан Яня, казалось, всегда оставались несказанные слова.
Как в тот раз, когда он ездил к ней в Бэйюй. Слова, которые он так долго обдумывал, столько раз репетировал, — он так и не успел их произнести.
И в этот раз… то «С днём рождения», казалось, ждала та же участь.
Вероятно, этим словам… было суждено остаться несказанными. Теми, что он уже никогда в жизни не сможет ей сказать.
На зимних каникулах первого курса Су Хаоань потащил Сан Яня на встречу с одноклассниками. И в тот раз, спустя полгода, он впервые услышал от Чжун Сыцяо новости о Вэнь Ифань.
В тот вечер Сан Яню стало душно в комнате, и он вышел в коридор покурить.
Вскоре следом за ним вышла Чжун Сыцяо, чтобы ответить на звонок. В тусклом свете она не заметила стоявшего в стороне Сан Яня. — Ты и правда не вернёшься на каникулы? Я-то думала, может, ты в Наньу приедешь или я к тебе в Бэйюй…
Услышав это, движение Сан Яня замерло.
— А почему не вернёшься? — продолжала Чжун Сыцяо. — Влюбилась, что ли?
Сан Янь посмотрел в её сторону.
— Да нет, почему не вернёшься? Тебе же там, наверное, одной паршиво… — сказала Чжун Сыцяо. — Ладно, ты там береги себя. Кстати, ту онлайн-игру, о которой ты мне говорила, я скачала. Сегодня вечером буду играть. Я забыла, на каком ты сервере, на втором?
— Значит, я правильно запомнила. Но я так удивилась, что ты начала играть. Как у тебя ник? Я себе парный сделаю!
— «Тёплая кипячёная вода»[1]? — Чжун Сыцяо долго смеялась. — Что это за ник? Ладно, тогда я буду «Свирепой ледяной водой».
…
Позже Сан Янь узнал от Су Хаоаня название той игры, в которую играла Чжун Сыцяо. Одним вечером, накануне Нового года, он лежал в кровати, а затем вдруг встал и включил компьютер.
Он некоторое время смотрел на экран, а затем открыл браузер и скачал ту самую игру.
Сан Янь инстинктивно хотел создать мужского персонажа, но, подумав о Вэнь Ифань, на мгновение засомневался. Его рука дрогнула, и он выбрал женского. Он уставился на экран. В поле для ввода имени он замер на несколько секунд.
А затем медленно напечатал два иероглифа.
— Бай Цзян[2].
Он признал поражение. Он просто не мог её отпустить.
Сан Янь играл несколько дней. Лишь когда он достиг примерно того же уровня, что и Вэнь Ифань, он открыл окно добавления в друзья и ввёл пять иероглифов: «Тёплая кипячёная вода».
В той игре можно было добавлять друзей случайным образом, и одно из заданий для новичков как раз и было — добавить 50 друзей.
Вскоре Вэнь Ифань приняла его запрос.
С помощью игрового поиска Сан Янь нашёл, где она. Он подвёл своего персонажа и встал рядом с ней. Глядя, как она в одиночестве бьёт монстров, он начал делать то же самое.
Спустя какое-то время Сан Янь остановился и начал печатать.
［Бай Цзян］: В команду?
Тут же остановился и персонаж, которым управляла Вэнь Ифань. Вскоре над её головой появилось облачко чата.
［Тёплая кипячёная вода］: Да.
В тот самый миг Сан Янь окончательно смирился. Впервые за полгода он почувствовал невероятное облегчение. Он дёрнул уголком губ, вспомнив те слова, что сказал ей при их последней встрече.
«Я больше не буду тебя доставать».
Это было обещание. Такое же, как и то, что он сказал ей когда-то: «Я всегда буду с тобой».
Раз уж он дал ей такое обещание, он должен был его сдержать.
Но он не мог.
Ему оставалось лишь… сменить личность и снова вернуться к ней.
Вэнь Ифань не так уж часто заходила в игру, активнее всего — во втором семестре первого курса. За это время они постепенно сблизились и иногда даже говорили о делах в реальном мире.
Он знал, что в университете она чаще всего ходит в библиотеку. Знал, что она подрабатывает в кафе за пределами кампуса. Знал, что у неё по-прежнему нет парня. … Осторожно, ненавязчиво, Сан Янь таким образом узнавал о её жизни.
Позже, возможно, из-за дел в реальном мире, Вэнь Ифань стала заходить в игру всё реже. Перерывы становились всё длиннее: сначала несколько дней, потом неделя, потом несколько недель, а то и месяцев. Но за все эти четыре года она так и не бросила игру окончательно.
Они болтали лишь о пустяках.
［Тёплая кипячёная вода］: У тебя ник какой-то несчастливый.
［Тёплая кипячёная вода］: «Поражение» и «Капитуляция»?
［Тёплая кипячёная вода］: Ой, а как он у тебя читается, сян или цзян?
［Бай Цзян］: цзян.
［Тёплая кипячёная вода］: Тогда ты, наверное, опечатался? Должен быть иероглиф «генерал» (将)?[3]［
Бай Цзян］: Тот (将) был занят.
［Тёплая кипячёная вода］: У меня в последнее время много учёбы, наверное, буду реже играть.
［Бай Цзян］: Угу.
［Тёплая кипячёная вода］: Мы всё время играем вместе. Не знаю, ждёшь ты меня или нет, но я боюсь, что ждёшь. Поэтому решила сказать.
［Бай Цзян］: Жду.
［Бай Цзян］: Но у меня скоро практика, тоже буду редко заходить.
［Бай Цзян］: Будет время — спишемся.
Этот единственный канал связи между ними становился всё тоньше.
Сан Янь, как и прежде, продолжал время от времени ездить в Ихе. Иногда ему не удавалось её встретить, но в большинстве случаев он всё же мог издалека посмотреть, как она. Увидел, что она снова похудела, что у неё появилась новая подруга, что она коротко подстриглась и, казалось, стала немного жизнерадостнее.
Позже появился WeChat. Однажды вечером Сан Янь увидел в разделе «Новые друзья» красную точку. Он открыл его и увидел, что имя отправителя было всего одно — «Вэнь», а ID в WeChat — wenyifan1024.
Добавлено из телефонной книги.
Сан Янь несколько секунд смотрел на экран, а затем нажал «Принять».
На том конце провода ему ничего не написали.
Похоже, она добавила его совершенно случайно.
Прошло ещё какое-то время. Сан Янь увидел её первую запись в «Моментах». На фотографии был стол, заваленный огромной стопкой газет. Подпись гласила:
[Читаю газеты уже неделю. Если завтра снова не будет дел, начну учить их наизусть.]
А Чжун Сыцяо смеялась в комментариях: [Хахахахаха, да радуйся, что вообще нашла стажировку!]
По иероглифам на фото Сан Янь узнал, что это была «Ихе Жибао». В свой следующий приезд в Ихе, проходя мимо газетного киоска, Сан Янь остановился. Он достал из бумажника несколько стоюаневых купюр и, протянув их женщине в окошке, тихо сказал:
— Тётушка, вы не могли бы откладывать для меня по одному экземпляру «Ихе Жибао» каждый день?
— А? Откладывать?
— Да. Я буду забирать раз в три месяца.
…
В день выпускной церемонии Вэнь Ифань Сан Янь вошёл в актовый зал и, сев в заднем ряду, смотрел, как она поднимается на сцену за дипломом. Он видел, как после окончания церемонии её утащили друзья, чтобы сфотографироваться.
В его глазах, даже в этой толпе, она всегда была самой заметной. Той, кого он всегда мог найти с первого взгляда.
В какой-то момент Сан Янь достал из кармана телефон. Он смотрел на Вэнь Ифань, затерянную в море людей, словно её отделял от него невидимый барьер.
Столько раз. Она ни разу не заметила его присутствия.
С самого начала и до самого конца. Казалось, она его никогда и не видела.
Сан Янь был одет в строгую белую рубашку и брюки, хотя ему и было неуютно в такой одежде. Он поднял телефон и, спустя четыре года, глядя на неё, позвал её по имени: — Вэнь Ифань.
Услышав этот голос, Вэнь Ифань растерянно посмотрела в его сторону.
Это был первый раз, когда Сан Янь предстал перед ней вот так, без маски и кепки.
Его раздирали противоречия. Он отчаянно хотел, чтобы она его заметила, и в то же время боялся этого.
В тот самый миг, когда взгляд Вэнь Ифань наконец нашёл его… Сан Янь всё же отвернулся и пошёл в другую сторону.
Он опустил глаза, глядя на Вэнь Ифань на экране телефона. Она всё ещё слегка улыбалась, казалось, поглощённая радостью выпускного.
Так и должно было быть. Это был её счастливый день. Неподходящий для того, чтобы видеть того, кого видеть не следовало.
Он усмехнулся и, шаг за шагом, стал удаляться от этого шума. Как и всегда.
Он приехал один и уезжал один. Словно он был обречён повторять этот одинокий, бесконечный путь.
После выпуска Сан Янь вместе с несколькими друзьями вложился в открытие бара. Он остался в компании, где проходил практику на четвёртом курсе. Работы было много, и поездки в Ихе становились всё реже.
Благодаря «Моментам» Вэнь Ифань, Сан Янь знал, что она сменила работу, перейдя в отдел новостей на телевидение Ихе.
Обо всём остальном он не знал.
В свободное время Сан Янь заходил в ту онлайн-игру. Спустя столько лет игра постепенно пришла в упадок, игроков стало гораздо меньше, а список друзей был сплошь «серым». Бродя по карте, можно было лишь изредка встретить ботов, прокачивающих уровни.
Одним летним вечером 2013 года…
Сан Янь по привычке перед сном зашёл в игру и вдруг, неожиданно для себя, увидел Вэнь Ифань, которая не заходила больше года. Он несколько секунд смотрел на её ник, прежде чем убедиться, что не ошибся, и тут же телепортировался к ней.
［Бай Цзян］: Аккаунт взломали?
［Тёплая кипячёная вода］: …Ты всё ещё играешь?
［Тёплая кипячёная вода］: Я тут чистила компьютер, вдруг увидела, что эта игра ещё не удалена, вот и зашла посмотреть.
［Бай Цзян］: Угу.
［Бай Цзян］: Как ты?
Наступила тишина.
［Тёплая кипячёная вода］: Не очень.
［Тёплая кипячёная вода］: В жизни мало весёлого. Но приходится как-то жить.
Сан Янь замер. Это был первый раз, когда она позволила себе так открыто пожаловаться ему на жизнь.
Они поболтали ещё немного о пустяках.
［Тёплая кипячёная вода］: Мне нужно идти. Пока.
После этого Вэнь Ифань вышла из сети.
Сан Янь долго смотрел на экран, а затем заказал билет на самолёт до Ихе на завтрашний полдень.
Он прилетел в Ихе уже вечером. Сан Янь сел в такси и доехал до входа в телестудию Ихе. Ещё не выйдя из машины, он увидел, как из здания вышла Вэнь Ифань. С сумкой на плече, она медленно брела вперёд, её взгляд был каким-то пустым.
Он вышел из машины и молча пошёл за ней.
Вэнь Ифань шла прямо, пересекла улицу, свернула за угол. Проходя мимо кондитерской, она на три секунды остановилась у витрины, не отрывая взгляда от клубничного торта.
Казалось, она решила, что это слишком дорого. Вскоре она отвела взгляд и пошла дальше.
Вэнь Ифань села на скамейку у дороги, отрешённо глядя себе под ноги. Она не плакала. Не смотрела в телефон. Не звонила. Она не делала ничего. Непонятно было, что с ней произошло.
Сан Янь стоял за углом, долго глядя на неё. Его ресницы дрогнули. Он повернулся, вошёл в ту самую кондитерскую и купил тот клубничный торт. Он заплатил, но не взял упакованную коробку из рук продавщицы.
Указав на улицу, он попросил: — Вы не могли бы отдать этот торт вон той девушке на скамейке?
— А? — удивилась продавщица.
— Просто скажите, что это новинка в вашем магазине, — Сан Янь придумал неуклюжую отговорку. — И если она запостит её в «Моменты» для рекламы, то получит бесплатно.
…
Вернувшись в Наньу, он три месяца не мог выкинуть из головы эту картину: Вэнь Ифань, молча и одиноко сидевшая на той скамейке. В какой-то момент он наконец всё решил. Он встал, открыл компьютер и начал писать заявление об уходе.
Если ей там плохо… Кажется, ему больше не о чем было раздумывать.
Сан Янь вспомнил ту фразу в игре, которую он так и не успел отправить.
— «Может, переедешь в другой город?»
Но когда он её отправил, она уже была не в сети. С тех пор она больше не заходила в игру. Она так и не получила его сообщения.
Но, казалось, эту проблему было легко решить. Если ты не приедешь… Значит, я приеду к тебе.
В вечер своего официального увольнения Сан Янь пошёл в «Сверхурочные» выпить с Су Хаоанем. Едва переступив порог, он тут же увидел Вэнь Ифань, сидевшую за одним из столиков.
На ней был светлый свитер, кожа — бледная, как бумага, а губы — алые. Улыбаясь, она болтала с сидевшей напротив Чжун Сыцяо.
Всё, как и в те далёкие времена.
В тот миг Сан Янь на мгновение потерял дар речи. Словно попал в иллюзию.
Сан Янь, вопреки обыкновению, не пошёл сразу на второй этаж, а направился к барной стойке и заговорил с Хэ Минбо.
— Гэ, ты чего не поднимаешься? — Хэ Минбо был немного озадачен.
— А, сейчас, — рассеянно ответил он.
— Смешать тебе что-нибудь? — спросил Хэ Минбо.
— Не нужно.
Они лениво перебросились парой фраз.
В этот самый момент со стороны Вэнь Ифань раздался шум. Он посмотрел туда и увидел, как Юй Чжо опрокинул на неё поднос с напитками и, побледнев, принялся извиняться.
Она, очевидно, замёрзнув от ледяной жидкости, тут же вскочила.
Коротко переговорив, Вэнь Ифань, похоже, направилась в уборную. Она подняла глаза и их взгляды встретились.
Казалось, она его не узнала, а может, уже давно почувствовала его присутствие, взгляд её был спокоен. Она тут же отвела глаза.
— Эй, а она, похоже, не скандальная, я скажу Юй Чжо, чтобы… — начал было Хэ Минбо.
Но Сан Янь выпрямился, глядя вслед Вэнь Ифань, и прервал его: — Я сам.
Так и есть. Он по-прежнему не мог выносить этого — чувства, будто она отгородила его от своего мира.
Он хотел её видеть. А значит, он должен был пойти к ней.
Раз уж он больше не мог полюбить никого другого… …значит, он потратит всю свою жизнь… …на ту, которую, даже борясь до самого конца, он всё равно хотел получить. ⁓Конец⁓
[1] Прим. пер.: 温和的开水 (Wēnhé de kāishuǐ).
[2] Прим. пер.: 败降 (Bài Jiàng) — игра слов. 降 (Jiàng) — иероглиф из её прозвища Шуанцзян (霜降). 败 (Bài) — означает «терпеть поражение», «проигрывать». Вместе это можно перевести как «Побеждённый Цзян» или «Сдаюсь Цзян».
[3] Прим. пер.: Вэнь Ифань путает иероглиф 降 (jiàng — падать/сдаваться) из его ника с созвучным иероглифом 将 (jiāng) — «генерал», полагая, что он хотел взять ник «Побеждённый генерал» (败将), но опечатался.
Добавить комментарий